Полигон

Вагнер Татьяна

Серия: Холодные игры [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Полигон (Вагнер Татьяна)

1

Взрыва я не слышала – было слишком далеко, но видела, как две малюсенькие фигурки в цветных курточках бегут через снежное поле. Потом раздался глухой хлопок, яркая вспышка, снег под ногами вздрогнул и начал осыпаться, а сверху падали сверкающие обломки льда. Наверное, выглядит очень красиво – с увеличением да на трехмерном экране. Если только эта лавина снега и льда не сыплется прямо тебе на голову и плечи, не пытается утащить с собою вниз! Я грохнулась на колени, но все равно не удержалась – покатилась под гору, кувыркаясь вместе со снегом.

Несколько секунд безумия, и все стихло.

Защитные очки сильно залепило снегом, он набился в капюшон, налип на шерстяной шарф, намотанный до самых глаз, даже дышать стало тяжело. Кажется, теперь я вешу целую тонну, но боли нет – есть только снег и лед кругом. Если медленно повернуть голову, видно только крошечный лоскуток ярко-синего неба. Не знаю, где я – если пошевелюсь, попробую выбраться из-под сугроба, могу свалиться в расщелину, прямо на острые камни. Если останусь лежать – замерзну. Слишком холодно и слишком высоко. Не следовало забираться так высоко…

Но мне нельзя умереть раньше, чем начнется Игра!

Я уже готова была взвыть от собственной глупости и бессилия, когда небо загородила темная фигура, кто-то склонился надо мной:

– Эй?

Я пытаюсь что-то промычать и пошевелиться.

– Осторожно! – шепчет фигура, я скорее догадываюсь, чем слышу. – Не двигайся!

Медленно раскапывает снег надо мною, я пытаюсь вытянуть руку – он подхватывает меня под локоть, оттаскивает и помогает сеть, прислонившись спиной к скале. Я наконец-то протираю очки – и вскрикиваю: протоптанная в снегу тропинка, по которой я так бодро забралась наверх, теперь обрывается в ледяную бездну.

Лучше не смотреть вниз – в голове и так шумит.

Мой спаситель отряхивает с меня остатки снега и дергает за руки.

Он в желтой куртке – значит, он из команды седьмого сектора. Номера нам еще не раздали, только куртки и свитера цветов команд. Все цвета отвратительно яркие, как дешевые школьные фломастеры, зато видны издалека и выглядят на снегу очень эффектно. Ясно – он такой же любознательный тип, как и я: хотел забраться на ледник как можно выше, чтобы заранее рассмотреть Полигон.

– Руки целы… Нам здорово повезло! – Он поворачивается в сторону горизонта. – Больше, чем тем двоим…

Шевелю носками ботинок, пытаюсь согнуть колени, подняться – точно, повезло! Если в нашей ситуации вообще можно говорить о везении. Честно, не знаю, что сказать – не люблю я этого. Не люблю быть в долгу и благодарить не умею. Обойдемся без благодарностей – на Игре всем приходится соблюдать правила: правила запрещают драться и наносить увечья игрокам из других команд до старта Игры. Мы оба просто соблюдаем правила – вот так вот.

Вздыхаю и бормочу сквозь шарф:

– На что они рассчитывали?

– Надеялись убежать… – Паренек привалился к ледяной стене рядом со мной. – Мы же еще в тренировочном центре, кто мог знать, что здесь периметр заминирован.

Я пожимаю плечами под курткой, а голос сквозь шарф звучит глухо, как чужой:

– Полудурки. Куда здесь бежать? Кругом снег и холод! Подохнут, и все…

– Если забраться еще выше, видно железную дорогу. – Он неопределенно указал перчаткой в сторону, противоположную Полигону.

– Ты тоже думал сбежать?

– Нет. Я останусь, пока не пойму, что здесь происходит…

Над нами уже кружат любопытные птицы, их все больше. Щелкают острыми клювами в надежде пообедать двумя мерзлыми тушами невиданных зверей – то есть нами.

– Слушай, – говорю. Мой голос звучит глухо, как чужой. Отмахиваюсь рукой от особенно наглой летучей твари. – Надо спускаться вниз, пока мы совсем не околели! Птицы нам скоро глаза повыклюют!

– Зачем? Нас и так скоро снимут отсюда. Видишь? – Он отвернул перчатку так, что стал виден опознавательный браслет на запястье, в котором мигает малюсенькая оранжевая точка. У меня тоже такой есть – браслеты нам выдали вместе с форменной одеждой и рассказали про всякие технические штучки, которыми они набиты, в пользу от них мне верится слабо. Но паренек говорит очень уверенно: – Идет сигнал тревоги, нас уже ищут. Правила запрещают проводить больше двух замен игроков, а две замены им придетсясделать…

Бедный парень! Он точно как моя мать. Мамочка до сих пор верит, что жизнь сама собой устроится, если соблюдать правила, и тайком всхлипывает из-за «хорошей школы», в которой я не сподобилась учиться. Этот наверняка учился именно в «хорошей школе» – не ругается и выговаривает все буквы, как диктор, не носит в карманах всякую ерунду; жвачку, спички или сигарету наверняка в глаза не видел. Не носится по крышам, а соблюдает комендантский час, за городское ограждение тоже ни разу не лазил и от общественных работ не уклонялся – не то что я.

Неприятности сами меня находят – везде, даже здесь, когда мне надо быть неприметной и тихой. Я поспешно хватаю парня за локоть.

– Знаешь, нам лучше молчать, что мы видели… – На шарфе от дыхания появляются кристаллики инея, уточняю: – Видели беглых ребят и как рвануло. Скажем про мины, про взрыв – только себе неприятности наживем!

Он несколько раз кивает, слов все равно не разобрать – недобрые птицы учинили жуткий гвалт. Кричат, хлопают крыльями и разлетаются, в небе появляется вертолет.

Вертолет зависает над склоном, из люка бросают трос, он распрямляется и натягивается, как струна, благодаря закрепленному грузу – тяжелому мешку. Я первой исхитряюсь до него дотянуться. Зубами стаскиваю перчатку со свободной руки – в толстой перчатке пальцы движутся медленно и неловко. Отстегиваю мешок и сама пристегиваюсь к тросу грубым ремнем, который держится на стальном карабине. Парень из «семерки» возится со вторым ремнем. Конструкция такая, что нам приходится вцепиться друг в друга – почти обняться, – взмываем вверх. Со стороны нас, наверное, можно принять за яркий мешок с новогодними подарками, жаль, что нас видят только птицы, которым подарков ждать неоткуда.

Наконец-то мы оказываемся в вертолете. Внутри сумрачно, снимаю очки и поправляю съехавшую на глаза шапку. Пилоты тоже смурные типы – наверняка им запрещено с нами разговаривать. Так и летим молча. У игроков из разных команд мало поводов для разговоров – через пару дней из «условных противников» мы можем превратиться в смертельных врагов.

Верчусь на узком сиденье, потом прилипаю к окну. Я вижу Полигон!

Точнее, догадываюсь: ледокол распарывает пронзительную снежную пустыню, и полоса воды огибает остров по краю, на белом фоне выступают серые проплешины скал. Над ними кружат тысячи птиц. У кромки воды торчат из-под снега обломки каких-то стародавних построек. Остров совсем небольшой, почти треугольный, равномерно утыкан сверкающими иголками – транслирующими антеннами. Только одна часть выдается в море, как клешня краба, – на ней видна плоская крыша современного здания. Вертолет делает вираж – удаляется от Полигона, идет на снижение. Замирает на бетонной крыше тренировочного центра, винт еще медленно вращается, но нас выталкивают наружу и подгоняют к стальным дверям:

– Бегом! Бегом! Быстрее!

Мы покорно грохочем горными башмаками по коридору: конца-края ему не видно, только огоньки подслеповато мигают вдоль стен. Поворот, лестница, еще поворот – в жизни не думала, что тренировочный центр такой громадный.

Кругом ни одного окна – мы на подземном этаже.

Идем быстро: скорость движения задают здоровые лбы в военной форме без знаков отличия. Наконец-то упираемся в бронированные двери и останавливаемся. Чего-то ждем – я оглядываюсь на паренька. Он снимает шапку, аккуратно прячет в карман – светлые пряди рассыпаются во все стороны, высокие скулы покраснели от мороза и солнца, губы решительно поджаты, рассматривает кодовый замок на двери.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.