Пенитель моря

Купер Джеймс Фенимор

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Предисловие

Купер не писал специально исторических романов, но почти все его произведения развиваются на фоне определенной исторической эпохи.

Роман «Пенитель Моря», действие которого относится к началу XVIII века («Утрехтскому миру» [1] ), захватывает интересный период американской истории: борьбу голландского влияния с английским империализмом на берегах реки Гудзона.

«Между народами, которые пытались эксплоатировать отдаленные страны в свою пользу, Голландия занимает первое место», — говорит известный историк колонизации — Леруа Болье [2] .

В истории захвата голландцами колоний главнейшую роль играли так называемые привилегированные купеческие компании. Еще в 1602 году голландским правительством была основана знаменитая Восточно-Индийская Компания, имевшая целью под флагом торговых сношений захват территорий на берегах Индии и прилегающих к ней островов и их экономическую эксплоатацию. Эта Компания, между прочим, послужила прототипом для организации другими, конкурирующими с Голландией государствами, ряда таких же привилегированных крупных торговых товариществ.

Действительно, Восточно-Индийская Компания, достигшая в XVII столетии огромного могущества, в короткое время основала многочисленные торговые фактории по всему побережью между Индией, Китаем, Японией и Океанией. Ослепленная получаемыми барышами, она стремилась захватить в свои руки всю торговлю высоко ценившимися в то время пряностями [3] .

Голландцы изгоняли всех иностранцев, водворявшихся на Пряных (Молуккских) островах или приезжавших туда, а туземных жителей держали в зависимости, мало отличавшейся от полного рабства.

Распоряжаясь торговлею пряными товарами в качестве единственных хозяев, голландцы сделали монополию этой торговли главным предметом своих забот. Не было той несправедливости и того варварства, к которому не прибегала бы Голландия для сохранения за собой исключительного права на сбыт пряностей…

Чтобы поднять цены на эти редкие продукты, известные в то время под именем «золотых рудников Компании», на многих островах запрещена была культура пряных трав и кустарников. Растения же, произроставшие в диком состоянии, без помощи человеческого труда, уничтожались по приказу специально разъезжавших в известное время по островам губернаторов Компании. Когда же один из туземных царьков воспротивился варварскому истреблению ценных гвоздичных растений, его «бунт» дал повод торговой голландской Компании к резне туземцев.

Принося своим пайщикам огромную прибыль на их капитал, Восточно-Индийская Компания вместе с тем обогащала и правительственную казну солидными суммами, вносимыми за «патенты» и «привилегии».

Получаемая от этой Компании выгода побудила Голландию поторопиться с основанием Западно-Индийской Компании, которая получила право монопольной торговли с Америкой, постройки фортов в незаселенных (европейцами) местностях и основания под своим управлением колоний. О правах туземного населения в «незаселенных» местах, конечно, не говорилось ничего, и оно поступало в «полное распоряжение» предприимчивых купцов-цивилизаторов.

Таким образом успех эксплоатации на Востоке заставил голландцев направить свой взгляд на Запад.

В 1609 г. голландская Компания поручила английскому капитану Генри Гудзону, поступившему к ней на службу, совершить путешествие с целью отыскать северо-восточный проход в Тихий Океан. Обогнув мыс Норд-Кап, Гудзон направился вдоль берегов Новой Земли, но экипаж корабля, увидя ледяные горы, отказался плыть дальше. Гудзон вынужден был изменить план путешествия и отправиться к берегам Америки в надежде найти северо-западный проход в тот же Тихий Океан, что и повело к открытию залива, названного впоследствии Гудзоновым, и реки Гудзон.

Вскоре (в 1611 году) Гудзон погиб при вторичном путешествии к берегам Америки, но восторженный рассказ мореплавателя о первом посещении ее берегов, ярко рисовавший красоту и плодородие страны, привлек к дельте Гудзона внимание европейцев. В 1612 году, у впадения р. Гудзона в залив и по берегам залива, были основаны голландцами город Новый Амстердам и ряд поселков. Вся колония была названа Новыми Нидерландами, и правительство выдало купцам хартию на ее эксплоатацию.

Постепенно голландцы подчинили своей власти область между Коннектикутом и устьем реки Делавар, т.-е. территорию, по площади равную Франции того времени. Однако, голландцы заселили только узкую полосу до обеим сторонам р. Гудзона и основали несколько поселений по среднему ее течению, на песчаных отмелях.

Что же касается Нового Амстердама, то этот будущий Нью-Йорк продолжал оставаться ничтожным поселком и малооживленным портом, в то время как находившиеся рядом с ним английские колонии — Новая Англия — достигали уже известной степени благосостояния. Англия, вставшая на путь широкого колониального захвата, не передавала этого дела, как Голландия, в руки купцов. Свои империалистические стремления она поддерживала правительственными средствами и силами, и с неудовольствием соперника смотрела на «торговые» операции голландцев.

В остальном колонизационные методы обоих конкурентов были, разумеется, одинаковы.

В 1663 году англичане захватывают Новый Амстердам, который и переименовывается в Нью-Йорк. Это же имя присваивается и всей колонии «нидерландских провинций».

С этого времени начинается скрытая, глухая борьба между старожилами колонии — голландцами — и англичанами, переходящая порою в открытое возмущение первых. Герцог Йоркский [4] , получивший колонию в дар от брата своего, английского короля Карла II, утверждает в ней правительство с неограниченной властью. Но после войны с Голландией эта система была существенно изменена (1674 г.), а через девять лет после этого в Нью-Йорке было созвано первое (при английском господстве) «народное собрание», выработавшее «хартию [5] вольностей», скрепленную герцогом Йоркским и через год им же отмененную.

«Хартия вольностей» была формально восстановлена в 1691 году, и с той поры колония Нью-Йорк в постоянной борьбе старалась защитить свои экономические и торговые интересы от притязаний метрополии, проводившей через своих губернаторов непреклонную систему экономического гнета.

Окончательно Нью-Йоркская колония была закреплена за Англией по Утрехтскому договору 1713 года.

Таким образом, к моменту действия романа «Пенитель Моря» в едва еще только развивающемся Нью-Йорке сталкивались следующие течения: голландское купечество — в лице старожилов колонии — и голландская же культура с новыми пришельцами и «хозяевами» — выходцами из Англии; с другой стороны, — экономические интересы колонистов, как таковых, с определенной колониальной политикой Англии.

«Колонии, — говорит английский историк Чарльз Мериваль, — пользовались правом самоуправления и сами назначали подати; за ними обеспечены были религиозная свобода и полная независимость в деле управления муниципальными делами; но они не имели никакого права контролировать или изменять коммерческие законы, установленные властью „метрополии“ [6] …

Английское же правительство в делах торговли и промышленности действовало с неумолимой строгостью, клонившейся к эксплоатации колонии и увеличению барышей купцов метрополии.

Могли ли «почтеннейшие» купцы Нью-Йорка, — эти ван-Бевруты и ван-Стаатсы (из романа «Пенитель Моря»), — одобрительно непокойно относится к «насилию» метрополии?

В середине XVII века в Англии был издан знаменитый акт о судоходстве, получивший название «великой хартии английской морской торговли». Все внеевропейские товары, особенно из английских колоний, должны были доставляться в Англию не иначе, как на судах, построенных в Англии, принадлежавших английским подданным, управлявшихся английским капитаном и имевших среди команды англичан в количестве не менее трех четвертей всего экипажа.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.