Частная жизнь адмирала Нельсона

Хибберт Кристофер

Серия: Историческая библиотека [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Частная жизнь адмирала Нельсона (Хибберт Кристофер)

Кристофер Хибберт

ЧАСТНАЯ ЖИЗНЬ АДМИРАЛА НЕЛЬСОНА

ГЛАВА 1

Бёрнем-Торп

Я воровал только потому, что другие не осмеливались на это

Вскоре после смерти жены священника, державшего приход в Бёрнем-Торпе, там появился ее брат, капитан Морис Саклинг, — надо было решать, как поступить с детьми. Их осталось восемь, младшему — всего десять месяцев от роду, и отец их, преподобный Эдмунд Нельсон, страшившийся самой мысли быть отныне за мать и отца, явно нуждался в совете и поддержке. Любящий, хотя и строгий родитель, он ревниво следил за подобающим поведением в доме, особенно за трапезами — детям, достаточно взрослым для того, чтобы сидеть за столом со всеми, запрещалось откидываться на спинку стула и даже носить очки: преподобный следовал примеру королевы Шарлотты, установившей такой порядок при дворе. Однако пастве своей Эдмунд Нельсон отнюдь не казался волевым человеком, да и сам прекрасно осознавал: ему не хватает характера и уверенности в себе, чтобы сделаться подлинным столпом церкви. Слишком уж он, по свидетельству биографа, чувствителен к пустякам и неуравновешен. Высокий, изрядно поседевший к сорока шести годам, он никогда не отличался физической крепостью. От суровых испытаний, выпадающих на долю учеников частной школы, его избавил отец, некогда выпускник Итона, тоже приходский священник, как, впрочем, и тесть, доктор Саклинг, пребендарий Вестминстера.

В Норфолке жило уже несколько поколений Нельсонов. Однако же, обладая хорошей родословной, они, как с грустью признавал Эдмунд Нельсон, чей дед по материнской линии являлся пекарем в Кембридже, не могли похвастать, в отличие от его покойной жены, высокими связями в обществе. Она, женщина твердая и прямодушная, запомнившаяся равно своим преклонением перед королевским флотом и ненавистью ко всему французскому, не упускала случая лишний раз отметить, что ее бабушка приходилась сестрой первому министру короля Георга II сэру Роберту Уолполу, получившему от него титул графа Оксфорда и жившему в роскошном замке Хутон-Холл милях в двадцати от Бёрнем-Торпа. Напоминания эти не пропали втуне — когда в 1791 году третий граф Оксфорд скончался, Эдмунд Нельсон объявил в доме траур, а одной из дочерей, к тому времени уже оставившей родительский кров, написал крупным, детским почерком: «У тебя есть все основания последовать моему примеру, а если кто-нибудь полюбопытствует, в чем дело, скажешь, что дед покойного графа, сэр Роберт Уолпол, приходился братом твоей прабабушке. Так что мы в родстве».

Тем не менее в Хутон-Холле Нельсонов никогда не принимали, а нечастые приглашения кузенам и кузинам Уолполам, обитавшим в Вултертон-Холле, выглядели как покровительственный жест богатых родичей по отношению к бедным.

Первый из лордов Уолполов, младший брат первого графа Оксфорда — мужчина с твердым характером и грубоватой наружностью, — говорил с выраженным норфолкским акцентом и благодаря связям брата сделался успешным дипломатом. Сын его, баронет, женатый на дочери герцога Девонширского, такими достижениями похвастать не мог, зато отличался более утонченными вкусами. Но в практическом отношении ни отец, ни сын какой-либо существенной поддержки Нельсонам не оказывали.

Ее скорее следовало ожидать от братьев матери — дядюшек Уильяма и Мориса Саклингов. Уильям, занимавший весьма прибыльную и необременительную должность уполномоченного Управления по акцизам, обитал в Кентиштауне, «весьма симпатичном, — как свидетельствует Лондонская энциклопедия, — месте, совершенно не отравленном лондонским смогом и располагающим дюжиной отличных таверн; сюда охотно отправлялись на отдых, особенно в летнее время, множество жителей столицы». Здесь он располагал уютным домом, с садом площадью в пять акров и чернокожим дворецким, откликавшимся на имя Прайс. На стенах висели портреты крупных вельмож, состоявших с хозяином в более или менее отдаленном родстве.

Хотя дяде Уильяму Саклингу удалось пристроить старшего из нельсоновских мальчиков клерком к себе в управление, главные надежды вывести детей в люди отец связывал не с ним, а с его братом Морисом — великодушным, щедрым человеком, капитаном королевского флота, отличившимся в недавней войне с французами на Карибском море и потому ставшим героем в глазах всей семьи. Состояние он унаследовал от преуспевающего отца — пребендария Вестминстерского аббатства и умножил его за счет премий, полагавшихся-морякам, захватившим вражеские суда; помимо того, после женитьбы на собственной кузине Мэри, дочери лорда Уолпола из Вултертона, ему досталось немалое приданое. Жили они в Вудтон-Холле и поддерживали дружеские отношения с целым рядом норфолкских семейств, находясь с кем в отдаленном, а с кем и в близком родстве, — Вудхаузами из Кимберли, Дюрантами из Скоттоу-Холла, Тауншендами из Рэйнема, Булленами из Бликлинга (в одну из дам этого семейства в свое время был безумно влюблен король Генрих VIII), наконец, с Джерминами из Дипдена, семейством, из которого в XVII веке вышел тот самый придворный вертопрах Генри Джермин, граф Сент-Олбани, сумевший благодаря щедрости короля Карла II заполучить и с толком использовать земли между Сент-Джеймской площадью и Пэлл-Мэлл, где и поныне многие улицы сохранили названия, полученные в честь членов его семьи или друзей.

Когда капитан Саклинг приехал к шурину после смерти сестры, в доме жили пятеро его племянников и три племянницы, чьей судьбою следовало озаботиться. С первого взгляда становилось ясно — достаток у семьи довольно скромный. Поначалу дом приходского священника представлял собой просто коттедж, размерами, правда, побольше обычного. Позже по обе стороны появились пристройки, крытые, как и весь дом, черепицей [1] . Славное, в общем, местечко с хорошо ухоженным садом, особенно красивым, когда цвели розы. Сад окружали тридцать акров пахотной земли, дававшие священнику неплохой урожай пшеницы и турнепса, гороха и фасоли. Но зимой, когда начинал дуть пронизывающий ветер, небо внезапно темнело, а с морского побережья, находящегося невдалеке от Бёрнем-Торпа, прилетали и тяжело опускались на промерзшую землю чайки, в незащищенном от ветра доме становилось нестерпимо холодно. Церковь Всех святых находилась от него примерно в полумиле: по тем временам — совсем не короткий путь. А до двух других церквей, в Бёрнем-Ульфе и Бёрнемг-Саттоне, также находившихся в ведении приходского священника, — еще дальше. Правда, они пребывали в таком разоре, что службы здесь почти не проводились.

Подавленный смертью жены, утративший, по собственным словам, «интерес к жизни, легко приходящий в раздражение и мало приятный в общении», священник, однако, не позволил дому прийти в упадок. Дисциплина здесь поддерживалась с прежней строгостью: вставала семья рано, за обед садилась ровно в четыре, а в девять отправлялась спать. Еды, пусть и не особенно вкусной, хватало, и дети не жаловались.

Довольны, по собственным их позднейшим признаниям, оставались и слуги — деревенские девушки; Уилл, на котором лежал уход по дому, «огородник Питер», Том Стокинг, нянюшка Блэкетт, будущая миссис Хай, жена владельца поместья Олд-Шип.

Капитан Саклинг, не имевший собственных детей, активно занялся устройством племянников и племянниц. Для начала следовало подумать о судьбе девочек. Старшей, Сюзанне, предстояло сделаться сначала ученицей некой шляпницы из Бата, а затем вступить в права довольно значительного наследства, завещанного ей дядей, и выйти замуж за купца, не только успешно торговавшего пшеницей, солодом, углем и другими продуктами и товарами, как удовлетворенно отмечал ее отец, но и происходившего из почтенной семьи (его дед служил приходским священником в Холлесли). Сделавшись миссис Томас Болтон, проживающей в городке Уэллс Приморский, Сюзанна стала веселой, добросердечной и вполне преуспевающей дамой. Среднюю сестру, Анну, тоже отправят на обучение в крупный лондонский магазин, где она будет получать сто фунтов и где ее соблазнит, а потом бросит одну с ребенком какой-то хлыщ; двадцати лет от роду, в позоре и бесчестье, она вернется домой и вскоре умрет в Бате, простудившись на улице после бала. Младшая из сестер, Кэтрин — Кейт, Кэтти, Китти, как звали ее близкие и друзья, — в ту пору еще совсем младенец, вырастет в привлекательную, живую девушку. Братья всегда будут испытывать к ней самые теплые чувства.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.