Гнев Картёжника [СИ]

Руденко Елена Алексеевна

Жанр: Мистика  Фантастика    Автор: Руденко Елена Алексеевна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Санкт-Петербург, 1839 год

Из дневника г-на Галунина

Сегодня утром меня ждал весьма пренеприятный разговор с моей милой супругой, причина которого крылась в моей вчерашней игре в карты, вернее, в моём проигрыше. Моя Жюли обеспокоена тем, что, превратившись в игрока, я могу пустить на ветер всё наше состояние. Напрасно я твердил супруге, что играю очень редко и никогда не делаю крупных ставок. Моя Жюли была непреклонна.

— Ты хочешь разорить нас! — твердила она, утирая слёзы.

— Ты хочешь, чтобы я поклялся никогда больше не прикасаться к картам? — спросил я с лёгкой иронией.

Жюли обиженно промолчала, но, подумав, добавила.

— Подобным поступком ты бы сделал мне большое одолжение!

Она говорила вполне серьёзно.

— Вчера у нас была обычная приятельская игра, я проиграл всего лишь пять рублей… — попытался оправдаться я.

— А завтра проиграешь пятьдесят, потом пятьсот, а далее пять тысяч! — злилась Жюли. — Верно говорят, что игрок хуже пьяницы!

У меня более не было силы спорить с супругой. Если ей не перечить, она быстрее сменит гнев на милость. Моя супруга, действительно, вскоре позабыла о своей обиде, вспомнив, что хотела написать письма своим приятельницам.

— Опять беспорядок в бумагах, — вздохнула она, устраиваясь за письменным столом в гостиной, — никак не могу перебрать письма…

Среди вороха бумаг Жюли вдруг обнаружила колоду карт.

— Прошу тебя, хотя бы не бросай свои карты на письменном столе! — попросила она меня сурово.

— Карты? — удивился я.

Жюли молча протянула мне колоду карт.

— Судя по рубашке это карты Вишневского, моего троюродного кузена, которые достались ему от родственника-картёжника, покончившего жизнь самоубийством, — вспомнил я.

— О, Боже! — испугалась Жюли, — зачем ты принёс в дом карты самоубийцы? Взгляни, на них кровь! Я помню, говорили, что когда он застрелился, карты лежали пред ним на столе, и капли крови упали некоторые из них… Неужели вы решились играть этими картами? Безумие!

Она с ужасом отпрянула. Я забрал карты со стола, чтобы боле не пугать супругу.

— Я не приносил этих карт! — воскликнул я. — Мы сыграли, я проигрался первый… потом мы разошлись по домам…

Мне казалось, что я схожу с ума. Моя супруга задумалась.

— Вчера вместе с тобой зашёл Вишневский, — вспомнила она, — значит, это его глупая шутка! Он решил напугать нас.

— Ему это удалось, — честно признался я, перебирая карты.

Я с ужасом почувствовал власть карт над собой, рисованные лица карточной знати будто живые смотрели на меня. Я поспешил запереть карты в комод.

— На месте Вишневского, я бы немедленно сожгла эту колоду, — сказала Жюли, — зачем мне такое наследство.

— Мой приятель не придал колоде карт никакого значения, и, наверно, совершенно напрасно… — я опустился в кресло.

— Тебе дурно? — испугалась Жюли. — Неужели эта шутка так задела тебя? Попадись мне Вишневский, я с ним потолкую…

Я улыбнулся, глядя на её милоё личико, которое становилось столь очаровательным в минуты гнева, разумеется, если этот гнев касался не меня. Долго ждать Вишневского не пришлось, он оказался лёгок на помине.

— Стоит вспомнить о дураке, он сразу появится! — зло заметила Жюли. — Только дурак мог так глупо подшутить…

Вишневский вошёл в комнату, широко улыбнувшись моей супруге.

— Сегодня прохладно! — сказал он, усаживаясь в кресло. — А в ваш лакей прекрасно готовит кофе, горячая чашка этого напитка богов мне бы не помешала…

— Разумеется, вам приготовят кофе! — улыбнулась Жюли. — Но для начала потрудитесь объяснить вот этот фарс!

Она подошла к комоду и достала колоду карт.

— Зачем вы подбросили нам эту гадость? — спросила она, с отвращением отдавая Вишневскому карты.

Я даже не успел произнести ни слова. Моя милая жена была настроена весьма решительно. Вишневский испуганно смотрел на неё. Через мгновение я понял, что он испугался, отнюдь, не её гнева…

— Простите, но я не приносил вам этих карт, клянусь! — воскликнул он. — Я не знаю, как они могли попасть к вам…

Гнев исчез с личика Жюли, уступив место испугу.

— Почему вы сразу не избавились от карт? — спросила она.

— Я получил их в наследство вместе с остальным имуществом, — ответил приятель, — всё было описано после смерти моего кузена… даже мелочи вроде карт… Они пролежали в комоде около года… до вчерашнего вечера…

Он испугано взирал на наши застывшие лица.

— Я заберу карты, не беспокойтесь, — произнёс он, пряча колоду в карман, — я выброшу их…

— Это очень любезно, — Жюли немного успокоилась, — значит, вы получите заслуженный кофе!

Она улыбнулась.

Я решил не думать о зловещих картах, пусть всё покажется непонятным сном. Увы, чем старательнее я пытался не думать о проклятой колоде, тем отчётливее становились злобные карточные лица перед моим взором.

Из дневника госпожи Решачёвой

Сегодня утром я случайно обнаружила на столе колоду карт. Не знаю, откуда она могла взяться. Я играла всего лишь трижды в своей жизни, и то весьма неудачно. Лишь однажды по счастливой случайности мне удалось выиграть. Не могу понять, почему эта находка вызвала у меня столь сильное беспокойство. Мне вдруг вспомнился вчерашний рассказ Галунина. Его преследует мистическая колода карт самоубийцы. Разумеется, мой супруг, привыкший к логическим объяснениям, счёл рассказ кузена вымыслом больного воображения.

— Мой несносный кузен любит приврать! — сказал он мне, когда Галунин ушёл.

— Он выглядел очень напуганным, — возразила я, — жаловался на ночные кошмары. Ему снился призрак, требовавший продолжить игру…

— Я наслушался от него подобных сказок ещё в детстве, — отмахнулся супруг.

Мой бедняга муж очень тяжело болен и склонен относиться чересчур критично ко многим вещам. Доктора говорят мне, что ему осталось жить не более года, что болезнь прогрессирует, но мне никак не хочется верить в это. Меня преследует страх… Что я буду делать, когда останусь одна? Как я буду вести хозяйство и управлять имуществом? Под опёкой супруга, я привыкла жить не задумываясь о многом, он всегда был полон жизненных сил… Я ни за что бы не поверила, что его сможет сразить чахотка.

— Я хорошо помню лицо Галунина, когда он рассказывал байки в салонах, — продолжала я настойчиво, — вчера он был бледен и нервозен, совсем не похож на себя… А господин Вишневский, пришедший позже, подтвердил слова твоего кузена. Он дважды забирал карты у Галунина, и дважды они возвращались назад — мистика!

— Дорогая, прошу тебя, прекрати! — сурово прервал муж мою речь. — Вишневского я тоже знаю с детства, он был ещё большим пронырой…

Супруг закашлялся, проклиная чахотку. Я решила не донимать его своей болтовнёй, но осталась при своём мнении. Я редко возражаю мужу, но иногда бывают случаи, когда его мнение остаётся для меня абсолютно неприемлемым.

Наш разговор был прерван господином Вишневским.

— Что случилось? — испугано спросил мой супруг, глядя на бледное испуганное лицо гостя.

— Галунин скончался, — произнёс он взволновано.

— Как? — мы недоумевали.

Он вчера был у нас в гостях в добром здравии.

— Несчастный случай, споткнулся на лестнице… — Вишневский тяжело опустился в кресло. — Он упал на моих глазах… Можете счесть меня сумасшедшим, но всему виной проклятые карты!

Он обхватил голову руками.

— Карты? — прошептала я.

Мне стало дурно.

— Дорогая, что с вами? — мой муж, несмотря на свою суровость, относился ко мне очень трепетно.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.