Записки психиатра

Богданович Лидия Анатольевна

Жанр: Медицина  Научно-образовательная  Прочая документальная литература  Документальная литература    1956 год   Автор: Богданович Лидия Анатольевна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Записки психиатра ( Богданович Лидия Анатольевна)

ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА

Книга «Записки психиатра», написанная кандидатом медицинских наук Л. А. Богданович, несколько необычна по своему жанру для той литературы, которая издается Государственным издательством медицинской литературы. Это — не академический научный труд по психиатрии и не популярное изложение какой-либо новой теории в области лечения психических заболеваний. Это — сборник литературно-художественных очерков, частично уже публиковавшихся ранее в периодических изданиях, а в большинстве публикуемых впервые.

«Записки психиатра» предназначены для широких кругов читателей и несомненно имеют большое воспитательное значение для молодых врачей и студентов медицинских вузов. В своей книге автор стремится показать читателю труд врача-психиатра во всем его многообразии. Труд этот требует от врача большой чуткости, прозорливости и любви к человеку. Врач ежедневно выполняет высокий общественный долг — облегчает страдания человека. Каждое слово врача, каждое его действие должно быть продумано и направлено к единой цели — помочь больному.

Основоположник русской отечественной психиатрии С. С. Корсаков говорил, что «психиатрия изо всех медицинских наук наиболее близко ставит нас к вопросам философии». Автор книги «Записки психиатра» стремится сочетать чувство любви к своему делу с глубоким философским раздумьем по поводу целого ряда жизненных явлений.

Искренно и взволнованно рассказывает Л. Богданович о своем пути в психиатрии. И не равнодушного к своей работе человека видим мы в авторе, когда он рассказывает о своих первых шагах на амбулаторном приеме в психиатрической больнице. Первые шаги эти были сопряжены с большими трудностями и большими сомнениями. В лице рассказчика перед нами предстает образ советского врача, который отдает все свои знания, способности, силы для того, чтобы вернуть заболевшему человеку здоровье и возвратить его обществу. Врач активно вторгается в жизнь далеко за пределами лечебного учреждения, изучает не только организм больного, но и окружающую его среду, пытливо стремится «смотреть в корень», ищет причины, вызвавшие то или иное психическое заболевание, и добивается их устранения.

Л. Богданович не пошла дорогой показа «экзотики», «интересных», «редких» случаев из своей врачебной практики. Не это стоит в центре ее внимания. Постановка ряда принципиальных морально-этических вопросов большой общественной значимости на основе анализа типических случаев нервно-психических заболеваний — вот та цель, к которой идет автор, создавая цикл очерков о жертвах «зеленого змия» — алкоголиках, — и рассказывая о больных, психика которых была нарушена неправильным воспитанием в семье.

Л. Богданович ставит еще одну чрезвычайно важную проблему — об отношении к психически больному окружающих его людей. Автор призывает окружающих больного, в первую очередь его близких, к чуткости, к тесному контакту с врачом. Помогая врачу понять причины заболевания и устранить их, близкие больному люди становятся помощниками врача-психиатра в борьбе с болезнью.

Через всю книгу красной нитью проходит мысль о благотворном влиянии труда и коллектива на формирование человеческой личности. Труд и коллектив оказываются также целителями и при лечении многих нервно-психических заболеваний.

В книгу включено несколько очерков, по своей теме не связанных с работой психиатра, но рассказывающих о высоком моральном облике советского человека.

НА РАСПУТЬЕ

В психиатрическую больницу я в первый раз пришла с однокурсниками-студентами.

Обладая отличным здоровьем и веселым нравом, я не боялась ничего на свете. Уже был закончен четырехлетний путь обучения в медицинском институте. Много я видела, пережила, прочувствовала. Крики рожениц, кровь при операциях — все это уже не выводило меня из равновесия, как в первые дни. Работа в клинике, лекции, операции казались теперь обычными и необходимыми. Словом, все было хорошо до того дня, когда я с группой товарищей-студентов пришла в психиатрическую больницу.

В белых халатах мы вместе с профессором направились в «буйное» отделение, которое профессор называл «беспокойным». Щелкнул замок — такой, как в железнодорожных вагонах. Хлопнула массивная дверь. Мы, студенты, переглянулись с тревогой и волнением.

«Сейчас будет ад», — с трепетом подумала я.

Прямо на нас с восторженной улыбкой, с простертыми руками, обнимающими, казалось, весь мир, быстро шел больной.

Ноги у меня ослабели. Я спряталась за широкую спину товарища. Но больной, заметив профессора, вдруг повернулся к нему и с громкими приветствиями бросился его обнимать.

Это помогло мне притти в себя. Сделав над собой усилие, я более спокойно смотрела на все, что нас окружало. Теперь я увидела просторный коридор, с натертым паркетным полом, а в палатах массивные кровати.

Веселый больной беспричинно радовался, вмешивался во все разговоры, остроумно вставлял свои замечания, жестикулировал и, казалось, был в курсе жизни всего отделения.

Другие больные прохаживались по коридору, одни быстро, другие медленно, что-то бормоча, порой громко выкрикивая. Один больной угрожающе сорвался с места, но вдруг с тревожным лицом вернулся обратно. Каждый больной жил своей жизнью, не интересуясь окружающими.

Я была поражена. «Буйное» отделение психиатрической больницы представлялось мне прежде чем-то страшным, куда не решишься войти, где бродят обезумевшие люди, забытые, брошенные на произвол судьбы, потерявшие человеческий облик, запертые навсегда. Такой казалось психиатрическая больница моим родителям, знакомым, приятелям. Я же представляла ее по картинам английского художника Хогарта и немецкого художника Каульбаха. Это они запечатлели в своих картинах «сумасшедший дом», обитатели которого вселяют в зрителя ужас. Один больной кого-то обнимает, другой вырывает у себя волосы и смотрит вдаль взглядом победным, восторженным и безумным. А в стороне тучный смотритель с плеткой в кармане, с лицом равнодушным, тупым и почти таким же бессмысленным, как у его поднадзорных.

Здесь же передо мной проходили опрятные, аккуратно подстриженные больные, и малейшее нарушение дисциплины среди них вызывало вежливое, доброжелательное вмешательство спокойного, опытного медицинского персонала.

Правда, в этом отделении «для беспокойных» я увидела и необычное. Мы вошли в одну палату, где на кровати в неудобной позе, словно окаменев, как-то вычурно, с поднятой рукой, сидел больной. У этого человека было лицо трупа. Напряженные, стянутые в хоботок губы, острый нос, но живые, казалось, понимающие глаза. Больной находился в таком состоянии уже много дней. Изменить его позу нельзя было даже силой.

Не страх, а глубокая жалость овладела мной. Подойдя к несчастному, я погладила его острое плечо. Под моей рукой мышцы напряглись, словно сопротивляясь. Это было так непонятно, что все другие чувства, кроме любопытства, исчезли. Я глядела на больного, как на загадку.

Принесли кружку с питьем и поставили перед больным. Два сильных санитара бережно повернули больного, приготовили к кормлению. Перед этим палатный врач в течение 10 минут уговаривал больного есть самостоятельно. Медицинская сестра поднесла ему питье — смесь подогретого молока, масла, сахара и сырых яиц. Давясь и сопротивляясь, больной пил глоток за глотком из ложки. А я стояла и удивлялась великому терпению медицинских работников. Я вышла из палаты и ждала товарищей у двери в коридоре.

Мимо прошел высокий бледный юноша. Он остановился недалеко от меня и, к чему-то прислушиваясь, гневно погрозил пальцем.

В стороне, куда погрозил больной, никого не было. Я насторожилась, готовая каждую минуту убежать к товарищам. Но стало ясно, что больной занят собой, и мой страх исчез.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.