Неожиданный поворот

Уэверли Шеннон

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Неожиданный поворот (Уэверли Шеннон)

Глава первая

Чтобы обмануть бдительное око няньки, они вышли из дому как ни в чем не бывало, но едва уселись в машину, как натянутые улыбки сбежали с их лиц. Им было не до веселья после этой ночи, самой ужасной в их жизни.

Во всяком случае, для Джилл. Относительно Эйдена у нее не было полной уверенности. Она покосилась на сидящего к ней боком мужа, надеясь понять его настроение. Жесткие, лишенные какого-либо выражения черты его лица показались ей отвратительными. Как, впрочем, и поведение Эйдена в последнее время, приведшее к столь печальному итогу.

— Ты не против, если я включу радио? — с подчеркнутой вежливостью осведомился Эйден.

— Да нет, пожалуйста.

Эйден нажал кнопку, и звуки симфонической музыки наполнили его маленькую спортивную машину. Будь у них выбор, Джилл настояла бы на том, чтобы отправиться в аэропорт в ее пикапе — проводив Эйдена, она собиралась на обратном пути сделать кое-какие покупки, — но тот находился в ремонте.

Выехав из Веллингтона, нового жилого квартала в пригороде Бостона, где они поселились три года назад, сразу после свадьбы, Эйден повел машину по спокойному в этот ранний час шоссе, что вело как раз к аэропорту. На востоке виднелся голый еще апрельский лес, пронизанный первыми лучами солнца.

— Джилл, у нас мало времени, чтобы обо всем договориться, — пробасил Эйден.

Договориться! Словно речь идет о какой-то сделке! Отвернувшись от окна, Джилл едва не рассмеялась.

— О чем же нам договариваться?

— Прежде всего о юристах. Мне не хотелось бы, чтобы ты к ним обращалась до моего возвращения.

На миг в сердце Джилл вспыхнула неразумная надежда. Неразумная — потому что именно оназавела вчерашний разговор. Но Эйден тут же добавил:

— Мы можем вместе пойти к Марку Хиллману. Он всегда вел наши дела. Зачем обращаться к незнакомому человеку?

— О-о-о! — вздохнула Джилл. — Ты хочешь, чтобы мы пошли к юристу вместе?

— Разумеется. — Эйден провел рукой по своей черной, еще влажной после душа шевелюре. — Какой смысл каждому брать отдельного адвоката, это превратит развод в борьбу не на жизнь, а на смерть.

— Ты прав, наверное. — Джилл сглотнула комок, вдруг застрявший в горле. — Хотя я не представляю себе, что мы можем оспаривать друг у друга? — Она помолчала и голосом, даже ей самой показавшимся противным, поинтересовалась: — Ты же не будешь претендовать на то, чтобы взять Мэдди?

Мускул на щеке Эйдена вздрогнул, но ответ прозвучал совершенно спокойно:

— Нет, не буду. А как насчет дома?

— Дом принадлежит тебе. Ты его выбрал. Ты за него платишь. Да я и не собираюсь в нем жить. — Джилл и в самом деле не хотела оставаться в этом доме. И не потому, что он ей не нравился. Напротив, вначале она его даже полюбила. Но последние полтора года она слишком много времени проводила в нем в печальном одиночестве. В результате он стал ей ненавистен.

— Я тоже навряд ли в нем останусь. Зачем мне десять комнат? Так что, если хочешь, живи себе, пока суд да дело.

— Нет, нет, я немедленно начинаю собирать вещи.

— В этом нет нужды. Я перееду, как только возвращусь из поездки. Мне это куда проще, чем тебе с ребенком.

Так я тебе и поверила! — подумала Джилл. Кому-нибудь эти слова и могли бы показаться верхом благородства, но только не ей! Она, что называется, зрит в корень, а потому отлично понимает: им руководит просто желание как можно быстрее покинуть ее.

— Незачем так торопиться с переездом. Если хочешь, живи в доме, пока его не купят. — Он чуть нахмурился и минуту-другую молчал. — А куда ты собираешься?

— Еще окончательно не решила. Скорее всего, к себе домой, в Огайо.

— Я так и думал, — кивнул Эйден.

Джилл покосилась на мужа. Судя по его уверенному тону, он и не сомневался, что она возвратится в Огайо.

— А ты куда? — спросила она.

— Пока не знаю. Наверное, в Шоумут-Гарденс. — Эйден там жил до женитьбы в большом многоквартирном доме. — А что, вполне уютное местечко.

Голос его звучал столь бесстрастно и выражение лица было столь невозмутимым, что у Джилл создалось впечатление, будто она беседует с автоматом. Если он и расстроен предстоящей разлукой, то великолепно скрывает свои чувства! Впрочем, навряд ли он особенно расстроен.

Когда Эйден, круто повернув машину, въехал в ворота аэропорта, солнце осветило его лицо, и сердце Джилл на миг предательски заколотилось.

В свои тридцать с лишним лет Эйден был необычайно хорош собой. Его красивое лицо и тело атлета привлекали к себе взоры женщин. А сегодня утром, после душа, одетый с иголочки и пахнущий лосьоном, он был просто неотразим.

И причиной тому были не только красивое лицо и стройная фигура Эйдена Морса. Главный секрет его обаяния не поддавался определению, это было нечто неосязаемое, быть может, исходившее от него ощущение внутренней энергии, ума и силы, то есть все то, что Джилл почувствовала уже при первой их встрече и могла охарактеризовать одним лишь словом — «магнетизм».

Боже мой, до чего я докатилась! — с ужасом подумала Джилл. Сижу рядом с ними размышляю о нем будто о постороннем человеке! Она отвела взор и заставила себя вернуться к их разговору:

— Мое единственное к тебе требование касается Мэдди.

— Содержание ребенка. Естественно, о другом и речи быть не может. А как насчет тебя?

— Меня?

— Ну да. Ты же знаешь, как это обычно происходит. Алименты.

— Мне от тебя ничего не нужно, — вздохнула Джилл. — У меня есть диплом и кое-какой опыт работы. Я надеюсь получить место.

— Мы опережаем события, говоря о деньгах, — произнес Эйден, положив руки на руль. — Это дело юристов.

— Да, наверное.

— Беспокоиться нечего, Марк продумает все детали. Мы обратимся к нему, как только я приеду.

— Хорошо. — Джилл взглянула на часы. Время шло, а они с Эйденом все еще сидели в машине.

— Хочу напоследок задать тебе вопрос, Джилл, — задумчиво произнес Эйден, — глупый, конечно, но иначе не могу. Ты уверена, что хочешь развода?

Как хотелось пойти на попятную и сказать «нет»! Их брак, пусть и стал для нее мукой, давал ей чувство защищенности и спокойствия. Теперь ей будет ох как трудно материально, да и замужняя женщина выглядит в глазах общества куда лучше, чем разведенная! Но Джилл тут же вспомнила унизительное чувство одиночества, не оставлявшее ее последние полтора года, неотступную щемящую боль в сердце… А главное, вспомнила Мэдди, ради которой была готова на все.

— Нет, — ответила она, упрямо вздернув подбородок. — Я не вижу иного выхода. Так дальше жить нельзя. Ты почти не бываешь дома, а если и возвращаешься, то не обращаешь на нас ни малейшего внимания. По-моему, я тебе только в тягость.

— Давай не будем обливать друг друга помоями! — Эйден слегка повысил голос. — Твои нападки мне уже хорошо известны.

—  Моинападки? Можно подумать, я одна во всем виновата! — Заметив, что губы Эйдена сжались в узкую линию, Джилл осеклась и отвела взгляд. — Извини. Я тоже не хочу ссор.

Лишь через несколько долгих секунд, показавшихся Джилл вечностью, Эйден нарушил воцарившееся неловкое молчание:

— Кто бы мог подумать, что, забыв о дне рождения ребенка, я вызову такую бурю? — Он горько усмехнулся.

— Речь идет не просто о ребенке, Эйден, а о твоей дочери, и не просто о дне рождения, а о ее первой годовщине. Да и к чему все сводить к одному дню рождения! Сам прекрасно понимаешь, этот эпизод всего-навсего верхушка айсберга, скрытого под водой. — Как ни старалась она говорить спокойно, голос снова задрожал от волнения.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.