Особняк с видом на безумие

Андреева Валентина Алексеевна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Особняк с видом на безумие (Андреева Валентина)

Часть первая

Кругом – психи!

1

Зима зазевалась. Удивленно похлопав белыми ресницами, с недоумением заметила, что ее крепкое хозяйство значительно подтаяло. К концу февраля попробовала взять реванш, но попытка не удалась – лень одолела, да и силы были уже не те…

В начале марта весна деловито избавилась от последнего снега. С установлением окончательно теплой погоды у Бориса «поехала крыша». Задумчиво поглядывая на пробивающуюся травку, желтые стебельки мать-и-мачехи, радующее душу нежное оперение деревьев, с опаской, но настойчиво распускающих клейкие почки, он мысленно был далеко не только от Москвы, но и от своего дачного участка. На Селигере лед действительно вскроется в рекордно короткий срок – к четырнадцатому апреля, изрек провидец и на всякий случай замолчал. Надолго. Готовился мужественно пережить Натальино выступление. Зря готовился! У Наташки изо рта выпало всего одно слово: «Что-о-о-о?!!» Вместе с сухариком «Три корочки», ловко подхваченным боксерихой Денькой на лету. Дальше подруга поперхнулась крошками и закашлялась. Борис – человек умный и проницательный, ему хватило этого суперкороткого монолога жены, завершенного многозначительной комбинацией из трех пальцев.

За работой и дачным отдыхом данное событие как-то стерлось из памяти и нехотя всплывало только из-за Наташки, в душе которой зародились серьезные сомнения в наших общих планах на предстоящие весенние праздники. Я бездумно радовалась теплым дням и Димкиным сражениям с одуванчиками, забивавшими газон. На мои ухоженные грядки и рабатки с цветами они не посягали.

Этой весной я окончательно уговорила свекровь не ездить в родную деревню, и она радовалась удивительному апрелю вместе со мной. Наталья со своими мрачными прогнозами на майские праздники напоминала назойливую муху и портила настроение всем, кроме Бориса. В конце концов, когда подруга предрекла, что свой день рождения мне придется встречать среди болот в камышах и на надувной лодке, отбиваясь веслом от комаров, я призадумалась. Но только над тем, что лучше: приводить все в порядок, готовить разносолы к праздничному столу и переживать из-за нехватки каких-нибудь продуктов на даче или просто сидеть в болоте. И то, и другое не нравилось. Тридцатое апреля – не очень удобный день рождения. Половина дня – как правило, фуршетная на работе, другая половина – в сборах на дачу и так далее. К вечеру уже и жалеешь, что родилась… именно в этот день. Торжество ежегодно плавно переносилось на 1 Мая.

Выручила свекровь. Это просто счастье, что я к такому замечательному человеку, как моя вторая мама, получила еще и хорошего мужа. Она будто угадала мои невеселые раздумья, поскольку моментально утешила:

– Не знаю, Наташа, зачем ты Иришеньку посылаешь в болото? Нам и на даче хорошо. Быстренько управимся со всеми гостями. И чего зря панику наводить?

Я успокоилась. Всю жизнь за ней как за каменной стеной. Со стороны, может, и незаметно, но я-то это точно знаю… На горизонте маячила целая череда дней отдыха, не следовало забивать себе голову Наташкиными нелепицами.

Бездумность улетучилась в один поздний апрельский вечер, когда мой дорогой муж глубокомысленно изрек:

– А ледоход на Селигере действительно начался четырнадцатого апреля. Замечательно! – Я напряженно вглядывалась в его невозмутимое лицо, ожидая продолжения. Оно не задержалось, хотя и не по существу начатой темы. Просто, когда я вместо сметаны шваркнула ему в тарелку с борщом столовую ложку сахарного песка, Димка вздохнул, как над диагнозом из истории болезни безнадежного пациента, и выдал новость: – Сахарнице положено демонстрировать себя во время чаепития. К обеду ей лучше держаться от стола подальше.

– Ну вот и скажи ей об этом сам! – огрызнулась я, убирая тарелку с борщом. – Кроме того, сейчас не обед, а ужин. И еще – для справки: времена моей юности безнадежно миновали. Мне уже не хочется откликаться на зов дикой природы, ночевать в палатке, готовить на костре, а между делом – бить по морде комаров. К твоему сведению, свой собственный день рождения я мечтаю провести на даче за весенней подкормкой садово-огородных культур, из которых на первом месте стоят цветочные.

– По-моему, цветочные культуры в разряд садово-огородных не входят.

– Это – по-твоему. Цветки настурции ты летом регулярно трескаешь в салатах и хвалишь их замечательный перечный вкус. А семена я постоянно мариную. Впрочем, вам, Дмитрий Николаич, это отмечать некогда. А кто сожрал три луковицы элитных нарциссов, которые мне дала Алла?

– Ну, во-первых, не я один… А во-вторых, мы решили, что это чеснок. Хорошо, хорошо… Больше не спорю, – торопливо добавил он, заметив мой разъяренный взгляд. Все же в руке у меня был половник… – Просто тебе надо хорошо отдохнуть. У тебя такой измученный вид! Уверен, тебе следует радикально сменить обстановку… – Он примолк. Уж не знаю, чем ему не понравился мой вид? Может, его не устраивало, что я никак не расстанусь с половником? – Ну хорошо, я несколько преувеличил. Мы с Борисом решили отметить твой день рождения на более высоком уровне…

– На Валдайской возвышенности?

– Ирина, перестань язвить. Просто выслушай спокойно. Решать тебе. – Это предложение выбивало оружие сопротивления из моих рук. Я бросила половник в мойку и выжидательно скрестила их на груди. – У Бориса в начале марта появился один знакомый по работе. Борис помог ему с установкой программы на новый компьютер… Ну да это тебе неинтересно. Словом, из чувства благодарности тот пригласил его на рыбалку на Селигер. Пожалуйста, не дергайся! Я же просил… Есть там такое место – Березовый плес. От турбазы «Селигер» на своем катере он довезет нас до острова, где стоит его особняк со всеми удобствами. Вот там и предлагаю отметить твой день рождения. Со свежей рыбкой, представляешь?! Детей с собой возьмем! Пусть посмотрят на настоящее чудо природы. – Я сделала протестующий жест рукой, но муж меня опередил: – Кошку оставим с мамой. Сам договорюсь…

Он все болтал и болтал, а перед моими глазами рисовалась совсем безрадостная картина: серый особняк на берегу серого озера. Туман, мелкий дождь, мужской состав народонаселения наших с Наташкой семей в серых прорезиненных плащах с капюшонами, в огромных резиновых бахилах. Лица искажены хищническим инстинктом ловли несчастных рыбешек. Руки крепко сжимают гарпуны…

Потом я увидела несчастные лица дочери и Натальи, вытирающие слезы тоски на подернутых печалью глазах. И мой день рождения – грустный праздник в чужом доме, в чужом месте, в печальном сером одиночестве на троих…

– Я никуда не поеду! – истерично вскрикнула я. – Мое место на даче. Я ее люблю и не могу без нее жить.

– Ну почему ты все стараешься сделать по-своему? Объясни, ну почему?! И почему я каждый раз вынужден идти у тебя на поводу? – Димка вскочил и заносился по кухне, жестикулируя руками так, что я вынуждена была уклоняться от прямого попадания.

– Хорошо, – тоном, не предвещавшим ничего хорошего, заявила я. – Поступай так, как считаешь нужным. Пусть все будет по-твоему: готовишь сам, стираешь сам, убираешь за собой и другими сам… Что еще? – Я наморщила лоб и прижала ладони к вискам. – Ах да! Мой день рождения отмечаешь тоже по своему усмотрению. Только без меня. Езжай на свой Селигер. Думаешь, не понимаю, к чему все эти разговоры, проникнутые якобы заботой обо мне? Просто тебе нужно вырваться на рыбалку. Борис давно на ней помешан. Одному ему скучновато и страшновато. Вот и тебя с ума свел. Два сумасшедших – это уже коллектив! Веселитесь на здоровье. А мы прекрасно отдохнем на даче!

Димка давно уже притормозил и с интересом следил за моим выступлением.

– Дорогая, ты увлеклась. С какой стати ты меня оскорбляешь?

– Я?! – От возмущения перехватило дыхание. – Значит, так: можешь ехать на все четыре стороны или… или… – Альтернативу своему предложению я так и не подобрала.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.