Замок Орх

Иванов Дмитрий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Замок Орх (Иванов Дмитрий)

Часть первая

Предисловие

Никто не помнит, кто и когда построил на Тёмных холмах замок. История хранит всего лишь полторы тысячи лет его жизни, но замок был куда старше. История его начинается с того момента, когда в этой местности впервые появился первый амилорец. А именно — странствующий маг и в то же время тайный советник короля Амилора Торвальд Орх. Именно он и заметил проглядывающие сквозь кроны деревьев леса на Тёмных холмах полуразрушенные стены древнего замка. Замок был пуст, и лишь лесное зверьё и полчища насекомых находили приют в его стенах, почти уже полностью скрывшихся в зарослях плюща и покрытых мхом в тех местах, куда вьющиеся цепкие лапы других растений ещё не добрались.

Лес медленно поглощал брошенное строение. Оставленное на произвол судьбы, оно со временем и полностью исчезло бы, если бы его не нашел тайный советник короля Амилора.

Замок был отреставрирован и вновь ожил, получив имя своего спасителя, ставшего и новым хозяином замка. Отныне он стал назывался замок Орх. Постепенно ожила и стала преображаться и долина у подножия Тёмных холмов. Вначале там появились небольшие лачуги строителей, восстанавливающих замок. Затем появились и другие дома. Посёлок постепенно рос, превращаясь в небольшой город. По количеству Тёмных холмов он так и назвался городом Трёх Холмов.

Семьсот лет замок Орх служил жилищем для потомков Торвальда Орха. Но несколько веков назад семья Орхов при поддержке короля Амилора основала в нём элитную школу магов-разведчиков.

С этого момента начинается новая страница истории замка.

— Нет более омерзительной ночи, чем дождливая! — нарочито громко вздохнул возница. — А вы, хозяйка, так и не спали и даже не ужинали. А была ведь возможность. Надо было заночевать в «Жареной утке». К полудню бы всё равно были бы в Трёх Холмах.

Голос принадлежал крепкому коренастому мужчине с огненно-рыжей вьющейся шевелюрой и такой же рыжей и всклокоченной бородой, удивительным образом украшающей круглое покрытое веснушками лицо с маленьким, весело вздёрнутым, похожим на клубень картофеля носиком. Мужчина управлял небольшой повозкой, которую тянул маленький серый ослик. Ослик то и дело мотал головой, стряхивая прохладные дождевые капли. Часто копыта ослика скользили по размокшей дороге и, чтобы не упасть, ему приходилось дёргать тележку с человеком то вправо, то влево. Нельзя сказать, что это обстоятельство заставляло человека сердиться. Но всё же в такие моменты он укоризненно мотал головой и протяжно вздыхал, беззлобно ругая дождь, ночь и свою юную хозяйку, по милости которой всем троим теперь приходится тащиться ночью с кучей вещей и мокнуть под проливным дождём.

— Мне тебя искренне жаль, Эрг! — громко сказала девушка, ехавшая на белом коне впереди повозки. — Но ты же знаешь, что мне не терпится попасть в замок!

— Э-эх! — только вздохнул возница и поёжился от попавших ему за шиворот капелек дождя, прошедших для этого сложный путь по полям его широкополой шляпы и затем по поднятому воротнику серого кожаного плаща.

— Ну, Эрг, не сердись, ты же знаешь, как это важно для меня! — сказала девушка, развернув своего коня и одарив возницу одной из своих очаровательных улыбок. — Ну, Эрг, ты же не сердишься? — и глаза её так же улыбнулись тёплыми задорными лучиками, от которых стало тепло и легко насквозь промокшему и продрогшему Эргу.

— Э-эх! — снова сказал он, но теперь уже улыбнувшись в ответ и устремив повозку и маленького ослика за своей хозяйкой на белом коне.

Дорога свернула влево, и перед утомлёнными путниками открылась картина города Трёх Холмов, освещённого луной. Замок Орх тонул в ночной темноте, и лишь по отдельным светящимся окошкам и по кострам стражников на крышах можно было догадаться о его местонахождении. Девушка и рыжебородый слуга прибавили ход, и вот уже вскоре колёса повозки застучали по каменному покрытию улиц города. Извилистые улочки уводили путников всё выше и выше к замку. В городе было тихо, и тишина эта нарушалась лишь шумом дождя и клокотанием стихийно образовавшихся ручейков дождевой воды, несущихся сверху вниз и увлекающих за собой комья грязи, мусор и прочие мелкие предметы, попадающиеся им на пути.

Дорога поднималась вверх всё круче и круче. Казалось, ещё чуть-чуть, и она превратится в вертикальную стену, стряхнув с себя путников. Но этого не произошло. Внезапно подъём кончился и превратился в огромную площадь. Очевидно, это была главная городская площадь. На это указывало и то, что здания, окружавшие площадь, были выше остальных в городе, да и архитектура их была мудрёнее и изысканней, чем у остальных зданий. Тонкие извилистые улочки со всех сторон стекались к центру. Путники постояли немного в нерешительности, не зная, куда ехать, посовещались и, выбрав одну наименее извилистую и более широкую, чем остальные, улицу, отправились дальше.

Теперь дорога шла вдоль глухой стены, поросшей вездесущим плющом с одной стороны и маленькими, аккуратными домиками, утопающими в цветах, с другой. Подъём в гору опять становился всё круче, пока не оборвался новой площадью. Путники остановились перед большими запертыми воротами и спешились. Это была конечная цель их путешествия. Ворота замка Орх.

Девушка подошла к воротам и постучала. Стук был едва различим из-за шума дождя, и девушка постучала вновь, более настойчиво и громко. Она стучала ещё и ещё, пока не услышала с той стороны ворот недовольное сонное бормотание и скрип металлической задвижки. Вместо большой двери, как ожидала девушка, в воротах открылось небольшое окошечко. Оно было так мало, что не позволяло как следует разглядеть того, кто был по ту сторону ворот. Но девушку он видел отлично. Освещённая светом луны, в белом плаще, светловолосая, она отчётливо выделялась на фоне темной дождливой ночи.

— И кого чёрт принёс в такую погоду? — спросил хриплый голос у девушки.

— Аминель Трезеринн, ученица первого курса, — ответила девушка и снова улыбнулась такой открытой и обезоруживающей улыбкой, что обладатель хриплого голоса по ту сторону ворот, уже собиравшийся рассердиться не на шутку, ограничился лишь тем, что забубнил себе под нос что-то невнятное и определённо беззлобное — и начал открывать ворота.

Когда дверь открылась, девушка наконец смогла увидеть обладателя хриплого голоса. Только воспитание и сильная воля смогли удержать её от того, чтобы не вскрикнуть от страха и неожиданности.

Перед нею стоял горбун среднего роста и неопределённого возраста. Узкое лицо его пересекали два шрама крест-накрест так, что невозможно было даже примерно представить, как выглядел их обладатель прежде. Один шрам рассекал левую бровь и веко, проходя прямо посередине глаза. От этого глаз выглядел каким-то зловещим и живущим отдельно от своего хозяина. Второй шрам, намного больше, шёл от правого уха через центр щеки, рассекал нос на две половинки и обрывался, поднимая верхнюю губу так, что она выглядела наподобие заячьей.

— Проходите, — прорычал горбун глухим и хриплым голосом, и девушка, взяв коня под уздцы, вошла в замок.

— А это кто? — раздался за спиной глухой хриплый рык.

— Это Эрг, слуга. Он ненадолго здесь, — ответила Аминель, пытаясь улыбнутся и горбуну, но на этот раз было заметно, что улыбка далась ей с очень большим трудом.

— Да не переживай, парень! — воскликнул Эрг, потрепав сторожа по плечу. — Я лишь помогу хозяйке разобраться с вещами, и тут же обратно!

Эрг уже слез с повозки и так же, как Аминель, вёл ослика под уздцы.

— Можешь переночевать в сторожке, если не испугаешься моей рожи, а кончится этот проклятый дождь, тогда и поедешь, — рыкнул горбун, скорчив жуткую гримасу, которая, наверное, у нормальных людей обозначала улыбку, и указав на небольшую дверь в стене возле ворот замка. Очевидно, там и была сторожка.

Эрг и Аминель улыбнулись шутке горбуна, и теперь он уже не казался таким недобрым и пугающим.

— Буду очень благодарен, — ответил Эрг и остановил повозку возле резной деревянной двери, на которую указал горбун.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.