Константин Заслонов

Раковский Леонтий Иосифович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Константин Заслонов (Раковский Леонтий)

Героическим

                      белорусским

                                            партизанам

Партизаны, партизаны, Белорусские сыны! Бейте ворогов поганых, Режьте свору окаянных, Свору черных псов войны! Янка Купала

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

Сегодня сам начальник депо — Константин Сергеевич Заслонов — осматривал приготовленный для промывки паровоз.

На стойле ожидал не какой-либо устаревший товарный «Щ», которого железнодорожники звали попросту «щукой», а быстроходный, новейший «ФД».

Вокруг него с молотком и мелом в руке неторопливо ходил, тщательно осматривая паровоз, приемщик наркомата, а Заслонов лазил где-то под паровозом в смотровой канаве. Его свеча медленно подвигалась вперед.

Заслонов стучал по гайкам и бандажам, как дятел, — пробовал, всё ли в порядке. За ним, пригнувшись, ходил высокий, быстрый Толя Алексеев, старший машинист «ФД». Заслонов указывал ему на все неполадки.

В цех из конторы вошла с бумагой и карандашом в руке курносая Вера Шмель.

Она смотрела по сторонам, видимо, разыскивая кого-то. Ближе всех к ней оказались два молодых слесаря, работавших у верстака, — Женя Коренев и его друг Леня Вольский.

Женя был светловолос, словно из желтой мели, а Леня — черен, коренаст и более крепок, чем Женя.

— Ребятки, а где дядя Костя? — спросила их Вера. («Дядей Костей» все деповцы звали заглаза Константина Сергеевича Заслонова.)

— Где ж ему быть, как не под паровозом, — живо ответил Коренев.

Вера смотрела, не понимая: под которым? В «промывке» стояло четыре паровоза.

— Вон, под «ФД», — вскинул на нее глаза Леня.

Вера пошла вперед.

Она осторожно обошла тележку для перевозки дышла, стоящую на самой дороге, и направилась к «ФД».

— До дяди Кости у нас был начальником депо Иван Васильевич. Его называли — «Иван Грозный». Так он никогда не подписывал ни одной бумажки в цехе. Обязательно неси в кабинет! — сказал Леня, работавший в депо не первый год.

— Дядя Костя не формалист, — согласился Женя. — Я видел: он пришел в кино, а к нему и там ребята подходят с разными делами…

— Что это сегодня дежурный по депо носится, как угорелый? — спросил Леня.

— Опоздал поставить на промывку «Щ».

— Почему?

— Не успел. Скопилось много паровозов.

— Ну, и достанется же ему от дяди Кости! Я схожу в инструменталку, — сказал Леня уходя.

Женя остался один.

А Вера ждала у паровоза.

Заслонов только что показался из смотровой канавы. Он вышел наверх и, протягивая руку машинисту Алексееву, вылезавшему вслед за ним, продолжал:

— Обратите внимание, товарищ Алексеев, на подбивку паровозных букс. Освежите подбивочку. Машина у вас в хорошем состоянии. Я доволен! Вы ко мне? — сказал он, увидев Веру.

— Да. Подпишите, Константин Сергеевич!

Заслонов подписал бумагу и пошел из «промывки» к себе в кабинет, — сбросить комбинезон, в котором лазил под паровоз. Начальник депо шел, хозяйским глазом глядя вокруг. Он сразу же увидел — по цеху плавал дым. Это надымил переносный горн.

На соседнем стойле, против «ФД», стоял с обдерганной обшивкой и измятыми подножками маневровый «О» — многострадальная «овечка».

Котельщики выпрямляли и заклепывали погнутые во время маневровой работы подкладки под буферные стаканы и начадили.

Заслонов недовольно сдвинул черные густые брови. Его карие, всегда спокойные глаза сердито вспыхнули.

— Откройте вытяжной зонт: ишь, надымили как! — сказал он, проходя мимо котельщиков.

Увидев Женю Коренева, Заслонов остановился у верстака.

Коренев был самым молодым слесарем в бригаде: ему только что пошел семнадцатый год. Он работал слесарем всего два месяца.

Константин Сергеевич любил Женю за расторопность и сметливость.

— Женя, у тебя завтра футбол? — спросил он.

Женя был капитаном юношеской футбольной команды депо.

— После обеда играем с городскими.

— А утро свободно?

— Свободно.

— Тогда приходи пораньше — обновим «жар-птицу»! — улыбнулся Заслонов.

— Непременно приду, Константин Сергеевич! — ответил ему вслед Женя.

II

Уже полтора часа работала вторая смена. В депо всё шло заведенным порядком, и Константин Сергеевич позволил себе сходить домой пообедать.

Вечер был тихий. Жара, точно нехотя, спадала. Заслонов шел и с удовольствием думал, что завтра будет такой же солнечный, радостный день.

Он всегда ходил через станцию.

Когда Константин Сергеевич прошел пути, мимо него с грохотом промчался шестнадцатый скорый Брест — Москва. Из паровозной булки глянуло задорное, загорелое лицо помощника машиниста Сергея Пашковича, сидевшего за левым крылом.

Перрон сразу наполнился народом. Из вагонов на платформу прыгали пассажиры и, как всегда, спрашивали у проводников: «Долго стоим?», «Где буфет?»

— Товарищ ТЧ [1] , здравствуйте! — тронул кто-то Константина Сергеевича за локоть.

Заслонов обернулся. Перед ним, с портфелем в руке, стоял секретарь райкома — Ларионов, видимо, приехавший с шестнадцатым.

Это был седой человек лет сорока.

— Что, домой? — спросил он у Заслонова после первых приветствий.

— Вырвался пообедать. А вы, товарищ Ларионов, из Минска?

— Да.

— Я в Минске с полгода не был. Как он там?

— Не узнаете: строится, растет — день ото дня становится красивее!

— Как и вся наша страна. Так и должно быть! А урожай под Минском какой?

— Не хуже нашего. Хлеба и травы прекрасные. Будет у нас и хлеба и кормов вволю. Вам, железнодорожникам, придется потрудиться с перевозкой зерна.

— Перевезем. Скоро уж и вагоны под зерно начнут прибывать.

— А своих слесарей на уборочную готовите посылать?

— Готовим. Поможем.

— Дело доброе! Уборка уже не за горами.

Они вышли на привокзальный двор. Райкомовская «эмка» ждала у киоска.

Шофер улыбался, приветствуя обоих.

— Садитесь, товарищ Заслонов, подвезем, — предложил Ларионов.

— Благодарю, мне недалеко. Я хочу пройтись, вечер-то какой чудесный! Завтра я вдоволь накатаюсь на своей «жар-птице».

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.