Чужой муж

Казакова Римма Федоровна

Жанр: Социально-философская фантастика  Фантастика    1965 год   Автор: Казакова Римма Федоровна   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Чужой муж ( Казакова Римма Федоровна)

Римма Казакова

Чужой муж

Журнал «Смена», № 22 за 1965 год Рисунок В. Карабута

— Друзья! Мы собрались на Час Друзей в тот час, когда…

— С-слушай, не тяни п-полихлорэтилвинилрезину! Б-ближе к делу.

— Ой, только не перебивайте, а то я совсем запутаюсь! Я и так ничего не понимаю… Ну ладно, разберемся. Надя хотела, чтобы мы пришли, и вот мы тут. Вернее, мы сами хотели, чтобы мы пришли. Вернее, никто ничего не хотел, а это такая традиция. Зачем это нужно, кому это нужно… А может, и нужно… Кто-нибудь налейте водички, жарища жуткая! Спасибо… Надька, да не гляди ты зверем, не съедим мы тебя! Мы же действительно твои друзья. И вообще так полагается…

Надя — в брюках и футболке — сидела, обхватив спинку стула и упершись в нее подбородком.

— Ты, Надюха, не унывай! Сейчас что, в старину, говорят, был не Час Друзей, а это… как его… что-то ругательное… а-а, вспомнила: СОБРАНИЕ. От слова БРАНЬ, поняла? Соберутся человек сто, а то и двести и бранятся сколько не лень! А мы тебя бранить не будем, мы тебе помочь хотим. И нас трое всего. Так что ты не стесняйся. Да и чего стесняться? Все равно мы все знаем. В наше-то время, при такой технике… Плюнуть некуда, кругом автоматы! А теперь что же… Теперь начнем наше собр… тьфу, черт бы побрал этот старинный жаргон! «Наш Час Друзей», я хотела сказать! Коля, излагай факты.

Коля вытащил бумажку.

— Факты общеизвестные, но, так сказать, для информации, для затравки разговора. В позапрошлый понедельник на институтском вечере Надя познакомилась с Прорабом Больших Работ на Марсе, прикомандированным на две недели к нашей лаборатории 2-зет. Начиная с этого дня они виделись ежедневно. Перечислить места встреч?

— Да з-знаем, н-не надо!

— Так. Тут есть фотографии. Ничего интересного, в кафе и парки спихивают самые паршивые телефоты. Ага, вот что-то получше! Межпланетная Хроника… развалины древнего Внуковского аэропорта… Амазонка… Но вернемся, как говорили старые космические волки, к нашим ракетам. Сегодня в семь утра Большой Прораб улетел на Марс, на Красную, в свою пустыню. Командировка окончена. История получила некое временное завершение. И то, как в итоге сложились факты, сделало наше вмешательство не только долгом, но и обязанностью. Теперь я обращаюсь к Наде. Надя, ты готова принять участие в разговоре?

— Да, — нехотя сказала Надя.

— Хорошо. Первый вопрос. Ты провожала Прораба на Красную?

— Провожала.

— Он что… обещал тебе что-нибудь?

Молчание.

— Ну ч-чего там, г-говори п-прямо: здесь все с-свои!

— Обещал.

— Как?!!

Надя усмехнулась.

— Обещал, что через год на Красной будет море и трава.

— А-а… Да нет, мы не про это.

— Погодите, погодите! Не будем забегать вперед. Надя, ты знала, что Главный Прораб…

— Знала.

— Я знала об этом.

— Когда ты узнала?

— Не сразу. Не в первый вечер.

— Значит, он солгал!

— Нет, он не лгал. Просто… Мы об этом не говорили.

— О чем же вы говорили?

— Ну… о Красной, о его работе…

— А потом ушли вместе?

— Да, ушли.

— Хотя ты не имела права.

— Почему?

— Потому что есть человек…

— Тогда я не думала об этом.

— Напрасно. И ты ничего не сказала этому человеку?

— А что я могла сказать?

— Ты не должна была уходить с Прорабом!

— Почему?

— Почему, почему! Потому что он…

— Я еще не знала этого.

— Но ты отлично знала, что есть человек…

— Я была спокойна за себя.

— А потом?

— Что потом?

— Потом, когда он сказал тебе, что он…

— Потом то же, что до потом!

— То есть в каком смысле?

— В самом прямом.

— Н-надька, да не т-тяни ты к-комету за хвост! Ты что, в-влюбилась в Б-большого П-прораба, что ли? А как же… В-ведь это жестоко п-по отношению к…

— Да, Надежда, серьезно, а что же будет с твоим…

— Значит, я ошиблась тогда.

— Ошиблась?

— Да, ошиблась. Думала, что это оно и есть, а оказалось…

— А может быть, ты и теперь ошиблась?

— Нет. Теперь я не ошиблась.

— Ой ли!

— М-может, у тебя уже в-выработался ус-словный рефлекс…

— Я знаю, что не ошиблась.

— Но Прораб улетел.

— И н-не обещал тебе н-ничего, к-кроме того, что б-будет доблестно трудиться н-на благо с-своей молодой п-планеты…

— Погодите, дайте мне! Это черт знает что! Прилетают тут всякие космические мотыльки, жуки межпланетные! Ему что, командировочному, погулял, развлекся, благо, девочка сама в руки идет, это тебе не какая-нибудь шантрапа марсианская — наша, земная, доверчивая! Погулял — и в небо, ищи свищи! Нет, это так оставлять нельзя! Так у нас, знаете, какая мораль будет? Как в двадцать первом веке! Нет уж, спасибочки! У меня есть предложение: во-первых, сообщить обо всем на Красную, пусть его протрут с песочком! Во-вторых, написать в Межпланетные новости…

— Я вот тебе напишу!

Надя вскочила со стула, опрокинув его на пол.

— Н-надежда, Н-надежда, успокойся…

— Надя, ну как не стыдно? Мы же для твоей пользы, а ты…

— Ладно, для пользы… Вы Прораба не трогайте. Отстаньте от него, поняли?

— Вот ты его защищаешь, Надя, а он тебе горе причинил.

— Ты уверен, что горе?

— Уехал, ничего не сказал.

— Почему ничего? Сказал. Живи, говорит, по земле ходи и о небе не забывай.

— Ох, Надька, храбришься! А ведь кисло тебе. И будет совсем плохо.

— Да ты что мелешь! В нашем гармоническом обществе никому не должно быть плохо!

— А если я хочу, чтобы мне было плохо!

— Значит, ты больна и тебя надо лечить!

— Есть предложение. Мы здесь т-толкуем битый час, а п-пора бы уже п-принять какое-то решение.

— Ну и что ты предлагаешь?

— Институт 3-забвения.

— Молоток!

— Ч-чего, ч-чего?

— Это древние так говорили — молодец, значит. В одном старинном бульварном романе прочитала. Институт Забвения, подумать только! Как до Луны, рукой подать, а ведь не придет в голову! Неделя — и Надька будет совсем здорова. Все забудет, как миленькая, вернется к своим пробиркам и к своему…

— Я знал одного графомана — вылечили, забыл, как собственное имя пишется…

— А м-моего дядю л-лечили от д-демагогии…

— Поправился?

— Н-не совсем, т-трепаться начисто р-разучился, но с ж-жестикуляцией ничего п-поделать не с-смогли. П-послали на н-профсоюзную работу к г-глухонемым.

— У Надьки случай легкий, выздоровеет. Так я голосую. Кто за то, чтобы…

— Погодите, — сказала Надя. — Не голосуйте.

— Чего не хочешь?

— Не хочу в Институт Забвения.

— Не хочешь?

— Не хочу!

— Но почему?!

— …Не хочу!

— Категорически?

— Но т-ты п-подумай, з-зачем г-горячку пороть.

— Подумала.

— Что же тогда делать?

— Друзья, друзья, без паники. Сегодня уже все устали, и Надю надо понять. Надя, ты взволнована, тебе трудно. Иди домой, а завтра на свежую голову все обдумаешь, придешь к нам и скажешь: «Я согласна». Правильно я говорю?

— В-верно, я так н-ног под с-собой не чую! К-кто к-куда, а я — п-под озоновый душ!

— Надя, Коля абсолютно прав! Ничего нам не говори, отдохни, а завтра…

— Как хотите, только и завтра…

— Нет, Надька, нет, и слушать не хочу! По домам! Час Друзей объявляю истекшим. Фу, пот градом! И как они там на этих собраниях…

Домой Надя возвращалась пешком и одна. Сверкали трассы воздухолетов, шумели озоновые потоки, и где-то наверху, над тишиной и блеском большого города, по-иному тихи и по-иному ярки мерцали звезды.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.