Ничто не заменит любовь

Нежинская Ариадна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ничто не заменит любовь (Нежинская Ариадна)* * *

Телефонный звонок прозвучал как всегда некстати. Миша оторвал взгляд от фотографии родителей, которая висела на стене, подошел к столу и взял трубку — высветился Элькин номер.

— Да, Эль, привет! — Михаил старался говорить бодро и радостно.

— Мишка, милый, это я, — Элеонора, как всегда, говорила быстро и возбужденно.

— Да, Эль, что случилось, ты где? Я тебя жду, мы же в ресторан собрались.

— Мишенька, я все помню. Но понимаешь, я мимо магазина шла, на витрине такую красивую кофточку увидела, не могла не зайти. Потом в парикмахерскую забежала, а там как раз Людочкина смена. Такая удача, я не могла не воспользоваться. Так что я уже почти уложена, скоро буду.

— «Скоро» для тебя понятие растяжимое, — грустно произнес Михаил.

— Нет, что ты! Я скоренько! Не сердись! Хорошо? — промурлыкала Элька.

— Ладно давай, я не сержусь, жду. — Михаил отключил телефон.

— Все как всегда! Ее, похоже, не изменить! — произнес он.

Михаил откинулся на спинку дивана. Да, угораздило его два года назад пойти на показ мод. Его друг, модельер, посадил его на почетное место в первом ряду. Но ее, Элеонору, он бы заметил и с последнего. Это точно! Как и все модели, Элеонора была высокая, худенькая, ярко накрашенная. Она так красиво шла по подиуму, что Михаил просто залюбовался. Казалось, она не шла, а плыла. Такая легкая, что ноги ее почти не касались пола. По просьбе Михаила Сергей и познакомил их после показа. Элеонора ему очень понравилась. Она была веселой, говорливой, шумной, любила вечеринки. Но странное дело, Михаилу быстро все это надоело. Ему захотелось тепла, домашнего уюта, а не постоянных гостей, шума и гвалта. Неужели он стареет?

Уже через месяц после знакомства Михаил снял квартиру и переехал туда вместе с Элеонорой. Бабушка не возражала, внук уже взрослый мальчик. Ему шел 26-й год, а многочисленные девушки стали надоедать Марии Андреевне. Были они все какие-то одинаковые: высокие, стройные, с длинными волосами и ногами, и было в них что-то не настоящее, картинное. Но она, как женщина мудрая, ничего не говорила. У них с Мишей был тайный язык жестов — бабушка то закатывала глаза, то пожимала плечами.

Все друзья Михаила ему завидовали. Парень видный, успешный, при деньгах, при машине, всегда при девушках. Да он и сам на жизнь не жаловался, просто не мог представить ни Элеонору, ни кого-нибудь еще из знакомых девушек матерью своих детей, женщиной, с которой будет рядом всю жизнь. Конечно, с Элькой в постели было хорошо, ей нравилось все и всегда, в любой момент и в любом месте. Но зато потом она всегда что-нибудь просила: то духи, то косметику, то новое платье, то колечко. Михаил не жадничал, хочет, пожалуйста. Он только удивлялся, зачем, к примеру, столько косметики, лицо-то одно! Их однокомнатная съемная квартира напоминала склад-магазин — везде были Элькины вещи. Убираться она не любила, готовить тоже, но приходилось. И странное дело, она и нелюбимые, скучные обязанности выполняла красиво и непринужденно. Точно так же, как ходила по подиуму — легко и грациозно. А любимыми занятиями ее было принятие ванны, походы к косметологу, к парикмахеру, в тренажерный зал, ну и, конечно секс. То, что секс ей нравился, конечно, было неплохо, но Михаилу давно хотелось чего-то большего в отношениях с женщиной.

Он опять взглянул на фотографию. Его родители. Бабушка рассказывала, что они очень любили друг друга, никогда не ругались, не ссорились. Они были так молоды тогда. Сколько лет прошло… Теперь он уже старше их. А они навсегда останутся молодыми и красивыми. Михаил чувствовал, что он помнит нежный мамин голос, и был уверен, что узнал бы его среди тысячи других голосов. Но такой возможности уже не будет никогда. Сердце защемило. Как ему их не хватало! Всегда. А если бы не Мария Андреевна, заменившая ему и отца, и мать, трудно было бы представить, как сложилась его жизнь.

Он специально сделал копию фотографии, которая висела в квартире бабушки, и привез на съемную квартиру. Ему становилось легче и спокойнее, когда он смотрел на родителей. Он часто разговаривал с ними, просил совета. Они всегда помогали ему. Глядя на них, он чувствовал, будто они где-то рядом. Просто вышли ненадолго, но скоро вернутся.

Его родители погибли в автомобильной катастрофе, когда Михаилу едва исполнилось три года. Он долго не мог понять, где они. Не мог понять, почему у бабушки всегда заплаканные глаза, а знакомые отводят взгляды в сторону. Не мог понять, почему в садике воспитательница гладила его по голове, приговаривая: «Бедный, мой бедный малыш…» Он поднимал на нее свои большие глаза и недоумевал, почему бедный?

Бабушке стоило огромного труда рассказать ему все. Она будто заново пережила весь тот ужас. И тогда маленький Миша решил быть для бабушки опорой. Всегда любить ее, защищать. Это сейчас он маленький, но он подрастет. Он будет мужчиной. Крепким, сильным, справедливым.

И вот он вырос. Михаил знал, что не подвел свою любимую Марию Андреевну, как он любил ее называть. Окончил школу, институт. Стал работать.

Но, когда Михаил решить купить машину, у бабушки чуть не случился нервный срыв. Он и сам долгое время боялся садиться за руль. Но вдруг понял, что, если не сможет преодолеть себя, страх останется навсегда. И он преодолел. Вот уже несколько лет водил машину. Водил уверенно, ориентировался прекрасно. А Мария Андреевна только через полгода привыкла к тому, что ее внук на машине. И только через год сама согласилась прокатиться вместе с ним.

Уезжая из дому, Михаил старался часто звонить бабушке. Друзья подшучивали над ним, но ему было все равно. Это он, а не они потеряли родителей. Это Мария Андреевна лишилась разом и сына, и невестки. Это у нее отобрали радость жизни.

Как Михаилу хотелось, чтобы она была счастлива. Чтобы ее глаза светились радостью не потому, чтобы не огорчать внука, а потому, что она на самом деле счастлива.

* * *

Часа через два в квартиру ввалилась Элеонора. Когда входная дверь открылась, Михаил увидел кучу пакетов и коробок, из-за которых услышал нежный голосок.

— Мишенька, дорогой! Это я!

— Я уже понял. — Михаил отошел в сторону и стал наблюдать за тем, как Элька вносит покупки.

— Эль, ну что это такое? — спросил он, с недоумением рассматривая всю эту гору.

— Ты не понимаешь, везде распродажи! Не могла же я мимо пройти! Я тебе сейчас все покажу! — Она оглядела свои приобретения.

— Нет, давай лучше после ужина, — решила она. — Так, куда пойдем?

— Эль, а может, дома останемся? Поужинаем, выпьем вина, потом твои покупки рассмотрим, ну а потом… — Михаил сделал многозначительную паузу, дав понять, что вечер может быть очень интересным. Элеонора еще раз обвела взглядом обновки. В голове у нее происходила мучительная борьба: и в ресторан хотелось, но и шмотки новые примерить хотелось не меньше. А Михаил с тоской ждал ответа. Он прекрасно знал, что это такое, когда Элька куда-нибудь собирается. Час на макияж, час на прическу, потом она долго и придирчиво выбирает, в чем пойти, как будто от этого зависит что-то очень важное.

— Хорошо, уговорил, — наконец-то произнесла она и, схватив пару пакетов, проплыла в комнату. Михаил, облегченно вздохнув, подхватил еще штук пять и пошел за ней. Потом вернулся за коробками с обувью, отнес их в комнату и сделал звонок по мобильному телефону.

Элеонора уже успела помыть руки и переодеться в легкий розовый полупрозрачный халатик. Свои черные как смоль, густые волосы она перехватила розовой лентой и хлопотала на кухне. Михаил стоял в дверях кухни и наблюдал за ней. Безусловно, она была очень красива. Под халатиком просвечивались тоненькие трусики танго, грудь без бюстгальтера была красива, упруга и выглядела очень соблазнительно. При ее тонкой фигуре третий размер смотрелся фантастически сексуально. Внезапно Михаил почувствовал сильнейшее возбуждение. Он подошел к ней сзади, обхватил руками, прижался всем телом. Его руки уже сжимали ее грудь, губы целовали шею. Он хотел ее здесь и сейчас, прямо на кухонном столе. Повернув Эльку к себе, он впился в пухлый рот и, не ослабляя поцелуй, подтолкнул к столу. Быстро расстегнув джинсы одной рукой и задрав ее халат, он вошел в нее без прелюдий и ласк, двигаясь быстро, сильно, жестко. Получив разрядку, нежно поцеловал Эльку и пошел в душ. А та спокойно продолжила готовить ужин.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.