Журнал «Вокруг Света» №03 за 1980 год

Вокруг Света

Жанр: Газеты и журналы  Прочее    Автор: Вокруг Света   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Журнал «Вокруг Света» №03 за 1980 год ( Вокруг Света)

Тихоокеанец на БАМе

По берегу белой строчкой тянулась Кругобайкальская железная дорога с многочисленными окнами тоннелей. По некогда заброшенному пути вновь закурсировали поезда: БАМ вызвал к жизни и эту дорогу. Теперь теплоходы загружались в южнобайкальском порту «Байкал» самыми разными грузами для северной стройки, тащили в северный новый порт Курлы баржи с техникой и горючим. На верфях Листвянки, Култука и Улан-Удэ собирались теплоходы для собственно бамовского флота.

Капитан Анатолий Малинкин отдал распоряжение мотористу заводить машину, сам стал за штурвал и включил сирену. Мы прошли мимо теплоходов у пирсов, прошмыгнули в ворота и закачались на короткой байкальской волне, следящей своей синью. За кормой вспятились гольцы, придавливая к подножию разноцветные домики, людей и даже портальные краны.

Первый же теплоход, с которым мы повстречались в открытом море, был «Балхаш». Он тащил гигантский плот за пенными бурунами закормья.

— Ишь, какой плот зачалили, — ухмыльнулся Малинкин во все конопатое лицо.

— А если растеряют? — заметил я.

— Эти-то... Черта рыбного, — отозвался Малинкин. — У них там такой капитан... Юрий Петрович Иванов. С Тихого к нам перешел.

И, как бы подтверждая характер своего капитана, встречное судно включило мощную сирену. Наш юркий «Моряк» пошел на сближение с могучим «Балхашем», пристукнулся к черному его борту.

На мостике стоял рыжеватый плотный парень в аккуратной капитанской форме.

— Побалуйте своим вниманием...

Это и был капитан Иванов. В серых глазах его проглядывала та значительность, которая вырабатывается у широких натур. А в спокойствии, несуетности угадывалась цепкая деловитость.

— С дороги полагается чай, — произнес Иванов баском. — Милости прошу в мою каюту.

Мы расселись по диванам за столиком и скоро принялись за крепкий чай.

— Рискуете с таким плотом-то, — подал голос Малинкин, отдувая капли пота с кончика носа. — Растеряете — ни плана, ни премии...

— Знать надо, братец, погоды. Флотоводом быть, а не раззявой, — ответил Иванов.

— Ну, многие так говорили, — протянул Малинкин. — А Байкал он и есть Байкал. Неуправляемый.

— Да, бревен по берегам прямо-таки навалом, — включился и я в разговор.

— Как же их не будет, когда у иных байкальских водохлебов никакой культуры мореходства! — загорячился Иванов. — Лоции порядочной нет на новый уровень, да и не придерживаются ее всерьез, служба погоды какая...

— Ну, начал критиковать, тихоокеанец, — вспыхнул было Малинкин. — Зачем тогда, спрашивается, ехал сюда?

— Не затем, чтобы дурака валять, — отразил Иванов нападки коллеги. — Край наш теперь морской, значит, порядок в нем тоже должен быть по большому плаванию. Я ведь родился в Сибири... Но пусть кто-нибудь ткнет в мою сторону, что я был плохим моряком.

И наш хозяин стал рассказывать случаи из своей биографии.

— В Индийском океане случилась со мной эта история...

Теплоход, на котором Юрий Петрович Иванов плавал электриком, попал в жестокий южный шторм. Мощным накатом волны оборвало экипировку в носовой части. Всевидящий боцман приказал срочно восстановить проводку. И молодой матрос Иванов бросился с пассатижами в руках на бак.

Ветер хлестал струями, напоминающими обрывки проводов. Натыкаясь на эти ложные концы, Иванов потерял равновесие, покатился по мокрой палубе к борту. И тут его подхватила высоченная волна, скрутила у борта и перенесла через поручни... «Здешняя волна, как шнурок, — хлестнула мысль, — должна еще втянуться раз на судно!» И когда он ощутил, что волна снова закрутилась жгутом, ввернулся, изловчившись, в этот шнур, оказался на его гребне и скользнул на корму теплохода. Волна тащила его дальше за собой, но тут уж матрос ухватился за кнехт мертвой хваткой. Потом отплевался, встал и засеменил в кубрик.

«Жалко пассатижи, — подкралось нелепое сожаление. — Теперь боцман заклюет».

Иванов переоделся в сухое, причесался и зашагал в рубку. Там шуршали мокрые плащи начальства. Все вглядывались в морскую мешанину, привалясь к стенам рубки.

— Своими глазами видел, как закрутило его волной, — угрюмо басил вахтенный.

Иванов еле пробился к капитану.

— Товарищ капитан...

Капитан клюнул носом в ладонь, на которой белела таблетка. Боцман широко раскинул руки:

— Милай! Да ты что, родился в спасательном жилете?!

— В Сибири родился, — заикнулся Иванов, — да подвел вот... пассатижи в волне не удержал...

— Какие пассатижи? — заревел боцман и обнял матроса так, что затрещали швы форменки. — Хотя в следующий раз инструмент тоже спасай...

Мы повалились со смеху на стенки каюты, а Иванов бросил прищуренный взгляд в иллюминатор.

— Хозяйственный мужик наш боцман, скажу вам, друзья, побольше бы таких и тут...

— Надо пригласить того боцмана к нам, — посоветовал я без иронии.

— Наш старик прирос к Дальнему Востоку, — обронил Иванов. — А я вернулся в Сибирь.

И Юрий Петрович рассказал, что жена его после морского техникума плавала вместе с ним на судах. Нелегко им было заводить детей... А когда появился сынишка, у него начались легочные анемии. И врачи посоветовали сменить ребенку климат на континентальный. Так родителям-морякам пришлось перебираться на берега Байкала. И здесь здоровье ребенка действительно пошло в гору, прямо-таки в сибирский голец.

— Как же мне после этого не почитать Байкал за святыню? — произнес Иванов.

— Ну, теперь с БАМом попластаешься, — протянул Малинкин, — черту рыбному рога свернут ихние морячки. Свой флот — свои проблемы — свои издержки!

— Вот туда бы я послал нашего боцмана, — проговорил Иванов, — да на все таких людей не напасешься. Надо самому браться за бамовский штурвал...

Последняя фраза была сказана капитаном не ради красного словца.

Мы тогда вскоре попрощались с «Балхашем», пожелали всем ласкового штиля и под раскрутку сирен отчалили от гостеприимного теплохода. И, глядя на основательную фигуру капитана, я решил, что таким людям долгий штиль даже противопоказан. Они естественны в ожидании перемен, готовы всегда к противоборству и живут на полную мощь в сложных перепадах.

Я не удивился, когда узнал, что Юрий Иванов стал «за бамовский штурвал» — перешел из Восточносибирского пароходства капитаном-наставником в зарождающийся флот треста Нижнеангарсктрансстрой.

В этой должности ему пришлось получать в Улан-Удэ новые теплоходы типа «Костромич». Легкие суденышки, приспособленные к рекам и мелким озерам, они не были оснащены навигационным оборудованием для плавания по такому строптивому бассейну, как Байкал.

— Но выбирать не приходилось, — рассказывал мне впоследствии Иванов. — Грузы росли рядом с верфью, как в международном каком порту. Уже прошли забереги. И в Северобайкальске выпал снег.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.