Плачу любые деньги

Обухова Оксана Николаевна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Плачу любые деньги (Обухова Оксана)

Часть первая

МОНСТРЫ СЕМЬИ ПОКУПАЮТ?

– Плачу любые деньги.

Мизансцена из Ветхого Завета – змей-искуситель морочит голову Адаму с Евой. Недавно Дуся купила для украшения офиса раскидистую лиану монстеру. Миронов сидел в кресле на фоне райски пышного куста, и ассоциацию со змеем, скорее всего, вызвали не только обольстительное предложение и куст, но и пятнисто поблескивающая полоска галстука, туфли из кожи питона. Глубоко упрятанные под надбровные дуги темные глаза Саши-Мирона пронзали далеко не библейскую парочку детективов – ощутимо струсившую Евдокию Землероеву и бравого отставного полицейского Олега Паршина, поза и взгляд демонстрировали: отказ, господа, не будет принят.

– Наше расписание определено на два ближайших месяца, – стараясь быть слегка равнодушным и незначительно учтивым, проговорил Олег. – Мы получили задаток, взяли на себя обязательства…

– Я должен повторить? – приподнимая бровь, перебил Мирон. И, вроде бы как делая одолжение тугодумам, проговорил членораздельно: – Мне. Нужна. Евдокия.

Под кожей Паршина на скулах заходили желваки. Господь свидетель, бывший капитан полиции старался быть корректным с бывшим (если они все же уходят в отставку) криминальным авторитетом Сашей-Мироном. Он выслушал предложение нынешнего бизнесмена, закончившееся соблазнительным посулом. Не перебивал. Не уточнял. Не намекал: куда ты, Саша, девочку собрался впутать?! Собирался съехать с темы вежливо, по-тихому.

Не получилось.

Поскольку не на того нарвался.

Александр Миронов не принимал отказов.

Или действительно приперло.

Существенно струхнувшая Евдокия секунд десять наблюдала, как мужики играют взглядами и желваками на скулах.

Предполагая сделать брейк, Дуся тихонечко сказала «кхм». За дверью офиса остались громадные охранники Мирона, ежели Олег не выдержит и они с клиентом сойдутся врукопашную… Монстеру жалко. Поломают битюги новенькое деревце.

Ну и Паршину достанется, что немаловажно. Он только недавно зубы ремонтировал…

Миронов медленно отвел взгляд от капитана, тягуче, выжидательно взглянул на кхыкающую Дусю…

У той, что называется, в зобу дыханье сперло. И язык превратился в дольку подзавявшей докторской колбасы. По правде говоря, Евдокия напрочь забыла отчество Миронова, а, входя, он не представился – и так все знают, кто пришел. Обращаться же по имени к подобным дяденькам…

– Я рад, что мы пришли к согласию, – самоуверенно проговорил авторитет, истолковав молчание Евдокии как знак доброй воли. Неловко, левой рукой нашарил в кармане визитку и положил ее на письменный стол, ближе к скромно молчаливой Дусе.

Паршин на визитку даже не взглянул.

– Никакого согласия не будет, – проговорил тихо. Набычился.

И Дуся снова испугалась за новые дерево и зубы. Быстро считала Сашины данные с прямоугольной картонки:

– Александр Сергеевич, минуточку, мы вроде бы действительно еще ни о чем не договаривались… У нас есть клиент, мы перед ним…

– Сейчас, как мне кажется, вы передо мной, – весомо прервал Дусино блеяние Миронов. – Я что-то непонятное здесь сказал? Мне нужна ваша помощь, Евдокия. Господин Паршин волен заниматься прежней клиентурой… или чем там ему угодно… В его услугах я не нуждаюсь.

У любого стороннего наблюдателя прилично одетый господин с культурной речью вряд ли вызвал бы ассоциацию со зловредным аспидом. Пришел галантерейный господин в офис детективного агентства, проговорил шикарные условия, работу предложил – радуйтесь, господа сыщики, бубновый туз вам лег!

Но денежное предложение не завладело Дусиным вниманием даже на одно мгновение – затряслись поджилки. Несколько раз Миронов Саша приходил к ней в страшных снах, и худшего кошмара не представить: дьявольски мстительная изобретательность Мирона девять месяцев назад произвела на Евдокию впечатление осуществленной жути с полотен Босха.

Никому и ни за что Землероева не посоветовала бы хотя бы краешком связаться с Сашей. Никому и ни за что! Ни за какие деньги и посулы. Есть люди, при виде которых надо быстро перейти на другую сторону улицы и затеряться в толпе.

Девять месяцев назад, в конце прошлого августа, Евдокия без всякого преувеличения, по самому гамбургскому счету, спасла авторитету жизнь – Александра Сергеевича замыслила убить любовница. Паршин тогда мечтательно сказал: «А может быть, зря мы, ребята, расстарались, туда Саше и дорога», но без живого Мирона было не обойтись, его уберегли ради другого человека – Льва Ефремовича Зубова, чьей женой была любовница Александра Сергеевича. И именно на ней, в присутствии Евдокии, Мирон показал, как может быть ужасающе жесток. Он мог бы убить Берту, и Евдокии показалось, что женщина предпочла бы смерть. Но любовник изуверски выбрал для молодой роскошной светской львицы иную судьбу. Он попросту подарил ее двум сексуальным садистам, братьям Юнусу и Рустаму. Те владели каким-то зачуханным шалманом в районе Южного порта. Берту держали в подсобке, и жена олигарха Зубова мыла там полы и посуду днем, а ночью…

Лучше не представлять, не думать.

Убежать от Юнуса и Рустама бывшей любовнице Мирона не удалось. После первой попытки, как и обещал Мирон, ей что-то там отрезали. Будучи пойманной во второй раз, Берта предпочла повеситься в кладовке забегаловки.

Все это Дусе рассказал сын Льва Ефремовича Зубова Илья, с которым Евдокия подружилась прошлым летом, попутно помогла восстановить отношения с любимой женщиной – Кирой. Во время того разговора Илью, прямо скажем, существенно потряхивало, приятель растерянно разводил руками, головой крутил: «Я ведь, Дуся, поговорил с отцом, попросил его за Берту перед Мироновым вступиться… Миронов обещал отпустить Берту на все четыре стороны… Но почему-то после Нового года, вроде как прощальный подарок сделать…»

Не успел Саша с подарком, задержался. Получилось: приговорил любовницу к смерти через повешение. Подобные ему судьи не принимают кассации и не дают амнистий.

Примерно с неделю Дуся ходила под впечатлением рассказа Ильи. Никак не могла отделаться от мыслей о том, что заставило Берту полезть в петлю, пару раз всплакнула по женщине, натворившей достаточно зла…

И вот кошмар из ее снов предстал воочию. Расселся под монстерой, правую руку плащиком прикрыл, и Дусе постоянно чудилось, что под плащом упрятан пистолет. Или стилет. Или граната. Или… Да все что угодно и вряд ли полезное для жизни.

Почти не скрывая страха, Евдокия стерегла каждый жест кошмарного клиента. Ловила взгляды, перепады в настроении и тоне разговора… Боялась – до смерти! И это не фигура речи. Атмосфера в офисе сгустилась, хоть режь ее ножом, дели на дольки и продавай любителям суицидов и готики.

Паршин, до сих пор рефлексирующий из-за того, что девять месяцев назад был вынужден отправить Дусю без прикрытия к Мирону, смотрел на Сашу волком. Тот в долгу не оставался – антагонизм служителя закона и отпетого рецидивиста диктовал условия переговоров, и никуда от этого не деться. При взгляде на бывшего капитана у Мирона невольно раздувались ноздри, Паршин играл скулами и уже совершенно не скрывал, что всяческих авторитетов на дух не выносит…

Почему Миронов пришел в офис бывшего полицейского капитана, Дуся не могла понять, даже подключив все резервы богатейшей фантазии. В Москве хватает частных сыщиков, никогда не служивших в полиции или сроднившихся с криминалом до полного согласия и нежной дружбы. Денег у Мирона – куры не клюют. Неужели он не смог найти в столице сыскаря, больше отвечающего его понятиям?! Паршин до сих пор остается стопроцентным ментом! Ведь видно: все расспросы Паршина Мирону – как серпом по сердцу! Авторитет, сотни часов проведший на допросах таких вот стопроцентных капитанов, на любое слово реагирует каждой клеточкой битой шкуры и до сих пор не может четко определиться по цели визита. Втолковывает внятно и размеренно «мне нужна Евдокия», а зачем и почему – не может (или не собирается) вслух произнести.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.