Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы

Славачевская Юлия

Серия: Замуж за Черного Властелина [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы (Славачевская Юлия)

Пролог

Кап-кап, капала вода, срываясь с каменных сосулек и падая вниз. Туманная мгла, слабо прорезаемая тусклым масляным фонарем, окутывала все вокруг.

Кап-кап… Уродливые темные фигуры, застывшие вокруг подземного озера, казались гротескными изваяниями бездарного скульптора. Кап-кап…

— Зачем ты пришел сюда, человек?

— За местью!

— Что ты хочешь?

— Справедливости!

— Как ты ее возьмешь?

— Кровью!

— Почему мы должны помогать?

— Я знаю СЛОВО!

Илона и Кондрад

Все началось со свадьбы…

Нет, история, конечно, началась гораздо раньше. Но события, волнующие меня, случились именно на моем бракосочетании с Черным Властелином. Хочу уточнить — на втором. Первое я благополучно проспала у него на руках в бессознательном состоянии после бала и ужина, м-дя.

Так вот, мы приехали в ЗАГС… Мы — это я, Илона Острожникова, теперь уже Дорсетская со всеми прилагающимися титулами, Кондрад, с еще большим количеством громких величаний, моя семья и приглашенные гости.

Так вот, была я там вся из себя замечательно красивая. В белом кружевном платье, похожим на сахарную вату (ага, а я там палочкой внутри!). Стояла, сверкая крупными бриллиантами парюры, которые, слава богу, никто за настоящие не признавал и грабить меня не рвался.

Напротив, мне на зависть, всем на удивление обретался великолепный мужчина, спятивший настолько, что собрался взять меня в жены. Это у него, видимо, перманентное помутнение рассудка приключилось. Но мне нравится… какой ни есть, а мой. Причем добровольно.

Зеленоглазый красавец-брюнет, высокий, как каланча, и здоровый, словно шкаф. Вьющиеся волосы собраны в низкий хвост. Правильные черты лица, будто украденные у Рафаэля или Микеланджело. Ласковая улыбка. Такую улыбку надо патентовать!

— Согласны ли вы, Кондрад Стефанович Дорсетский, взять в законные жены Илону Гавриловну Острожникову? — с трудом выговорила с некоторыми запинками на его имени элегантная женщина среднего возраста.

Всхлипнула мама.

— Да! — спокойно ответил муж, глядя на меня с любовью.

За его плечом маячил мой старший брат Денис. Этот блондинистый мачо притягивал взоры всех незамужних женщин от трех до шестидесяти. Рядом с Кондрадом он образовывал резкий контраст своими почти белыми волосами, зато ростом они совпадали отлично. Кто-то другой, стоя за женихом, просто исчез бы из виду, но братец тоже та еще каланча. В черном смокинге, озабоченный выпавшей на его долю ответственностью, сейчас он шарил во внутреннем кармане в поисках колец.

Мой муж считался для общества потерянным, поскольку женился на мне, и в рейтинге свободных мужчин не участвовал. Поэтому загорелый красавчик с ярко-синими глазами был в центре внимания и радиусе обстрела взглядами.

— Согласны ли вы, Илона Гавриловна Острожникова, взять в законные мужья Кондрада Стефановича Дорсетского? — повторила подвиг регистратор и сама собой возгордилась.

Мама еще раз всхлипнула. Папа обнял ее и умиленно шмыгнул носом.

— Мам, он ее есть не будет, он только немного попользуется! — громким шепотом утешил маму мой братец Тарас и схлопотал от папы подзатыльник.

— Да! — гаркнула я, потому что мне в спину ткнулся острый Светкин палец, точнее — длинный нарощенный ноготь. Свидетельница, скорей всего, решила, что я недостаточно активно стремлюсь замуж, и подтолкнула ситуацию.

А у меня в башке грохотали африканские барабаны, под которые лихо отплясывали канкан слоны с бегемотами. Последние старались особенно рьяно.

Дальше провал. Очевидно, от нахлынувшего счастья. Очнулась чуть позднее под тревожным взглядом Кондрада.

В этот момент регистратор радостно кивнула и одарила мужа голодным оскалом, подписывая ему приговор:

— А теперь счастливые молодожены меняются кольцами!

Надев на палец мужу обручальное кольцо, я протянула ему свою руку.

И потеряла сознание…

Вас когда-нибудь давила тишина? Та тишина, которая образуется, когда нечего сказать или все от удивления языки проглотили. Сейчас как раз второй случай.

Хочется схватить микрофон или рупор и заверещать, ломая безмолвие:

— Халяве — НЕТ! Нет-нет! — призывая чью-то уснувшую летаргическим сном совесть.

И все бы хорошо, но если у некоторых сволочей вырабатывается привычка висеть на чьей-то шее, то это уже не лечится! Вот так я из-за неугомонной принцессы Иалоны снова попала в чужой мир и прямо со свадьбы. Блин!

Орать я, конечно, не стала, а просто обвела взглядом всех участников мелодрамы или трагикомедии. А может, и вовсе… детектива! Так вот, стоим мы, все из себя свадебные, очень нарядные и красивые; мужчины в дорогих черных костюмах, дамы в шикарных платьях; и тут мы с Кондрадом начинаем подозревать, что долгожданная весна пришла отнюдь не на нашу улицу.

— Ну привет вам, королевство Лайе и надоевший до оскомины дворец! Лучше бы раз и навсегда сказать «прощай»… — Я обвела взглядом интерьер. Колонны понуро теснились, по-прежнему вызывая острое желание побиться о них головой. Огромный тронный зал был гулким и пыльным. За окном размеренно каркали не то вороны, не то еще какие аналогичные черные заразы. Кроме нас и хозяйки дурдо… заведения — ни одного человека. Тишь да гладь.

Даже странно как-то. Наша Иалона впала в детство и теперь ныкается от придворных, играя в прятки? Вроде безумного блеска в голубых очах не наблюдается. Хотя кто их, шизофреников, разберет?.. У них, говорят, обострение четыре раза в год бывает. Может, и сейчас…

Кондрад, мой то ли муж, то ли еще жених, нашел себе весьма уважаемое в широких мужских кругах занятие — бесился, пуская пар ноздрями и задирая кверху породистую голову. Для простоты я решила считать, что уже замужем, и пришла к выводу — даже на свадьбе мой муж был верен себе.

— Так! В чем проблема? — нетерпеливо повторила я, в упор разглядывая златокудрую лахуд… принцессу и одновременно размышляя, может ли это перемещение считаться медовым месяцем или стоит потребовать неустойку?

Белое платье с ажурными вставками сиротливо обвисло, соответствуя моему настроению, и начало потихоньку холодить. Я обняла себя руками и подавила желание застучать зубами.

— Э? — У Иалоны наше цыганское нашествие вызвало нервный тик и судорожные кручения головой направо и налево — так она рассматривала нашу разодетую компанию.

На голове моей сестренки сложно плетенное гнездо из мелких, перевитых жемчугом косичек плавно перетекало в букли на висках. Сзади парикмахер для пущего эффекта выпустил несколько локонов, у нас такие метко именуют «локоном страсти».

Тонкий стан королевы был затянут в корсет роскошного бархатного платья цвета морской волны, обшитого километрами серых кружев. Строгий стоячий воротник спереди переходил в квадратное декольте. (Интересно, она себе шею накрахмаленным воротничком в кровь не натрет?) Руки в тонких шелковых перчатках нервно теребили юбку.

— Вы женаты? — Следующая реплика вызвала у меня пламенное желание ее прибить, закопать и на ямке написать: «У меня была сестра, и скопытилась она!»

Очень умный вопрос! И главное, своевременный! Кондрад заразился от принцессы нервным тиком и заскрипел зубами:

— Два раза!

— А так бывает? — захлопала на нас длиннющими ресницами названная родственница, морща лобик и выискивая в недрах мозга умные мысли. Ой, блондинко!

Нет, я не претендую на звание самой умной, но так далеко все же не захаживаю! И другим забираться не советую! Во избежание…

— Бывает! — горделиво заверила я ее. — У нас бывает все!

— Кошмар! — выродила из себя Светка и грохнулась в обморок, минуя подставленные руки Дениса, потому что глазами он пожирал Иалону.

— Денечка, — хихикнула я, — ты, когда одну девушку ловишь, от другой глазки лучше все-таки отлепляй!

— А? — У нас сегодня праздник косноязычия. Кому достанется главный приз?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.