Журнал «Вокруг Света» №10 за 1994 год

Вокруг Света

Жанр: Прочая научная литература  Научно-образовательная    Автор: Вокруг Света   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Журнал «Вокруг Света» №10 за 1994 год ( Вокруг Света)

Navigare necesse est…

Ч то в переводе с латыни означает «плавать по морю необходимо...». Мы же, перефразируя слова Помпея Секста, командовавшего в античные времена римским флотом, скажем, — не по морю, а по небу, потому как речь у нас пойдет о плавании не по морям и океанам, а по воздуху, словом — о воздухоплавании.

Однако у вынесенного в заголовок крылатого выражения есть и вторая часть — «vivere non est necesse», что значит «жить нет необходимости», в этих словах, кстати сказать, точно в зеркале, отразилась печальная участь фотокамеры «Кэнон» нашего фотокорреспондента Юрия Масляева. И снимки, предлагаемые вашему вниманию, оказались последними в ее профессиональной жизни.

Дело в том, что при заходе на посадку корзина воздушного шара, в чреве которой подгибались коленки — как и учили — у Юрия, ударилась о землю, подпрыгнула, завалилась набок и потащилась по пашне, влекомая опадающим куполом. Наивно раскрытый голубой глаз фотообъектива безумно завращался между шершавой плетеной стенкой корзины и пашней — и через мгновение-другое жизнь в нем угасла, несмотря на отчаянно-рискованные попытки Юрия во что бы то ни стало спасти фотокамеру...

В воздухоплавании, надо сказать, приземление по закону падающего бутерброда — дело не совсем обычное, правда, иной раз случается и такое. Шар легче воздуха, и с его подъемно-объемной силой — две сотни «кубиков» на брата — вообще-то шутки плохи. Нельзя, например, выпрыгивать из корзины, следуя сугубо эгоистическому принципу «спасайся, кто может!», — оставшимся в корзине подобные действия причинят немало неприятных ощущений, как моральных, так и физических. Обычно летная погода для уважающих себя пилотов регламентирована пределом скорости ветра 5 метров в секунду.

Описанное приземление происходило во время «фиесты» — как на изящный манер воздухоплаватели называют свои встречи, которые действительно похожи на праздники, — что проводилась в подмосковной Истре, в рамках первого Российского семинара по безопасности полетов на воздушных шарах. Оказывается, если верить мировой статистике, воздухоплавание даже менее опасно с точки зрения травматизма, чем, к примеру, авто- или велогонки. При разборе полетов выяснилось, что основной причиной травм является нетерпение тех, кто желает поскорее взмыть в небо, — под чем, вероятно, подразумевались традиционные российские «гусарство» и бесшабашность.

Что же влечет, скажем так, не отроков, но мужей к этому странному, хлопотному и всепоглощающему занятию? Воздухоплаватели отвечают на этот вопрос обтекаемо, вроде: «Почувствовать себя плывущим в струях воздуха». Среди пилотов есть бывшие и действующие летчики, гонщики, альпинисты, парашютисты и так далее — вплоть до любителей подледного лова. В общем, лица, склонные к обостренно-романтическим ощущениям, воспитанным еще в юности чтением романов Жюля Верна. У иных же страсть к воздухоплаванию сродни профессиональной болезни — как, например, у президента Федерации воздухоплавания России Давида Шифрина, заведующего отделом экспериментального воздухоплавания Центральной аэрологической обсерватории: он пристрастился к полетам на шарах по необходимости — когда изучал физику атмосферы.

На что похоже плавание в плотных ее слоях? Пожалуй, на обычное парусно-морское, помноженное на дополнительное измерение свободы и поделенное на отрицательную степень комфорта. Во всяком случае, по изначальной природе своей это тоже «ода вольности» — освобождение от суетливого давления цивилизации, обретенное согласие с живым пульсом и противоборством стихии, свободный выбор коллективистского одиночества и степени регулируемого риска.

Предвкушение полета (о, сладостное мгновение!) начинается с наполнения синтетического супермешка, пропитанного чем-то для пущей термоизоляции. Шар сначала именно надувают мощным вентилятором, а затем подогревают заполнивший его воздух положенными набок газовыми горелками, действующими по принципу огнемета. В предстартовый период, так уж сложилось, не обходится без цехового злословия в адрес «ложкарей» — тех, у кого за нарушения пусковой технологии ветер выдавливает «ложку» в мягких боках оживающих туш. Это чревато перерасходом газа, а то и сожжением подбрюшья шара из-за слипания его нежных тканей. Всеми действиями — и при надуве, и в полете — заправляет пилот. Команда обычно состоит из четырех человек: пилот, помощник, группа поддержки. Естественно, должна быть машина, в ней — рация «уоки-токи», от которой проку, в общем-то, маловато, поскольку действует она обычно километра на полтора. Поэтому временами поиск улетевших за пределы видимости шаров плавно переходит в действо, чем-то напоминающее «охоту на лис».

Момент нашего старта на воздушном шаре был обозначен криком: «Быстрей, улетаем!» Отрыв был сродни подъему в скоростном лифте телебашни, но ощущения, конечно, посодержательнее: ускорение незаметно, а быстро ширящиеся перспективы и мельчающий масштаб «рожденных ползать» вызывают чувства восторга, ликования, гордыни... Открытость пространства и странно приглушенные остаточные звуки снизу поначалу рождают ощущение возвышенности и величия, перерастающее в острое желание вознестись еще километров эдак на пять. Затем приходит ощущение песчинки, взметенной в воздушный океан, готовой раствориться в голубой бездне либо обратиться в прах. Тем более что вскоре шаровая тяга потихоньку слабеет, и начинается мерное снижение, которому, как чувствуется всеми фибрами души, ничего не стоит перейти в плавное падение. Внизу — широкие леса, и взгляд, брошенный на нависающие сверху заплатанные бока шара, будит нездоровое воображение. Наконец хладнокровный пилот дергает за клапан газовой горелки — и смутная тревога вдруг сменяется открытой радостью и невыразимым облегчением. Реактивный шум пламени возвращает в надежный технотронный век и спугивает внизу лося. Опытные пилоты говорят, что при бесшумном ходе над лесом многое можно увидеть. И не только из жизни зверей.

Раньше из спортивно-оборонного и научного интереса на газовых шарах летали в основном на дальность, высотность и длительность. Некоторые рекорды так и остались непобитыми со времен Осоавиахима. Сейчас же и газ пожиже, и полет пониже, но из стадии чудаковатого хобби и международной утехи воздухоплавание все же выходит на некий полуиндустриальный уровень. А способствовало тому англо-американское изобретение в 1961 году так называемого теплового шара с газовым самоподогревом.

— Весь мир летает на чистом пропане, — заметил в разговоре со мной распорядитель и страстный любитель полетов Лев Маврин с интонацией Левши, прознавшего, как чистят ружья англичане — у нас жгут пропан-бутановую «дачную» смесь. У трех баллонов такой смеси, давлением 4 — 6 атмосфер, хватает часа на два полета, при подъемной силе всего 0,7 килограмма на шарокубометр.

Именно «тепловик» вдохнул своими форсунками и технико-экономическими характеристиками новую струю в воздухолетание: аппарат оказался в принципе не намного сложнее парашюта с технологической точки зрения, да и стоит он раза в два дешевле газового, у которого только заправка обходится в три, а то и все пять тысяч долларов.

Сегодня в мире на шарах летают массово-поточно: только на последнем фестивале в Альбукерке в небо взмывало зараз до 600 чудных ярких сфер. В России сегодня есть, наверное, штук 130. Правда, большинство, если и летают, то главным образом при поддержке спонсоров: с недавних пор иметь собственный раздувающийся пузырь стало делом престижа для каждого уважающего себя банка. Однако в России воздушный шар покуда, конечно же, роскошь: хороший стоит около восьми-десяти тысяч долларов. И больше. Но он же и грандиозное красочное шоу, а значит, мощный рекламоноситель. Рекламный полет с выпуклой, аршинными буквами выведенной надписью «Хопер-инвест — воистину инвест!» обходится всего лишь в полмиллиона. Прочие же виды воздушно-коммерческого извоза в стране не развиты.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.