Помета

Агнон Шмуэль Йосеф

Жанр: Историческая проза  Проза    2012 год   Автор: Агнон Шмуэль Йосеф   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Шмуэль-Йосеф Агнон Помета [1] Перевод с иврита – Ontario14 Перевод стихов р. Шломо ибн Гвироля - Эрнста Левина

Шмуэль-Йосеф Агнон

ПОМЕТА

В год, когда поползли слухи о гибели евреев моего города, я жил в одном из кварталов Ерушалаима, в доме, построенном мною после погрома, случившегося в году ТАРПАТ [2] , а гематрия "ТАРПАТ" равна "Нецах Исраэль" [3] . В ту ночь, когда арабы лишили меня крова, дал я себе обет – если Всевышний пожелает и я останусь в живых, построю дом в Ерушалаиме, в том же квартале, который враги пытались разрушить. Милостью Божьей спасся я от рук их и остался с женой и детьми жить в Ерушалаиме.

И исполнил я обет свой и построил дом, и сделал сад и посадил в нем дерево [4] .

И сидели мы с женой и детьми, как хотел того Оплот наш и Создатель, – иногда в тишине и покое, a иногда – в страхе и ужасе перед Мечом Пустыни, угрожавшим всем сидящим на Святой Земле.

Несмотря на многочисленные трудности, я все принимал за благо и не жаловался. Более того, к каждому несчастью я относился так: лучше жить в Эрец-Исраэль, чем в Галуте, ибо Эрец-Исраэль дает нам силы и смелость, а в Галуте мы способны лишь быть идущими на заклание овцами. Многие тысячи сынов Израиля, несчастья которых несопоставимы с моими, – убиты, задушены, утоплены, сожжены и похоронены заживо, – мои братья, друзья и родня.

Прошли они все виды пыток, замучены насмерть злодеями, богохульниками и гонителями нашими, каких еще не видел свет.

Не скорбел я о городе своём и не рыдал по общине Господа, уничтоженной врагом, ибо день, когда прошел слух о злодеянии, был днем захода Шавуот [5] .

И отгонял я скорбь перед радостью о времени дарования Торы. Видимо, мне это удалось или, как минимум показалось, что удалось. Любит Всевышний народ Свой и дает нам силу: как дал силу на Синае – принять Тору и мицвот, так дал ее и мне, когда надо было радоваться Шавуоту, празднику дарования Торы нам, а не убивающим нас богохульникам.

Наше жилище было готово к празднику.

Весь дом приветствовал Шавуот. Солнце отражалось на внешних стенах, а на внутренних мы развесили украшения из цветов, веток лаврового дерева, кипариса и сосны, чтобы красотою и ароматами встретить праздник Торы [6] .

С самого моего прибытия в Эрец-Исраэль наш дом не был так правильно и красиво подготовлен к Шавуоту, как в этот день. Исчезли все дефекты, и ни одной трещинки не видно было ни на потолке, ни на стенах. Из тех углов, где раньше они росли и насмехались над строителями дома, шел прекрасный запах – от ветвей и особенно цветов, собранных в нашем саду. Эти скромники, не высовывающиеся высоко над землей, кроме запаха радовали нас и своим разнообразием, с которым Всевышний, благословен Он, украшал Землю, дарованную нам милостью Его.

Облачившись в новую одежду и обувшись в новые и лёгкие ботинки, отправился я в Дом Молитвы, ибо, как учила меня мама, да упокоится душа ее с миром: “если человек приобретает новую одежду или обувь, первый раз он должен одеть их в праздник и пойти в Дом Собрания”. Весьма благодарен я телу своему, что подождало меня и не соблазняло одеть новые одежды и обувь до праздника, хотя и старые ботинки были тяжелы, и жестокие хамсины посещали Страну. И хотя "не достиг я деяний отцов" [7] , – в этом, частном случае, "деяния отцов" я могу повторить, ибо тело мое позволяет соблюсти большинство обычаев с ними связанных.

Я вышел из дома.

Обе лавки в нашем квартале были уже закрыты, и даже автобус, собирающий после Субботы припозднившихся пассажиров, уже ушел. Никого не было видно на улицах, кроме мальчишек – посыльных цветочных магазинов. Но и они быстро исчезли. Не осталось после них ничего, кроме аромата цветов, напомнивший мне за ароматы садов в нашем квартале.

Окраина тихо отдыхала. Никто не помешал мне в дороге моей и не никто не спросил о событиях в мире. А если бы даже и спросил, не стал бы я рассказывать, что случилось с моим городом. Такое уж время настало – каждый бережет стоны для себя. Что из того, если расскажу кому-то о своем городе, ведь его судьба не миновала и все остальные города?

Я зашел в синагогу и сел на своё место.

Перед глазами появились картины событий в моем городе, во всяком случае – как я их себе рисовал. Потом, когда до меня дошли рассказы о реальных событиях там, я понял, что зверства врага превзошли все мои представления. Сила фантазии намного больше силы действительности, кроме тех случаев, когда действительность – это прегрешения гоим, выходящие за рамки любого воображения.

Я открыл махзор [8] на “Лель Шавуот” [9] . Люди за пределами Земли Израиля имеют обычай читать много пиютим [10] . Это принято в старых общинах, чтящих заветы отцов. И, хотя я сам себя считаю сыном Страны Израиля, люблю я пиютим, готовящие душу к настоящему и к молитве. Святые сочинители пиютим смогли сблизить сердца Израиля с Отцом Небесным. Знают они – что именно мы должны просить Его и что Он требует от нас, и написали пиютим и вложили их перед Ним в уста наши.

Дом Собрания стал постепенно заполняться людьми.

Даже те пришли, кто обычно в синагогу не ходят. Они пришли ради детей, которые тянули их сюда. Пока ребенок остается ребенком, тянется он к отцу и тянет отца за собой. Это значит, что тянется он к Отцу Небесному и тянет за собой отца родного.

Такими детьми были заполнены все синагоги моего города. Здоровыми и красивыми детьми.

Сейчас все они мертвы.

Рука врага уничтожила всех, никто не выжил и не спасся, а если кто и остался в живых, то он во власти гоим, воспитывается ими и дай-то Бог, чтобы не присоединился к рядам ненавистников наших.

Те, о ком написано: "и поднял вас на крыльях орлиных, и принес вас ко Мне" [11] отданы под чуждую власть, разгромлены и растоптаны ногами чудовищ в человеческом облике.

Хотя в Субботу и праздники "маарив" [12] начинают раньше обычного, в Шавуот начинают вечернюю молитву с выходом звёзд, ибо если начнут раньше и примут святость праздника – отсчёт сорока девяти дней [13] будет неполным, а в Торе сказано: "семь суббот, полными будут они" [14] .

Окончив "минху" [15] , люди сидели и ждали начала "маарива", переговариваясь между собой, а дети стояли удивленные и зачарованные. Конечно, я понимаю, что мои слова вызовут улыбку, но всё-таки я их произношу. С наступлением праздника дарования Торы, с этими детьми происходит то же самое, что в такой же вечер произошло с их душами, стоявшими у Горы Синайской.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.