Время Рыцаря

Корниенко Дмитрий Валерьевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Время Рыцаря (Корниенко Дмитрий)

Дмитрий Валерьевич Корниенко

Время Рыцаря

Как известно, многие любители и знатоки старины печальным образом сочетают в себе интерес к древним домам и предметам с поразительным нежеланием выяснять что-либо о судьбе, помыслах и намерениях их создателей и прежних владельцев.

Говард Ф. Лавкрафт

ПРОЛОГ

Италия, г. Ананьи,

Резиденция понтифика Бонифация VIII

7 сентября 1303 года

– Хворост и масло сюда! Жгите ворота! – не выдержал Гийом де Ногаре. Массивные створы трещали под натиском тарана, но держались, и лицо рыцаря, обагренное отсветом факелов, сводила судорога ненависти. Время от времени он забывался и начинал бить железным кулаком по ладони в такт ударам бревна. Это не прошло незамеченным, и стоящий рядом итальянец в дорогих доспехах осторожно произнес:

– Незачем так спешить… Дворец окружен. Ему не сбежать.

– Я должен быстрее убедиться, что он не улизнул, Скарра. Уже три года жажда мести сушит меня, и я даже подумать боюсь, что этот выродок перехитрил нас.

– Когда дело касается мести самому римскому папе – три года не срок… Впрочем, – добавил итальянец совсем тихо, – скорее вы боитесь подумать о мести Короля, в случае провала поручения Его Величества.

Нагаре резко повернулся, и глаза его запылали. Это был лишь отблеск огня, охватившего ворота, но итальянцу стало не по себе. А толпа осаждавших уже сгрудилась у арки, прикрываясь щитами от жара, и вновь возобновились удары тарана под громкие 'ух!', задававшие ритм. Наконец горящие створки поддались. Рыцари – серые французы и цветастые итальянцы – хлынули во двор резиденции.

Предутренний сумрак уже позволял разглядеть, что ни единой души не появилось во дворе защищать понтифика. Тогда Ногарэ обнажил меч и указал им на парадный вход.

– Ломайте дверь, – сказал он топорщикам, пытаясь побороть неожиданно возникший страх. – Отступник должен быть там.

И на лестнице, и в коридорах дворца было пусто. Слуги, охрана – все попрятались или сбежали заранее. Ногарэ, первому ворвавшемуся в залу, сначала показалось, что и там никого нет, но искрами сверкнули вдруг в свете факелов бриллианты папской тиары. На троне, в полном одиночестве, с крестом и ключами Святого Петра в руках восседал Бонифаций VIII. Лицо его было застывшим, глаза смотрели прямо и твердо, и только тяжелый крест в пухлой руке заметно дрожал.

– От имени Короля Франции мы требуем твоего низложения! – крикнул с порога Ногарэ. – Отрекись или умрешь!

С минуту ничего не было слышно, кроме железного топота рыцарей, втягивающихся в зал и окружающих трон.

– И эти слова произносишь ты, Ногарэ? – сипло проговорил Бонифаций. – Что ж, тем достойней будет моя смерть, если она придет от еретика-катара, чей дед был сожжен на костре в Тулузе, а отец едва успел покинуть Монсегюр.

Лицо Ногарэ перекосилось, он быстро подошел к Папе и наотмашь ударил его по лицу рукой в железной перчатке. Голова Бонифация откинулась, и губы окрасились кровью. По зале прокатился ропот.

– Ты поедешь в Лион в оковах, – Ногарэ брезгливо отвернулся и, не обращая внимания на шелест опасливых слов, обратился к совсем еще молодому рыцарю: – Де Курсийон! Ваши люди должны будут запереть и сторожить его. Не давать ни воды, ни еды.

– Будь ты проклят Ногарэ, – воскликнул понтифик, грубо стаскиваемый с трона, – не пойдет тебе на пользу это дело, как и твоим подельникам не принесут добра сокровища дворца.

Понтифика поволокли прочь из тронной залы, а Ногарэ повернулся к оторопевшим от святотатства рыцарям и нарочито бодро воскликнул: – Что вы стоите? Слышали отступника? Дворец ваш, и он полон сокровищ!

Лишь убедившись, что Бонифаций VIII надежно заперт в своих покоях и у дверей поставлена охрана, Ногарэ поспешил к архивам. В сопровождении Скарры Колонны и нескольких рыцарей шел он арочным коридором к библиотеке, под плотоядное гиканье грабителей, быстро растекавшихся по дворцу, как вдруг его внимание привлекло большое странное зеркало, прислоненное к каменной стене.

– Первый раз вижу плоское зеркало… почти плоское… и это не металл, это стекло, – пробормотал он озадаченно. – Я думал, все это россказни… Жан, вы когда-нибудь видели такое?

– Нет… – ответил Де Курсийон и погладил рукой блестящую поверхность. – А края у зеркала как будто загнутые… Я отражаюсь в нем как… – Де Курсийон так и не смог подобрать подходящих слов сравнения и добавил только: – Это зеркало – несомненно прекрасный трофей.

– Пусть оно будет в вашей доле добычи, – с улыбкой заключил Ногарэ, звонко хлопнул рыцаря по плечу и твердым шагом пошел прочь.

Франция, регион Луары

7 июня 2012 года

Солнце уже опускалось к массивным воротам перед аллеей, ведущей к замку Курсийон, и пронизывало пыльными лучами комнаты старого крыла, когда пожилой агент по торговле недвижимостью Анри Крушаль открыл дубовую дверь и любезно придержал ее для своего клиента. Хотя закат и расчертил каменный пол и стену на тяжелые желтые ромбы, прохладный полумрак не спешил покидать холл и лишь затаился до поры под высоким, разделенным коричневыми балками потолком. Гигантский ли камин во всю стену с затейливой чугунной плитой поразил воображение покупателя, или разноцветные зайчики от витражей, играющие на бордовых стенах, украшенных оружием допороховой эры, но гость остановился на пороге и стал разглядывать обстановку с видом человека, наконец нашедшего то, что искал.

Агент же в этот момент смотрел не на массивную, в червоточинах времени, мебель, которую видел уже много раз, а на уверенное лицо клиента, пытаясь прочесть на нем что-то свое. И это что-то, видимо, удалось прочитать, потому что тонкие старческие губы Крушаля растянулись в улыбке, и он вкрадчиво произнес:

– Вам повезло, что замок продается со всем содержимым. Многие вещи здесь такие же древние, как и само строение.

Чуть помедлив, он осторожно добавил:

– Позвольте спросить, а как бы вы распорядились замком в случае покупки?

– Национальная дорога между Туром и Ле Маном – место оживленное, – неохотно ответил покупатель, проходя в зал. – К тому же рядом весьма посещаемые королевские замки Луары. Отличное место для небольшой, но дорогой гостиницы с хорошим рестораном. Главное, не испортить атмосферу. Именно она стоит дороже всего, – тут гость нахмурился и подошел к седому от времени зеркалу с почерневшей рамой, отражающая поверхность которого была мутной и слегка вогнутой. – Но таких раритетов в каминном зале не будет. Надо слегка оживить обстановку.

– А между тем, это зеркало занимает не последнее место в семейных преданиях владельцев Курсийона, – заметил Крушаль. – Оно очень старое и появилось здесь еще в незапамятные времена. До сих пор среди здешних обитателей существует поверье, что ночью смотреть в это зеркало нельзя ни в коем случае.

– В нем и сейчас ничего не разглядишь, – снисходительно усмехнулся гость. – Но вы интересно рассказываете, месье Крушаль. И, судя по вашим рассказам, хорошо разбираетесь в истории своей страны. А то один мой знакомый француз, причем весьма образованный, даже затруднился показать на карте, где находится Гасконь.

– Просто ваш знакомый не зарабатывает на жизнь торговлей историей. В отличие от России у нас в цене узкая специализация.

– Вы даже знаете, что ценится у нас в России?

– Конечно. Я же торгую именно исторической недвижимостью, – улыбнулся Крушаль. – Хотя не часто мои покупатели так хорошо говорят по-французски, как вы… Так что же, по-вашему, надо сделать с зеркалом, которое так долго занимало столь почетное место?

– Здесь оно лишнее. От одного взгляда на него становится не по себе. А вот в одной из спален башни зеркалу будет самое место.

– Вы собираетесь держать в башне своих врагов? – спросил Крушаль без улыбки.

– Мои мысли гораздо прозаичнее. Судите сами: мы только что были в башне и видели три комнаты, одна над другой. Маленькие окна-бойницы, толстые ледяные стены, лестница со сточенными ступенями, по которой надо подниматься пригнувшись… Мрачнейшая атмосфера. Но в каждой комнате старинная кровать, и кровати эти застелены. А теперь вы мне объясните: неужели там кто-то ночевал?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.