Луна и кузнечики

Ланкаускас Ромуальдас

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Луна и кузнечики (Ланкаускас Ромуальдас)

Глава первая

ОДНАЖДЫ ПОД ВЕЧЕР В КЛАЙПЕДЕ

Наше учебное парусное судно «Меридиан», пришвартованное к причалам пирса двумя канатами необычайной толщины, покачивалось на тихих водах Балтики.

Через несколько дней кораблю предстояло поднять паруса. Курсанты мореходного училища, в том числе и я, страшно волновались в ожидании предстоящего плавания.

Я и сам не знаю, как очутился в гавани. Мол был моим излюбленным местом для прогулок. Здесь часто можно было встретить какого-нибудь знакомого моряка, с которым всегда любопытно обменяться мнениями по разным навигационным вопросам. Старые «морские волки» любят поучать новичков. А противоречить им и не пытайся, — обзовут тебя мокрой курицей или, чего доброго, закончат разговор еще как-нибудь похлеще… Всем известно, что опытные мореходы — люди с амбицией.

Единственный человек, с которым я смело могу поспорить, это штурман Вилюс. Мы с ним старые знакомые и, должно быть, поэтому не боимся задеть друг друга. А вдобавок ко всему он мой родственник.

В тот вечер я застал его сидящим на молу. Он удил рыбу.

— Как клёв?

Штурман сплюнул в воду, испещренную нефтяными пятнами.

— Разбаловались, бестии! — В голосе Вилюса послышалось недовольство. — А червяки жирные… Сам выбирал.

Он сдвинул фуражку на затылок и закурил сигарету. Я присел рядом.

— Мне кажется, рыба легче всего ловится в озере или в реке, — пустился я в философию. — Вот, скажем, на Щучьем озере. Окуни так и кидаются там на червяка. Прямо страх берет!

— А по мне, так пусть это Щучье озеро хоть сквозь землю провалится! — буркнул штурман. — Когда о нем вспоминаю, мороз по коже дерет: ведь чуть-чуть не утонул, на волосок от смерти был. А самое главное — где? В озере!.. Попросту говоря, чуть не в луже… Это я-то, который Атлантику вдоль и поперек избороздил!.. Ну скажи, пожалуйста, разве иной раз не издевается над нами коварная судьба?

Я молчал.

Далеко в море тонуло огромное красное солнце. На берег не набегала даже самая мелкая волна. Полный штиль. Казалось, что затих и портовой гул, а железные руки кранов, устав от работы, застыли в сероватом вечернем небе.

Люблю смотреть на заходящее солнце. В такие минуты хорошо помечтать… А иногда вдруг оживут в памяти воспоминания детства, когда я был русоволосым мальчишкой и мир представлялся мне бесконечно большим и таинственным.

Особенно часто я вспоминаю одно лето…

Глава вторая

ДОЖДЬ

Шел дождь.

Всего лишь несколькими часами раньше небо над городом было почти совсем чистое, и вдруг собрались тучи, стало нестерпимо душно, и наконец хлынул теплый, освежающий дождь.

Я стоял у окна. По стеклу, извиваясь, быстро стекали крохотные светлые ручейки. Сквозь них я видел залитую водой улицу. Вдоль тротуаров тоже бежали ручьи, только гораздо больше, унося с собой окурки папирос, пустые спичечные коробки, бумажки от мороженого «эскимо» и многие другие предметы, которые и глазом не различить. Неизвестно откуда поднявшийся вдруг ветер зашевелил занавески и принес в комнату запах лип, омытых дождем.

По улице проносились автомашины. Спешили прохожие. Сгорбившись, прячась в поднятые воротники плащей, они оглядывались, где бы укрыться от дождя. Пробежали девушки, уцепившись за руки и прикрыв головы газетой.

Дождь не унимался.

Мне пришло в голову выскочить во двор и поглядеть, не проясняется ли небо. Накинув на плечи плащ своего брата, я кубарем скатился с лестницы.

Во дворе двое мальчуганов, еще совсем малыши, собирались пускать бумажные кораблики. На дождь они не обращали никакого внимания. Один из них был в отцовских калошах на босу ногу, а другой нарядился в старую мамину жакетку. Полы жакетки волочились по мостовой, по мутным ручейкам, змеившимся из водосточных труб. Капли дождя звонко стучали по жести, и поэтому казалось, что труба подпрыгивает и весело распевает.

Бумажные кораблики проплыли расстояние в несколько шагов и вдруг, на что-то наткнувшись, перевернулись. Мальчики подхватили их и выплеснули воду. Кораблики поплыли дальше.

— Ой! Мой быстрее, мой быстрее! — кричал тот, что в жакетке.

— А мой красивее! — заявил второй и, весело хихикая, калошей плеснул воду.

Маленькие, крохотные кораблики, а плывут они, как будто это не дождевая лужа, а настоящее море, где бушуют бури и ветры не утихают по целым дням. Настоящее море!.. Сколько всяких кораблей бороздит морские волны! Эх, вот это жизнь! Разве можно ее сравнить, например, с моими скучными каникулами: книги (читаешь про необыкновенные приключения, а со мной никогда ничего не случается!), мороженое (ешь столько, что живот начинает болеть), обмелевшая речонка (даже стыдно в ней полоскаться)…

Капли дождя падали все реже. Когда я поднялся по лестнице и раскрыл дверь в комнату, там суетился вернувшийся с работы мой брат Симас. Он очень торопился. Желтый кожаный чемодан уже и без того битком был набит всякими вещами, но Симас упорно запихивал туда еще геологическую лопатку и стоячее зеркало, перед которым брился по воскресеньям. Наконец чемодан так страшно раздулся, что теперь закрыть его мог только сам Симас. И Симас, придавив коленом крышку, с громким сопеньем закрыл чемодан. А чтобы покрепче было, перевязал ремнем.

— Едем! Укладывай скорее свои пожитки! — сказал он и повернулся ко мне.

Лицо его раскраснелось, на лбу и на щеках блестели капельки дождя, а может быть, пота.

Я прямо глаза вытаращил. Значит, Симас не в шутку говорил про поездку к морю? Вот это дела! Может, мне удастся спрятаться на каком-нибудь корабле, и тогда… Что тогда?.. Но пока не стоит гадать.

Я вскочил на стул и гаркнул что было сил:

— Валё-ё-ё! [1]

— Чего блеешь, как баран? — поморщился Симас.

Я сунул руки в карманы и отчеканил речь следующего содержания:

— Известно ли вам, многоуважаемый научный работник, с кем вы имеете честь беседовать? Нет? Весьма сожалею. Ну, так слушайте: как только у меня пробьются усы, я непременно поступлю в мореходное училище. Пройдет несколько лет — и будьте любезны, стойте передо мной по стойке «смирно»! Я — капитан дальнего плавания. Надену черный пиджак с золотыми нашивками на рукавах, а курить буду прямую длинную трубку, набитую самым ароматным в мире табаком.

Симас свирепо покосился в мою сторону:

— Если ты сейчас же не перестанешь изображать обезьяну, так и знай — останешься дома. Я тебя ждать не собираюсь.

Несколько слов о трубках.

Как-то раз я уже пытался затянуться из трубки Симаса, но она показалась мне настоящей отравой. Потом у меня целый час текла слюна и мне даже стало плохо. Тошнота прошла только на следующий день. Ну и противная она, эта трубка Симаса!

Симас нервно взглянул на часы. Действительно, надо было торопиться, потому что мы могли опоздать на поезд. Впопыхах я сунул в рюкзак бинокль с единственным целым стеклом и леску, намотанную на ручку с пером. Симас запер двери. Мы вышли на улицу, омытую дождем. Там нас ожидала «Победа».

Небо прояснялось. С лип на асфальт падали последние капли дождя.

По улице скользнул солнечный луч.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.