Маэстро Воробышек

Длугач Владимир Львович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Маэстро Воробышек (Длугач Владимир)

ВПЕРЕДИ — ЛЕТО

На секунду Лена остановилась у двери, потом храбро взялась за ручку и вошла в отдел снабжения.

Всю дорогу от школы она думала о том, что нельзя, просто даже неудобно в таком учреждении бурно выражать свою радость. Но что она могла поделать с собой?! И сейчас на лице ее сияло такое счастье, какого с лихвой хватило бы на всех работающих в отделе девушек. И как же не радоваться, если, наконец, разрешился этот больной вопрос с досками, которых всегда, сколько бы их ни было, почему-то не хватает. Вот здесь, в этой большой, залитой солнцем, шумной комнате, ей дадут маленькую бумажку, с которой она и ее товарищи пойдут на склад, где эта бумажка превратится в пахнущие свежей сосной доски.

— Вы ведаете лесоматериалами? — спросила Лена девушку, которая ближе всех сидела к двери. — Я из школы… Над которой шефствует ваш завод. Меня зовут Лена, Лена Швырова. Вы известили нас, что мы можем получить доски.

Девушка почему-то очень внимательно и даже как будто с сожалением посмотрела на Лену.

— Вряд ли они вам понадобятся…

— Вряд ли? — переспросила Лена, пока еще ничего не понимая.

— Снега в этом году было, знаешь, как много… — стала объяснять девушка. — Ну, река, которая возле вашего лагеря, разлилась. И вода долго стояла. А потом образовалось болото, грязь кругом. Появились комары. И место это объявлено малярийным. Ехать туда нельзя.

— Малярийным… — упавшим голосом повторила Лена.

— Да. Если хочешь, могу показать официальное отношение. На днях его получили.

— Нет, и так ясно, — сказала Лена и вышла в коридор.

Мимо нее торопливо и деловито бегали из двери в дверь работники заводоуправления, какой-то юноша в очках пронес огромный рулон кальки и едва не задел ее. Уборщица мела пол и попросила Лену отойти в сторону. Лена машинально отошла…

…Нет, ребята не переживут этого! И трудно, конечно, пережить. В голове замелькали тысячи воспоминаний. Три года назад школа организовала в Алешкине спортивный лагерь. Лена была в седьмом классе, но ее взяли в лагерь. Она уже тогда выглядела, как десятиклассница — рослая, сильная, чемпионка школы по гребле. А какое необжитое было место, это Алешкино! Невспаханное поле, небольшой лесок, где было много старых, сухих деревьев, маленькая грязноватая речонка Ленивка, которая слишком честно и добросовестно оправдывала свое название, чем возмущала любителей поплавать в «бурных потоках». Но в первое же лето ребята очистили поле и лес, разбили дорожки, насадили цветов, соорудили спортивные площадки, оборудовали кухню, кладовую. На следующий год обитатели лагеря углубили дно Ленивки, сделали лодочную пристань, вышку для прыжков в воду, очистили берег для пляжа. Но гордостью всех спортсменов, отдыхавших в лагере, была настоящая гаревая дорожка, на которой выковывалось мастерство лучших бегунов школы. Тогда же городские школьники завязали большую дружбу с деревенскими… И все три года, когда осенью спускали флаг и все возвращались в Москву, каждый жил тем, что вот снова наступит лето и он снова поедет к этой, ставшей уже родной, Ленивке, в свой лес, к своим друзьям из Алешкинской школы.

А с этой зимы пошли неприятности. Еще в начале ноября ребята узнали, что лодку, оставленную на берегу Ленивки на зимовку, кто-то куда-то уволок. Это был ушкуй — рыбацкий баркас, подаренный ребятам ДОСААФом. Накануне Нового года стало известно, что кто-то растащил на дрова часть деревянного сарая. Потом… Что было потом, лучше не вспоминать. Весной из-за обилия снега Ленивка вышла из берегов. В школу сейчас же позвонили из сельсовета. В лагерь выехала аварийная группа ребят. Все было под водой — спортплощадка, кладовая, сарай, кухня. Только печная труба одиноко высилась над разбушевавшейся рекой. Да, Ленивка на этот раз прилежно поработала! Несколько дней ребята боролись с ней, кое-что удалось отстоять. После паводка ученическая ремонтно-строительная бригада заново уложила плиту, привела в относительный порядок спортивные площадки, очистила берег от ила, занялась сараями. А сегодня…

Когда Лена вернулась в школу, ее подозвала гардеробщица.

— Вот тут спрашивают, где спортивный зал, — сказала она и указала на невысокого роста пожилую женщину.

«Инспектор из районо, — мелькнула у Лены мысль. — Зачем она пришла? А вдруг по поводу лагеря? Может там, в районо, уже знают о нашем несчастье, и она пришла оказать нам помощь?»

И Лена предложила незнакомой женщине:

— Пойдемте, я вас провожу.

Лена шла впереди, а пожилая гостья — за ней. Где-то в классах сидели за партами сотни ребят, но казалось, что во всем здании никого нет.

— Вам, наверное, Леонид Васильевич нужен? — сказала Лена не то вопросительно, не то утвердительно.

— Если Леонид Васильевич преподает у вас физкультуру, то — он, — ответила женщина.

— Вот здесь он занимается, — сказала Лена, подходя к дверям спортивного зала.

И как раз в это время прогремел звонок, и словно одновременно с ним сработала какая-то невидимая пружина, освободившая дремавшую в течение трех четвертей часа молодую энергию. Повсюду захлопали двери, раздался грохот и топот множества ног.

Из спортзала выбежали ребята в трусах и майках, в руках у одного был волейбольный мяч. Потом из зала вышел немолодой уже человек в синем спортивном костюме.

— Вот наш Леонид Васильевич! — указала на него Лена.

— Ну что? — спросил Леонид Васильевич, подходя к Лене. — Успешно? Доски отпустили? Склад не закрыт?

— Нет досок, Леонид Васильевич. То есть, есть доски, только… Это, Леонид Васильевич, к вам.

— Очень приятно. Извините, сейчас освобожусь, — сказал Леонид Васильевич незнакомой женщине и снова повернулся к Лене. — Что ты говоришь, не понимаю.

— Леонид Васильевич, мне сказали, что… что вообще нам некуда ехать… Там малярия.

— Какая малярия? Говори толком.

Лена глубоко вздохнула и уже заговорила медленно, размеренно.

— Пришла бумажка, не знаю откуда. Там написано, что местность, где был наш лагерь, малярийная. И теперь не будет у нас лагеря. Понимаете, — сейчас она уже обращалась к женщине, — был у нас спортивный лагерь. Все мы там сделали: и спортплощадку, и беговую дорожку, кухню, сараи… А теперь начинать надо с начала. Но это ничего. Только бы место хорошее отвели, а то дадут пустыню какую-нибудь. Вот если бы районо помогло, тогда нам хороший участок отвели бы.

— Да, вам лагерь нужен, это я знаю, — сказала пожилая женщина. — Я, Леонид Васильевич, тоже преподаватель, только по музыке. И к вам по делу.

— Так вы учительница музыки, — разочарованно протянула Лена. — А я думала… Я подумала, что вы инспектор… Из районо…

— Да, я учительница музыки. В тысяча девятьсот четырнадцатом году, накануне войны, окончила санкт-петербургскую консерваторию. С золотой медалью, моя девочка. А дело у меня, Леонид Васильевич, такое.

— Я тогда потом, Леонид Васильевич, — сказала Лена. — Потом все расскажу.

— Не знаю, с чего, собственно, начать, — сказала, усаживаясь на скамейку, учительница музыки. — Меня зовут Елена Петровна, фамилия Старобельская. — Она на минуту задумалась. — Леонид Васильевич, пусть не покажется вам глупым и бестактным мой вопрос, но скажите — любите вы музыку?

— По радио иногда бывают такие передачи: «Любите ли вы музыку»… Как можно не любить музыку?!

— Тем лучше, — сказала Елена Петровна. — Мне тогда легче будет с вами говорить. Вот представьте, вы сидите в концертном зале. Выступает пианист, играет что-нибудь очень изящное, легкое.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.