Завтра ты умрешь

Малышева Анна Витальевна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Завтра ты умрешь (Малышева Анна)

Глава 1

– Я высказалась, а ты поступай как хочешь! – Молодая женщина резко остановилась и принялась перевязывать косынку на голове. Мужчина, следовавший за ней по пятам, остановился тоже. – Я против седьмого аквариума!

– Но не ты же их чистишь, – возразил мужчина, глядя, как жена туго стягивает на затылке узел из синего шелка и связывает концы косынки бантом. – Они не мешают!

– Как сказать! – иронично заметила женщина, оглядывая себя в тонированном стекле припаркованного рядом автомобиля. – Пять дней в неделю мы с тобой работаем, видимся только перед сном, в субботу ты весь день чистишь аквариумы и играешь со своими тритонами и лягушками, а в воскресенье мы едем на «Птичку» закупать для них провиант, песок, камни, водоросли и прочий бред! Конечно, они мне не мешают!

– Ты же любишь на них смотреть, когда устаешь после работы! – не сдавался муж. Женщина возмущенно, но не зло фыркнула. В сущности, ей уже хотелось улыбнуться – за пять лет совместной жизни им ни разу не удалось поссориться всерьез. «Идеальная пара!» – говорили про них ее подруги. Это Нике не нравилось – от слова «идеал» веяло чем-то мертвенным, да и вообще оно, по ее мнению, ничего не значило.

– Знаешь, Олег, – она с трудом сохраняла рассерженный вид, – когда я притаскиваюсь с работы без ног и почти без головы, то смотрю не на твоих тритонов, а сквозь них. Вообще сквозь все! По крайней мере, первые полчаса, пока до меня не доходит, что я дома. Тогда я начинаю различать предметы.

– Ну хорошо, – уныло сдался он. – Давай купим тебе тисс в «Садоводе» – и сразу домой.

– А тритоны перебьются без новой аранжировки?

– Потерпят, – ответил Олег таким упавшим голосом, что она не выдержала и легонько обняла его:

– Да пошли, пошли, я сама их люблю. Так, нашло что-то… Волной! Ты же знаешь, как у меня скачет настроение!

– Знаю, – повеселелой. – Знаешь, что я в тебе люблю? Ты всегда выкладываешь, что думаешь, но при этом никому не портишь жизнь.

Ника приняла комплимент как должное, тем более что свое отражение в стекле «Ниссана» ей понравилось. Она взглянула на часы:

– Сперва купим все для животных, а потом мой тисс. Часа за два управимся, так, дорога… К пяти будем дома, и…

Она вдруг запнулась, провожая взглядом проходившую мимо женщину. Та как раз миновала цветочный павильон, возле которого застряла было супружеская пара, и остановилась у следующего, возле входа которого была устроена выставка декоративных трав в горшочках. Женщина эта (Олег видел ее только со спины) в самом деле привлекала внимание. Высокая, она казалась еще выше из-за сабо на платформе. Ярко-желтый, цыплячьего цвета, джинсовый костюм вызывающе-плотно облегал ее фигуру (как отметил Олег, скорее женственную, чем спортивную). Длинные пряди платиново-белокурых волос, рассыпавшиеся по спине, казались накладными – уж очень были густыми и блестящими. Даже мужчина, чьи вкусы требовали других форм и расцветок, проводил бы ее взглядом, но что так потрясло Нику? Та стояла, замерев, не сводя глаз с женщины, склонившейся над цветочными горшками, и даже слегка приоткрыла рот от изумления. Олег легонько толкнул ее под локоть:

– Что случилось?

– Если бы не волосы… – еле слышно пробормотала Ника. – Мне кажется, я ее знаю.

– Так позови!

– Нет-нет. – Она крепко вцепилась в его руку, по-прежнему глядя на женщину в желтом костюме. – Я не уверена.

В этот миг женщина, привлекшая ее внимание, подозвала продавщицу и заговорила громким и, надо признаться, не слишком музыкальным голосом:

– Десять горшков белого вереска и десять, нет, пятнадцать лилового. А эта травка сильно разрастается? Дайте три, нет, пять и еще покажите вон ту, с белыми цветочками… Это же все многолетники?

– Деменкова! Ты?! – воскликнула Ника, и женщина в желтом костюме резко обернулась. Пряди волос разлетелись по плечам, и Олег увидел сильно загоревшее, ярко накрашенное, грубовато-чувственное лицо. Со спины он дал этой женщине лет двадцать восемь – возраст своей жены. Лицо прибавило ей верных пять-шесть лет лишних.

– Зашибись… – проговорила та, выпуская из рук горшочек с вереском. Продавщица едва успела подхватить его на лету. – Ника?! Елагина? До сих пор в Москве?!

И не ожидая ответа, бросилась к Нике и сдавила ее в объятьях. Та что-то пискнула и в свою очередь обняла эксцентричную даму в желтом. Олег, успевший понять, что присутствует при встрече старых подруг, дипломатично держался в стороне. Впрочем, Деменкова успела окинуть его цепким, оценивающим взглядом светло-голубых глаз, которые из-за жирной синей подводки казались почти бесцветными. Женщины разомкнули объятья, и Ника вспомнила о муже:

– Олег, это Наташа Деменкова, помнишь, я тебе рассказывала? Мы вместе учились в институте. Наташ, это мой муж.

Олег ничего такого не помнил, но приветливо кивнул. От рукопожатия он воздержался, справедливо решив, что без него можно обойтись. Наталья Деменкова чарующе улыбнулась. Ее полные губы казались пластиковыми под жирным слоем блестящей розовой помады. Все в ней было ярким, сверкающим, чрезмерным. Она напоминала цирковую дрессировщицу – не хватало лишь ботфорт, хлыста, цилиндра и, конечно, диких зверей.

– Очень приятно. – Женщина послала ему долгий загадочный взор. – А я часто о тебе вспоминала. Все думала – за кого ты вышла, если вышла?

– Ты думала, я засижусь в девках? – рассмеялась Ника. Она очень оживилась, глаза сверкали – было видно, что встреча с этой экстравагантной женщиной неподдельно ее радует. – А я выскочила сразу, как закончила институт. Ну и, понятно, не вернулась в Питер.

– Ну и правильно, нечего всю жизнь на одном месте сидеть, – кивнула подруга. – А я вот не вышла замуж – как тебе это покажется? И наверное, уже не выйду.

Произнесено это было без тени сожаления, даже весело. Ника махнула рукой:

– Какие твои годы!

– Не в этом дело, – туманно возразила подруга. – Ты торопишься? Зачем приехали?

– Хотим кое-что купить для аквариумов, и я присмотрела в прошлый раз маленький тисс. Хочу попробовать посадить на даче. Вдруг получится?

– Добро! – кивнула Наталья. – А мне тоже кое-что надо посадить. Значит, получается двадцать пять горшков вереска, пять с травкой и три вот этих, с беленькими цветочками. Сколько с меня? – обратилась она к продавщице, успевшей упаковать товар в объемистые пакеты. – Получите! Кто-нибудь донесет все это до машины?

Продавщица с извиняющейся улыбкой развела руками:

– Сегодня я одна, грузчика нет.

– Я помогу, – вызвался Олег, подхватывая пакеты, которые оказались не только большими, но и тяжелыми. – Где ваша машина?

– У въезда на рынок! – обрадовалась Наталья, подхватывая под руку подругу. – Там, кстати, и кафе имеется. Перекусим?

И, не дожидаясь ответа, потянула за собой Нику. Олег двинулся за женщинами, попутно прикидывая, какая должна быть машина у этой особы. Ему представлялось что-то столь же эксцентричное, как хозяйка, на которую оглядывались все встречные мужчины, и он был обескуражен, узрев обыкновенную «девятку», причем довольно потрепанную и пыльную.

Наталья распахнула багажник и живо набила его горшками с растениями, бесцеремонно швыряя их как придется или ставя чуть не кверху дном. Ника, трепетно относившаяся ко всему живому, вмешалась и кое-что переставила.

– Да брось, – протянула Наталья, брезгливо отряхивая руки от приставшей земли и придирчиво осматривая маникюр. – Что им сделается!

– Помнутся, – возразила Ника, осторожно закрывая багажник. – Клумбу хочешь сделать?

– Нет, могилу, сегодня похороны, – бросила Наталья, хмуро глядя на ноготь, вызвавший у нее подозрения. – Не пойду больше к этой маникюрше, у меня все ногти на другой же день отклеиваются!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.