Журнал «Вокруг Света» №05 за 1985 год

Журнал Вокруг Света

Жанр: Газеты и журналы  Прочее    1985 год   Автор: Журнал Вокруг Света   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Журнал «Вокруг Света» №05 за 1985 год (Журнал Вокруг)

В день взятия Берлина

Победа в Великой Отечественной войне была одержана советским народом во имя мира и жизни на земле. Своим избавлением от угрозы фашистского порабощения, своей свободой человечество в огромной мере обязано первому в мире социалистическому государству, его исторической Победе над врагом.

Первого мая 1945 года части нашей дивизии начали последний штурм окруженной группировки противника. Тяжелые бои продолжались до самого вечера 1 мая, и лишь к ночи настала непонятная, непривычная и настораживающая тишина.

В 0 часов 40 минут 2 мая радисты батальона связи дивизии перехватили радиограмму: «Алло, алло, говорит 56-й танковый корпус. Просим прекратить огонь, к 12 часам 50 минутам ночи по берлинскому времени высылаем парламентеров на потсдамский мост. Опознавательный знак — белый флаг на фоне красного цвета. Ждем ответа».

В 2 часа ночи 2 мая ко мне зашел заместитель начальника связи дивизии капитан Яков Лихтер, очень образованный офицер, хорошо знавший немецкий язык, и сообщил мне, что лично перехватил радиограмму на немецком языке о том, что штаб обороны Берлина прекращает военные действия. Я записал содержание радиограммы и сразу же позвонил командиру дивизии. Он поблагодарил за сообщение и приказал через оперативного дежурного собрать к 3 часам офицеров управления, а мне с начальником штаба дивизии и начальником оперативного отделения прибыть к нему заранее, за полчаса.

В указанное время мы прибыли. Генерал-майор Красильников сидел за столом без кителя, в свитере, и перечитывал письмо, о котором мы все уже знали.

Дмитрий Ефимович до войны служил в Выборге. В самом начале войны он ушел на фронт, а семья его не успела эвакуироваться, осталась в Выборге. Все эти годы он очень беспокоился за судьбу жены и двоих дочерей. И только после заключения перемирия с Финляндией у него появилась надежда получить весточку, но получил он ее лишь в конце апреля 1945 года. Это было первое письмо от семьи после такой длительной разлуки.

Отложив письмо в сторону, генерал попросил меня еще раз доложить содержание радиограммы. Я зачитал ее полностью. Далее я доложил комдиву все, что было нам известно о генерале Вейдлинге, который был в это время командиром 56-го танкового корпуса и одновременно командующим обороной Берлина.

Командир дивизии поблагодарил меня и, обращаясь к начальнику штаба, сказал:

— Очевидно, Вейдлинг на самом деле отдал приказ окруженным войскам капитулировать. Но в его распоряжении может быть свыше 150 тысяч солдат и офицеров и достаточное количество вооружения и техники. Противник может попытаться прорваться в западном или юго-западном направлениях,— предупредил нас Дмитрий Ефимович.

Командир дивизии тут же, в нашем присутствии, по телефону отдал соответствующие распоряжения частям и приказал штабу организовать контроль за их выполнением. Особое внимание он обратил на ведение разведки, охрану штабов, узлов связи...

Утром 2 мая пришел приказ из штаба корпуса: атаки прекратить, огонь не открывать, усилить наблюдение и всем оставаться на местах. Создать в каждой части пункты по сбору пленных, вооружения и боевой техники.

К тому времени стало известно, что 2 мая в шесть часов утра генерал Вейдлинг вместе со своим штабом перешел линию фронта и сдался в плен. Он отдал приказ берлинскому гарнизону о прекращении сопротивления. В приказе говорилось: «...Каждый, кто падет в борьбе за Берлин, принесет напрасную жертву. По согласованию с Верховным командованием советских войск требую немедленного прекращения борьбы».

В 10 часов меня вызвал командир дивизии и приказал ехать в 450-й стрелковый полк, чтобы проследить за разоружением крупной вражеской группировки, которая засела в зданиях и никого к себе не подпускает.

Взяв с собой переводчика, командира разведывательной роты капитана Рожкова Ивана Петровича и трех разведчиков, я отправился выполнять задание. Переводчик младший сержант Шаевич, разведчик старшина Алексей Ермоленко и я — на мотоцикле, а командир роты с двумя другими разведчиками — на бронетранспортере.

Штаб 450-го стрелкового полка находился в направлении Александер-плац. Но проехать туда напрямую, как мы сразу же убедились, практически было невозможно. Улицы были забиты танками, автомашинами, лошадьми. Многие здания горели. Объезжая завалы и разрушения, мы вскоре выехали на передний край 951-го стрелкового полка. Нас остановил командир взвода, совсем еще молодой лейтенант, и сообщил, что дальше ехать нельзя, так как впереди в 50 метрах находится передний край вражеской обороны.

Лейтенант оказался разговорчивым, и, когда я предъявил ему удостоверение личности, он охотно показал, какие здания обороняются фашистскими войсками. Далее я поинтересовался, как ведут себя гитлеровцы. Лейтенант ответил, что они до самого вечера не прекращали пулеметного и минометного огня, освещали улицы и дома ракетами, а после все стихло и наступила тишина. С наступлением рассвета не произведено ни одного выстрела. И еще сказал он, что наблюдал отход противника группами в тыл.

Похоже было, что немцы оставили позиции и, очевидно, подчинились приказу генерала Вейдлинга — ушли на сборные пункты для сдачи в плен.

Посоветовавшись со своими спутниками, я решил срезать путь и проехать в 450-й стрелковый полк через эту территорию.

Подойдя вплотную к переднему краю немцев, мы убедились, что на вражеских позициях никого уже нет. Мы с трудом перетащили через заграждения мотоцикл. Бронетранспортеру пришлось, к сожалению, повернуть обратно. Дальше поехали по ровной широкой улице, лишь кое-где засыпанной битым кирпичом и штукатуркой. Подъезды домов были закрыты. Мы ехали медленно и наблюдали, как по ходу нашего движения открывались окна, форточки — вывешивались белые полотна, простыни, флаги...

Водитель мотоцикла Алексей Ермоленко сказал:

— Товарищ майор, посмотрите на окна, ведь фашисты капитулируют перед нами. Вот сейчас бы снять это на кинопленку, было бы что показать своим родным, друзьям и будущим детям. Как все-таки здорово, что мы, советские люди, дошли до фашистского логова!

Мы проехали по улице в глубину бывшей немецкой обороны еще метров триста. Стояла подозрительная тишина. Не видно было ни военных, ни гражданских. Я посмотрел на план города. До штаба 450-го стрелкового полка было с километр. Наш мотоцикл приближался к перекрестку улицы. Я приказал Алексею свернуть в переулок. Проехав его, свернув еще раз влево, мы оказались на довольно широкой улице, обсаженной деревьями и идущей прямо в район расположения 450-го стрелкового полка. Я сразу обратил внимание на то, что здесь окна наглухо закрыты и ни одного белого флага не видно. Сказал об этом Алексею. Но ответа от него не дождался: в это время наш мотоцикл был обстрелян пулеметным огнем из стоящего впереди у забора танка. Справа от нас начинался высокий кирпичный забор.

Старшина Алексей Ермоленко, не ожидая команды, быстро оценил обстановку, свернул вправо и подъехал к трансформаторной будке, которая стояла за кирпичной оградой. Это и спасло нас.

За кирпичным забором слышалась немецкая речь. В двухстах метрах впереди, возле танка, обстрелявшего нас, виднелся контрольно-пропускной пункт воинской части. Не успели мы опомниться и собраться с мыслями, как из ворот вышла группа гитлеровцев с автоматами. Они медленно направились в нашу сторону. Нам надо было или дать последний бой и погибнуть, или немедленно найти какой-то выход.

Как известно, в такие моменты человеческая мысль работает исключительно напряженно.

Я бросил взгляд на днище коляски и, неожиданно увидев белый флаг, быстро проговорил своим ребятам:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.