Карманный атлас женщин

Хутник Сильвия

Жанр: Современная проза  Проза    2011 год   Автор: Хутник Сильвия   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Карманный атлас женщин (Хутник Сильвия)

Глава 1

КОШЕЛКИ

Впервые на базаре. Куда идти — непонятно: шум, голоса, хаос. Без карты ничего не найдешь, ничего не купишь. Город в городе. Нужен гид? Тогда идем со мной. Направо грязь, налево грязь, а перед нами городской лабиринт.

Топография непреложна: сначала, поближе к улице, овощи и фрукты, это чтобы свинец из выхлопов как следует осел на кожуре. Потом выпечка «булочки с пылу с жару». Потом молочные продукты — «всегда свежие» и всегда неразлучны с мясом во втором ряду. Есть еще затерявшиеся палатки с антиквариатом, как из романа Борхеса. Все, что хочешь из книг, — найдешь. Но, кажется, потянешь одну с полки, и весь ларек рассыплется, так там тесно. Продавцы выглядят как закладки, как серенькие Филифьонки, [1]  как пыль.

Есть на базаре и отдельный сектор белья, б/у-латаного, а в конце базара — элита. Без прилавков (и за место платить не надо), без электрочайников для персонала и ключей от общественных туалетов. Зато товар живописно и с выдумкой разложен прямо на земле — на картонках, тряпках, газетах — или на детских кроватках. Ничего не продающий сектор. Внутренняя логика базара становится понятна лишь после более глубокого изучения. Закуток бэушной одежки, палатки с овощами и фруктами. А за помойкой — бомжи распродают жизнь на разложенных тряпках.

Надо несколько раз прогуляться туда-сюда, чтобы стало понятнее, что где находится, но поначалу все теряются и ходят по кругу. Собираются купить морковку, а вдруг ни с того ни с сего оказываются у выхода на улицу. Торжище будто и притягивает и отталкивает. Одно неверное движение, и человек слетает с карусели толпы. Он начинает совершать покупательские ошибки. Вот ведь все знают, что у Каськи черешню не покупают, потому что она сверху присыплет хорошими, а в середине сумки — одна гниль. Купят разок-другой — поймут. В свою очередь, пан Вацек (у которого жена в прошлом году умерла) торгует яйцом с шестнадцати лет. Отдельные экземпляры с двумя желтками держит только для постоянных клиенток.

Войти в палатку с птицей — только после двух дня. А до этого времени такая толкотня, что ничего не увидишь. Это пани Бася принимает «своих». Каждый день идут с девяти утра. Продавщица сначала выкладывает смерзшийся товар из лотков, привезенных от непосредственных поставщиков (боже упаси с оптовой базы, потому что там по нескольку раз моют старые крылышки, причем «людвиком», [2]  а глупый народ жрет это, и срет этим, и снова покупает в супермаркетах). Терпеливые бабы ждут, пока пани Бася все выложит на полки и только тогда входят внутрь. У каждой свои постоянные заказы, причем такие мизерные, чтобы оставался повод прийти на следующий день. Впрочем, иногда стоит соблазниться чем-нибудь новеньким (будьте любезны, дайте мне немножко вон той мортаделлы, если она у вас такая свежая, как вы говорите, но совсем чуток, только попробовать). Это такое символическое подчеркивание, что и самой продавщице доверяют, и в ее товар верят.

Но самый главный вопрос на всем базаре — это вопрос, свежий товар или не свежий. Тут даже консервы из тунца и мыло должны быть свежими. Продавцы клянутся: свежий-свежий, а как ему быть не свежему, если только что привезли. Известно, что некая Ядя, которая сырами торгует, всегда старье в палатке держит, и, было дело, женщину одну, которая Ядькиных сыров отведала, на «скорой» увезли. Все видели. И поэтому разглядывают товар, в палатке с птицей тыкают пальцами в индюшачьи грудки. Продавцу такое не по душе, скандал готов. «Что это за общупывание такое, глаз, что ли, нет? Вы только посмотрите на нее. Специалистка какая выискалась. Ну и что вы там нащупали, поди, золото? И так видно, что хороший товар, тут или бери, или иди в “Жант” или в “Перекресток” [3]  какой-нибудь за ихней плесенью».

Тех, что часто приходят, ласково называют «мои клиентки». Им позволено привередничать, потому что на них строится бизнес. И на их рассказах тоже. Приходит, например, одна такая, у которой муж давно уже умер. Придет, сядет на складном стульчике и заведет разговор. Что она у внучки была, что пирог испекла. Другие бабы приходят, что-то хотят спросить, а эта все бухтит. Никто ее не слушает. А она сядет и ноги свои с варикозными венами выставит напоказ. Кто-то когда-то споткнулся об эти ее слоновьи ноги, так она еще раскричалась, что она больная, что смотреть надо, дескать, куда лезешь.

А пани Бася всегда такая приветливая, и поговорить с ней можно, ну так до завтра, до свидания, пройдусь еще, посмотрю, может, колбаски еще куплю. И уже вторая на пост заступает и в палатке распространяет запах нафталина. Пан Янек, муж пани Баси, приветствует новую клиентку:

— День добрый, как жизнь течет-протекает?

— Ах, уже не течет, не протекает. Несколько лет, как перестало течь. Да оно и к лучшему, меньше желудок болит и проблем нет.

— А как же вы тогда с мужем живете?

— Что, со стариком этим? Пусть сядет и вспомнит те времена, когда он еще чего-то там мог. А не теперь… скажете тоже.

И в сумку отправляются два крылышка на воскресный обед.

Базар — не прачечная. Здесь разговоры на уровне. Это храм, единственный в стране, где женщины могут быть жрицами. Наравне с мужчинами выбирать продукты, комментировать, наблюдать. Здесь надо бывать каждый день и по ходу дела включаться в работу единственного в своем роде народного университета. Теории найдутся на каждый конкретный случай из области медицины, политики и морали. Здесь случай детально изучат, проанализируют, взвесят все за и против, а в конце вынесут обвинительный приговор. Потому что здесь в следственных комиссиях заседают в основном вдовы и бабули с пенсией 485 злотых 60 грошей. [4]

Чтобы иметь право высказывать свое мнение и выносить приговоры, следует в первую очередь посещать собрания. Быть в курсе дел и уверенно излагать свою точку зрения. Никаких «возможно» и «в общем наверное». Здесь надо быть жесткой черно-белой комментаторшей повседневности, не бояться высказывать резкие суждения. Даже если ты ничего не знаешь о данной ситуации, достаточно понимающе кивать и время от времени бросать собеседнице «да что вы говорите». Исключительно презираемые особы окатываются выразительным молчанием членов следственной комиссии.

Базар — это еще и ответ на консьюмеризм, на корпорации, капитализм, глобализм и прочие черные силы. Своеобразный торговый андерграунд. Где продавец в одной руке держит сигарету, а второй кладет три булочки в сумочку. Где реклама продуктов задержалась на этапе намалеванной на картонке надписи «Распродажа». Где набор высохших фломастеров предлагается как полноправный товар наряду с головой, оторванной от куклы типа «голыш». Ну и что вы нам на это скажете, спецы по рекламе, молодые волки пиара, виртуозы опросов, определяющих потребительские предпочтения? Подгоняемое загадочной силой гнилых помидоров, тщательно скрываемых под слоем свежих и приятных на вид экземпляров, торжище прекрасно живет без всего этого.

На базаре берет начало новый путь эволюции. Польских женщин не аист принес, их нашли в пластиковом пакете. В сетке, в сумке, в мешочке. И носят они эти свои псевдоплаценты с собой с рождения до смерти. На руках уже появились глубокие линии жизни от врезавшихся в ладони ручек пластиковых пакетов и сеток. Какие у вас папиллярные линии? О, дорогая моя, ждет тебя долгая жизнь при базаре. Линия распродаж пересекается с линией жизни. А вот и знак, говорящий об очередной поставке исключительно выгодной партии помидоров из Рембертова.

И на базаре встречаются настоящие Королевы.Их нельзя не заметить. Они сидят на складных стульчиках и гордо предлагают разложенный на газете товар. Товар им поставляет ближайшая помойка или пыльный чердак. И чего тут только нет: крепеж от унитаза, тетрадь без страниц, магнитофонная кассета без ленты. У Королев голубая от денатурата кровь и высокомерный взгляд. Сидят они, как правило, боком, а то и вовсе спиной к клиентам, и поэтому они — самый настоящий авангард. Будто и не верят, что вообще хоть что-то могут продать. Будто игнорируют весь этот капитализм, куплю-продажу, вещизм. С другой стороны, здесь дарит огромный респект к вещи как детищу рук человеческих. Даже самый маленький пластмассовый обломок приобретает здесь значение, потому что он может на что-нибудь сгодиться, а стало быть, его можно представить как и всякий другой товар.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.