На гонках в Ле-Мане

Бодуэн Луи

Серия: Библиотечная серия [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
На гонках в Ле-Мане (Бодуэн Луи)

I

Когда Сен-Жюст пришел в редакцию, он был в пре­восходном настроении. Недавно ему оборудовали две комнатки на третьем этаже «Суар» — большой попу­лярной газеты, в которой пять лет назад он начинал простым репортером.

— Что нового? — спросил он у Жаки — секретарши, раньше чем проникнуть в закуток, служивший ему ка­бинетом.

— Какой-то тип с сильным иностранным акцентом спрашивал вас. Здесь был Риотт — ваш заместитель. Я хотела соединить с ним, но незнакомец отказался. Он желал говорить с вами и только с вами. Сказал, что пе­резвонит.

Пьер — так звали Сен-Жюста — что-то рассеянно пробормотал в ответ и протиснулся за свой рабочий стол. Перед столом было узкое пространство с единственным стулом для возможного посетителя. Было тесно и неудобно, но он был доволен.

Это помещение, удаленное от «вокзального перрона», в американском стиле на втором этаже, где были сосредоточены службы газеты, было в глазах Сен-Жюста маленькой победой над Гонином — заведующим отделом информации. Тот хотел оставить молодого журналиста под своим началом в большом редакционном зале.

Независимый характер Пьера восставал против «вокзального перрона» (именно он так окрестил огромную комнату). Эти же две маленькие комнатки, примыкавшие к архиву, он получил у Эстева — директора газеты, объяснив, что со своей новой рубрикой ему частенько придется принимать посетителей, не желающих афишировать себя.

Через открытую дверь маленького кабинета он быст­рым взглядом окинул свои новые владения и испытал чувство удовлетворения.

Ему повезло в том, что в двадцать пять лет в самой большой газете Франции он ведет рубрику, которая носит его имя: «Сен-Жюст требует справедливости». Повезло и в том, что его помощниками являются Риетт — друг детства и Лоретта Паскье, которая ради его спасения бросилась бы в огонь... Дружная команда, на которую он мог положиться во всех отношениях.

Пьер легко писал, у него был элегантный и ядови­тый стиль, он любил мотоциклы и красивых женщин, поп-музыку и истину. Это был крепкий парень, ростом сто восемьдесят сантиметров, скрывавший под внешней худощавостью значительную физическую силу.

Черты лица Пьера хоть и не отличались твердостью, но вряд ли могли быть названы тонкими, по той причи­не, в частности, что у него была мощная челюсть. Но лицо начинало светиться, становилось благодушным, когда Пьер улыбался, а улыбался он довольно-таки часто.

Эта улыбка обнажала два ряда крепких белоснеж­ных зубов, а лицо освещалось синим ясным взглядом, каким обладают моряки и горцы. Большинство женщин говорило о нем: может быть, он не так уж красив, но в нем много обаяния, особенно когда он улыбается.

Что касается моды, то он следовал ей с осторож­ностью. Тщательно следил он лишь за своими пластин­ками, магнитными пленками, стереофоническим проиг­рывателем, мотоциклом и всем, что с этим было свя­зано.

Чтобы приобрести могучую «Кавасаки-750», о кото­рой столько мечтал, он залез в долги и теперь ухажи­вал за ней особенно скрупулезно. Такое же внимание он уделял сапогам, комбинезону, перчаткам, шлему и очкам.

Он осуществил звукоизоляцию квартиры, которую занимал на десятом этаже нового дома в XX округе.

«Теперь,— говорил он себе,— я могу слушать когда хочу и как хочу ту музыку, которую хочу слушать, с уверенностью, что не буду надоедать соседям». Это бы­ло весьма альтруистичное соображение, поскольку Сен-Жюст очень любил громкую музыку…

II

Рассматривая различные бумаги, Сен-Жюст одно­временно размышлял о том, что, хотя его рубрика и завоевала за последнюю неделю некоторую популяр­ность, она все же не отвечала его надеждам. Он по-прежнему ждал «крупного дела», которое превратило бы эту рубрику в защитницу слабых и бедных, всех тех, кому приходилось страдать от несправедливости жиз­ни. Он мечтал стать беспощадным прокурором, наказы­вающим без сожаления мерзавцев-жуликов и комбина­торов, которых так много на свете.

Пьер вздохнул, подумав о том, сколько еще пред­стоит работать. Но поскольку он знал, что нужно быть терпеливым, он решил, что на сегодня итог все же не такой уж плохой. Ему удалось добиться закрытия до­ма для престарелых, где они умирали от голода. Далее Лоретте удалось разоблачить мужа и жену — «палачей своих детей». Оба преступника были в тюрьме, и чита­тели «Суар», полные умиления, предлагали усыновить трех невинных младенцев.

После этих двух дел почта рубрики сильно возрос­ла. Еще сегодня утром Жаки вскрыла 62 письма, на что Сен-Жюст заметил: «Сплошные поздравления. Ка­кой еще отдел газеты может похвастаться подобным?..» На ежедневной летучке, на которой в кабинете Эстева собирались заведующие рубриками, Гонин похвалил Сен-Жюста. Но сделал он это настолько сухо, что ни­кого не обманул. И поскольку заведующий отделом ин­формации насчитывал в редакции мало друзей, каждый воспользовался случаем, чтобы поднять на щит Пьера.

Но Пьер прекрасно разбирался что к чему и задал себе вопрос: не были ли эти бесчисленные поздравле­ния медвежьей услугой? Он понимал, что Гонин может превратиться из ревнивого соперника в смертельного врага.

«Я поговорю с Эстевом, — подумал он. — Он навер­няка найдет возможность уладить это дело».

И он продолжал размышлять, пока мысли его не перебил телефонный звонок.

Жаки, снявшая трубку, крикнула из своего каби­нета:

— Это тот иностранец, который уже звонил и хотел говорить только с вами. Возьмите трубку.

У человека действительно был сильный иностран­ный акцент. Он сразу сказал:

— Я позволил себе побеспокоить вас, поскольку мне кажется, что во время 24-часовых гонок в Ле-Мане хотят совершить преступление. — И простодушно пояс­нил: — Вы знаете эти знаменитые автомобильные гонки.

Сначала Пьер подумал, что это розыгрыш коллег по газете, у которых во время дежурства много свобод­ного времени.

Среди журналистов, в том числе и в «Суар», подоб­ные телефонные шутки стали почти традицией, иные из них были весьма жестокими. И все же Пьер не решился повесить трубку. Акцент незнакомца был сильным, а голос молодым. Не желая оказаться в смешном поло­жении в случае розыгрыша, он сказал:

— Поскольку речь идет об очень важной информа­ции, скажите мне ваше имя и номер телефона, куда я могу позвонить вам, после этого повесьте трубку и я перезвоню. Я должен быть уверен, что это не шутка.

Он говорил быстро и побоялся, что тот не поймет его. Поэтому спросил:

— Вы меня хорошо поняли?

Ему показалось, что на другом конце провода раз­дался смешок. Потом незнакомец ответил:

— Я португалец. И хотя не могу говорить по-фран­цузски достаточно хорошо, понимаю прекрасно. Мне вполне понятно ваше недоверие. Меня зовут Кандидо, и я работаю в отеле «Авианосец» в Шартре. Посколь­ку я дежурю у портье, вам легко позвонить ко мне. До скорого, господин Сен-Жюст.

Повесив трубку, Пьер задумался. Шутка или нет? Право же, он не мог этого решить. Он мало что знал о португальцах, но имя Кандидо звучало несерьезно. А уж название отеля... «„Авианосец"... в Шартре! Черта с два», — подумал он.

Сен-Жюст захотел все проверить и попросил Жаки дать ему телефонный справочник.

Он был и удивлен и рад одновременно, убедившись в том, что отель со странным названием существует на самом деле.

Он настолько разволновался, что сначала набрал неправильный номер. Потом в трубке исчез звук, и он повесил ее, проклиная капризы французского телефона. Но он не отступал и был вознагражден. После пятнадцатиминутного трудного боя трубку наконец подняли. Сен-Жюст облегченно вздохнул и спросил:

— Алло, отель «Авианосец»?

Он тотчас узнал голос того, кто назвал себя Канди­до. И сразу же задал вопрос:

Алфавит

Похожие книги

Библиотечная серия

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.