Журнал «Вокруг Света» №08 за 1975 год

Вокруг Света

Жанр: Газеты и журналы  Прочее    Автор: Вокруг Света   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Журнал «Вокруг Света» №08 за 1975 год ( Вокруг Света)

Остров молодости

Первым европейцем, ступившим на этот зеленый остров, был «сам» Христофор Колумб. Случилось это во вторник, 3 июля 1494 года, во время второй экспедиции знаменитого мореплавателя к берегам Нового Света. Равнодушно приобщив новый клочок земли к бескрайним владениям испанской короны, Колумб нарек его именем «Сан-Хуан-Эванхелиста», не подозревая о том, что обитавшие здесь индейцы тайно уже одарили свою землю сразу тремя названиями: «Камарго», «Гуанаха» и «Сигуанея». В дальнейшем переименования следовали непрерывной чередой, и сейчас, пожалуй, можно утверждать, что вряд ли найдется на земле другой географический объект, который столь часто менял бы свои имена. Вслед за «Сан-Хуан-Эванхелиста» пришло название «Сантьяго». В начале XIX века мадридские чиновники назвали остров «Колонией королевы Амалии», однако к тому времени на географических картах закрепилось еще одно, ставшее основным, имя «Исла де Пинос» — «Сосновый остров».

Впоследствии Пинос именовался по-разному: «Испа Чикита» — «Маленький остров», — говорили кубинцы, обитатели «Большого острова». Пинос называли также «Островом попугаев», «Забытым островом», «Островом пиратов». С легкой руки писателя Стивенсона, избравшего, как утверждают, именно Пинос местом действия своего знаменитого романа, появилось экзотическое имя «Остров сокровищ». Нельзя не упомянуть о самом последнем названии, которое постепенно получает права гражданства. На билете, который я предъявил контролеру морского парома, направлявшегося от южного побережья Кубы к «Исла Чикита», было указано: «Пункт прибытия — «Остров молодости». Это имя дал Пиносу Фидель Кастро.

Калейдоскоп этих имен отражает яркую и необычную историю острова, первые страницы которой начертаны мушкетами и кинжалами пиратов.

Под сенью «Веселого Роджера»

С самого зарождения пиратского промысла в западной Атлантике и Карибском море тихий, спокойный Пинос стал для лихих «джентльменов удачи» чем-то вроде штаб-квартиры. Легендарные ковбои бескрайних океанских прерий превратили его в уютный постоялый двор, где можно было отдохнуть от ратных дел, провести нехитрые торговые операции с «буканьерос» — поставщиками продовольствия — и закопать под какой-нибудь пальмой («...на глубине три фута, в пяти шагах к востоку от кончика полуденной тени») очередной сундук с пиастрами, изумрудами и золотыми слитками. Впрочем, в зале маленького музея, расположившегося в бывшей лютеранской церквушке, можно увидеть старинные гравюры, которые вводят вас в зловещий мир под сенью «Веселого Роджера».

Пиратам история обязана и первым описанием Пиноса. Сказанное вовсе не означает, что кто-либо из них вдруг воспылал люоовью к наукам и решил сменить шпагу на гусиное перо. Просто-напросто кем-то из корсаров в 1792 году был пленен и отправлен на Пинос секретарь испанского вице-короля в Лиме дон Дионисио Франко, направлявшийся из Картахены в кубинский порт Батабано. Трудолюбивый, верноподданный чиновник и в плену истово пекся об интересах короля. Просидев около полутора месяцев на «Острове сокровищ», он подготовил скрупулезный и обстоятельный отчет о своих злоключениях. Из этого документа мы узнаем, что в конце XVI11 века на острове, площадь которого превышает две тысячи квадратных километров, постоянно обитало всего 86 человек: 14 рабов, 72 свободных. Под руководством трех главных хозяев Пиноса, трех сильных семейств — Дуарте, Селавер и Сайас — они занимались животноводством. Иными словами, обеспечивали мясом пиратскую клиентуру.

Первым американцем, появившимся на острове, был некий мистер Джонсон, который во второй половине XIX века объездил Пинос вдоль и поперек, собирая образцы почв и беседуя с местными жителями о погоде и видах на урожай. В августе 1898 года в «столицу» острова Нуэва-Херону прибывает первая североамериканская «дружественная» миссия. Чтобы понять, сколь дружественной она была, следует вспомнить, что к этому времени близилась к печальному для Кубы концу война за независимость; по Парижскому договору, подписанному в декабре того же года, Испания отказывалась в пользу США от своих многочисленных владений в Карибском бассейне.

Детище Херардо Мачадо

Однако сделать из Пиноса еще один вариант Пуэрто-Рико североамериканцам не удалось: кубинцы грудью встали на защиту этого маленького острова. Для борьбы за его воссоединение с Кубой в Гаване создается Антиимпериалистический комитет, которым руководит один из основателей Кубинской компартии Хулио Антонио Мелья. Растут протесты и в столице, и по всей стране. В 1925 году американский конгресс вынужден был ратифицировать договор Хэй-Кесада, возвративший Пиносу «кубинское гражданство».

Прекрасно! Теперь можно наконец заняться и освоением «Острова сокровищ»! Так думает, удовлетворенно потирая руки, гаванский диктатор Херардо Мачадо. Первый шаг в этом направлении, предпринятый Мачадо, остается на долгие десятилетия и последним. Но какой это был знаменательный шаг! Спустя всего лишь несколько месяцев после ратификации договора Хэй-Кесада — в 1926 году, в присутствии Его Высокопревосходительства Президента Республики, министров, депутатов парламента, представителей прессы и публики близ Нуэва-Хероны торжественно закладывается первый камень новой, лучшей в стране, самой современной в Латинской Америке, оборудованной по последнему слову науки и техники… тюрьмы Пресидио-Модело.

Сметная стоимость этого сооружения составляла 250 тысяч долларов. Фактическая — к окончанию строительства — почти втрое превысила ее! Три года возводилось чудо латиноамериканской пенитенциарной системы. Там, на окраине Нуэва-Хероны, работали самые квалифицированные кубинские инженеры и техники, туда приезжали законтрактованные за валюту специалисты-строители из США. И вот, наконец, сооружение было воздвигнуто. Четыре гигантских цилиндрических блока — тюремные корпуса. Между ними — круглый блок — столовая.

Слух о чудо-тюрьме пронесся по всей Латинской Америке, а ее посещение стало обязательным пунктом в программах визитов тогдашних правительственных делегаций.

...Миловидная негритянка, бывшая учительница из Гаваны Мария Верена Гонсалес, ныне заведующая музеем, разместившимся в служебном корпусе тюрьмы, приглашает нас осмотреть один из блоков. Пройдя через невысокую дверь, мы оказываемся в центре громадного круглого, без единой перегородки здания. По всей его стене — пять этажей камер. 465 клеток-одиночек, в которые зачастую сажали и по двое и по трое. На самом верху, на шестом этаже, — этакая естественная жаровня: камеры строгого режима для провинившихся. В центре гигантского зала, рождающего какие-то смутные ассоциации с древнеримскими цирками или авиационными ангарами, — высокая башня, увенчанная будкой с бойницами. Там сидел часовой. Один часовой, на глазах которого — весь блок. Дабы обеспечить его безопасность, доступ в башню-вышку осуществлялся по подземному туннелю.

Тюрьма стала символом и проклятием острова. Предназначалась она отнюдь не для карманников и сутенеров. В первую очередь она была создана для заточения борцов против диктатуры Мачадо и сменивших его псевдоконституционных режимов. 18 октября 1953 года ее ворота открываются, чтобы принять заключенного под номером 4914 — Фиделя Кастро, за три месяца до этого совершившего с группой соратников дерзкое нападение на казарму правительственных войск Монкада в городе Сантьяго-де-Куба. Тюремные власти не рискнули отправить отважного революционера в общий блок. Его поместили в одном из служебных корпусов, где за ним было установлено особо тщательное наблюдение.

Вот эта камера. Дверь. Два окна. Одно выходит во внутренний двор, другое — совсем крохотное — смотрит на вершины окружающих Нуэва-Херону холмов. Впрочем, как сказала нам Мария Гонсалес, в то время, когда в камере находился Фидель, это окно было наглухо закрыто.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.