Железный Путин: взгляд с Запада

Роксборо Ангус

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Железный Путин: взгляд с Запада (Роксборо Ангус)

Введение

Здороваясь с Владимиром Путиным за руку, трудно понять, крепкое или слабое у него рукопожатие. Вас поглощают его глаза. Он наклоняет голову, смотрит на вас исподлобья, фиксируя взгляд на несколько секунд, словно запоминает все подробности или, возможно, сопоставляет ваше лицо с образом, который запомнил ранее… Это накаленный, пронзительный и неприятный взгляд.

Российский национальный лидер не похож ни на одного президента или премьер-министра других стран. В 1999 году, когда бывший разведчик неожиданно оказался выдвинут на высший должностной пост страны, он поначалу был весьма сдержан и неловок. Но он вырос в человека без комплексов — сильную личность и «нарцисса», щеголяющего физической силой на частых фотосессиях. Вначале мы видели всего несколько избранных фотографий: Путин — чемпион по дзюдо, Путин за штурвалом истребителя. Позже, особенно после того, как в 2008 г. пересел из президентского кресла в кресло премьер-министра, он стал приглашать съемочные группы в экспедиции, предназначенные исключительно для формирования его образа кинозвезды. Они показывали, как он ставит спутниковые следящие устройства полярным медведям, тиграм, белухам и снежным барсам. Камеры запечатлели, как он плавает в ледяной сибирской реке, скачет на лошади по горам с обнаженной грудью и в темных очках. Он лично занимался тушением лесных пожаров, гонял на снегоходах, мотоциклах и болидах «Формулы-1», катался на горных лыжах и нырял с аквалангом, играл в хоккей с шайбой, напевал Blueberry Hill на английском и играл на пианино перед публикой. В августе 2011 года оказавшийся под рукой оператор запечатлел обнаженного по пояс Путина на приеме у врача.

Какой еще мировой лидер ведет себя подобным образом? Демонстрировать политические мускулы — это одно, но никто не сравнится с Путиным в чистом тщеславии.

В разговорах он внимателен, агрессивен и порой вспыльчив, когда затрагиваются особо чувствительные сюжеты. Он чрезвычайно хорошо информирован, но при этом поразительно невежествен в некоторых аспектах западной жизни. Он вежлив, но может быть груб. Как президент, а затем премьер-министр он держит Россию сильной и все более жесткой рукой. В последние годы он неоднократно устраивал публичные выволочки своим министрам, создав атмосферу, в которой большинство его подчиненных опасаются противоречить ему или даже высказывать мнения, которые могут противоречить ему. Он создал так называемую вертикаль власти — систему, порождающую страх и подавляющую инициативу.

Россия стала страной, пренебрегающей правами своих граждан: страной, в которой глава Центральной избирательной комиссии говорит, что руководствуется принципом, согласно которому Путин всегда прав, а председатель Государственной думы заявляет, что «парламент — не место для дискуссий». Это страна, в которой важнейшее решение о том, кто станет президентом, фактически принимается втайне двумя личностями без учета мнения населения. Так произошло в сентябре 2011 г., когда протеже Путина и его преемник на посту президента Дмитрий Медведев согласился оставить высший пост после первого срока, позволяя Путину вернуться в президентское кресло в 2012 г. Два человека цинично признали то, о чем народ подозревал, но не мог знать наверняка. Такой план существовал с тех пор, как Путин ушел с поста президента в 2008 г. Пребывание Медведева в Кремле оказалось всего лишь временным замещением, предназначенным оставить Путина во власти, сколько он пожелает. Неискренняя ссылка на конституционную норму пребывания президента у власти не более двух сроков подряд на самом деле обернулась пренебрежением этой нормой.

Начинал Путин совсем иначе. В 2000 г. многие западные лидеры приветствовали его свежий, новый подход, его стремление к сотрудничеству и поиску консенсуса. Цель этой книги — проследить и объяснить, как все изменилось. Почему Путин становится все более и более авторитарным, какие вызовы он предъявлял Западу и как Запад, в свою очередь, реагировал в ответ; как обе стороны не смогли понять тревог друг друга, что привело к витку взаимного недоверия и утраченным возможностям. На одной стороне — то, что могли видеть американские и западные наблюдатели: силовая политика России, жестокая война в Чечне и убийства журналистов, коррумпированное государство и растущая агрессивность, кульминацией которой стали вторжение в Грузию и «газовые войны» с Украиной. На другой стороне — взгляд из России: доминирующая роль Америки в мире, ее планы противоракетной обороны, вторжение в Ирак, экспансия НАТО, российские жесты доброй воли, оставленные без ответа, сознаваемая угроза распространения революции из Грузии и Украины в Россию. И неспособность предвидения с обеих сторон. Путина — увидеть какую-либо связь между репрессивными мерами у себя дома и враждебной реакцией заграницы; Джорджа Уокера Буша — осознать вековой страх России оказаться в изоляции и ее ярость по поводу высокомерных действий американской администрации в области внешней политики.

Во время написания этой книги Путин остается самым популярным российским политиком. Возможно, это результат стабильности и самоуважения, который он восстановил в жизни народа, результат повышения уровня жизни во время его правления, что произошло во многом из-за высоких цен на нефть. Тем не менее ему не удалось добиться многих из поставленных целей. Придя к власти, он обещал покончить с терроризмом, но число нападений возросло. Коррупция стремительно нарастает и наносит ущерб экономике. Иностранные инвестиции оказались намного меньшими (в процентном отношении к производительности российской экономики), чем на соперничающих быстрорастущих новых рынках, например Бразилии или Китая. Несмотря на массивный приток энергетических доходов за последнее десятилетие, Россия так и не смогла создать динамичную, современную экономику. В этой книге рассматривается борьба за реформы внутри России и задается вопрос: был ли Дмитрий Медведев в роли президента разочаровавшимся либералом (как это часто казалось) или простым «лакировщиком действительности»?

Политики склонны сильно упрощать сложные темы, тем более если это соответствует их интересам. Особенно ярко это проявилось в ходе дискуссии последних лет об одной из самых запутанных международных политических проблем — праве малых наций на самоопределение. Косово, Чечня, Южная Осетия, Абхазия, Приднестровье… Галлоны чернил и вагоны пустой болтовни были потрачены на объяснения, обычно с категорической уверенностью, того, что независимость одной маленькой нации является или не является прецедентом для остальных. Обычно большая Родина-мать настаивает, что все другие случаи уникальны (Россия по отношению к Чечне, Грузия по отношению к Южной Осетии и Абхазии), в то время как малые нации требуют к себе такого же отношения, как к тем, кто ограничивает их свободу. Для России это вопрос исключительной важности. Это многонациональное государство, не сравнимое с другими, в котором сосуществуют десятки наций — одни с большей, другие с меньшей степенью автономности, и Кремль испытывает патологический страх перед распадом страны в случае, если какая-либо из этих наций создаст прецедент обретения независимости. Тема остается острой на протяжении последнего десятилетия — начиная с войны в Чечне и серии террористических актов в России до короткой войны между Россией и Грузией в 2008 г. Обычно в подобных конфликтах не бывает «правых», и было бы упрощением утверждать иное, равно как было бы упрощением заявлять, что решение Запада о признании Косово и решение НАТО о будущем членстве в своих рядах Грузии и Украины не оказывает влияния на отношения России с ее ближайшими соседями. Восприятие (истинное или ложное) намерений другой стороны зачастую играет большую (и обычно более пагубную) роль, чем реальная действительность.

Это моя третья книга о России, и я хорошо сознаю самонадеянность любого иностранца, который заявляет, что понял эту загадочную страну. Российский ученый и политик Сергей Караганов писал о «чувстве возмущения и отторжения, которое возникает у нас, русских, когда мы читаем неприятные заметки о нашей стране, написанные иностранцами». В современной российской политике много неприятного, и она заслуживает того, чтобы о ней писали. Иногда Россия — свой самый худший враг, она видит извне недобрые намерения, которых не существует, и опасается распространения демократии, вместо того чтобы приветствовать ее. Но Запад тоже совершает ошибку, будучи не в состоянии понять процессы, происходящие здесь, опасаясь ее, вместо того чтобы относиться к России с уважением, достойным страны, которая стремится стать частью мира.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.