Поворот судьбы

Кроу Цинтия

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Поворот судьбы (Кроу Цинтия)

Глава 1

На открытой веранде коттеджа, на качелях в окружении детворы — молодая женщина, а на ребячьих рожицах — лучезарные улыбки.

Прелестная сценка.

Точь-в-точь с обложки красочного журнала начала века, выполненной Норманом Рокуэллом, известным американским художником-иллюстратором.

Качели раскачиваются. Взад-вперед, взад-вперед… Вокруг ее стройных ног развевается в бело-зеленую клеточку подол.

Кто-то из детей водрузил ей на голову — точно корону — венок из ярко-желтых маргариток. Удивительно гармонирующий с цветами, вышитыми английской гладью на белоснежном фартучке поверх льняного клетчатого платья.

Славный летний денек! Послеобеденный зной, все объято истомой. И если в небе над головой изредка проносится реактивный самолет, а за спиной, в доме, ворчит пылесос — эти приметы времени не в силах нарушить идиллию, воскрешающую в памяти картины былых чудесных дней.

Женщина и не предполагала, что со стороны она и дети производят такое впечатление.

С интересом слушая ребячью болтовню, она радовалась жизни. Безмятежно-счастливая пора юности! Она вспоминала вечерние посиделки на такой же веранде со своими братьями и сестрами, когда они, перебивая друг друга, делились новостями — в детстве любая пустяковина важна и значительна.

На исходе жаркого дня солнце казалось особенно приветливым. К тому же, как бы желая сделать приятное, оно расцветило веранду яркими бликами, не забыв добавить золота в волосы женщины. Пряди цвета спелой пшеницы, выбившиеся из прически под названием «конский хвост», придавали ее лицу необыкновенную прелесть, подчеркивая пламенный изгиб точеной шеи.

Дети тоже как бы сошли с картинки из старинной книжки. Кто-то в клетчатых рубашках и комбинезонах, кто-то в длинных, до пят, платьях с оборками и рюшками…

Девчушки прилагали невероятные усилия, чтобы не дотрагиваться до бантов, украшающих локоны, а их брат вел себя на редкость степенно. Впрочем, на этом сходство с детьми прошлого века заканчивалось.

— Сандра, а на следующей неделе ты к нам приедешь? Будет футбол высшей лиги. Я собираюсь защищать ворота.

— Давай слезай, Тедди! И пожалуйста, зубы не заговаривай. Теперь моя очередь — теребила брата юная леди в воланах и лентах. — Сандра, как тебе моя прическа? Хотелось, чтобы было, как у той певицы по телеку… забыла, как ее зовут… ну, которая в группе панков. Жаль, мамочка не разрешила. Тедди, кому говорю? Смотри, получишь…

— Дети, сейчас же перестаньте! Оставьте Сандру в покое, а не то у нее разболится голова еще до приезда гостей. — Марджи Финлоу согнала с качелей сына и, вздохнув, опустилась на освободившееся место. Ее желтая хлопчатобумажная юбка, взметнувшись, расползлась на сиденье. — Отправляйтесь к папочке и скажите, что пора мариновать свинину для барбекю.

Сандра чмокнула в щечку младшую Финлоу и, глядя на чинно спускающихся по ступенькам детей, сказала, обращаясь к кузине:

— Марджи, ну зачем ты их прогнала? Я обожаю твоих детей.

— Нет, ты неисправима! Дай тебе волю, готова весь вечер возиться с ними. Лучше побереги свои силы для гостей. Боже, какая жарища! — Марджи помахала рукой перед лицом, но только растрепала коротко стриженные ярко-рыжие волосы. — Нет, в нашем дивном городе Таллахасси спокойно можно беседовать только в доме. И зачем это я затеяла пиршество, скажи на милость? Кто, где, когда, кроме меня, разумеется, станет зажаривать свинью в такую, ну просто тропическую жару?

— Брось, Марджи! Ты же обожаешь принимать гостей, и потом — у тебя всегда все отлично получается. — Обернувшись, Сандра Мейсон обвела взглядом владения Финлоу.

Старинный белый дом, окруженный со всех сторон гигантских размеров изумрудной лужайкой, утопал в тени, отбрасываемой столетними дубами и пеканами. Тут и там пестрели клумбы с яркими садовыми цветами. Вдалеке, за старой конюшней, раскинулось голубое озерцо. Дорога, ведущая к дому, терялась за горизонтом.

— Ах, Марджи, я так рада, что ты пригласила меня. Обожаю гостить у тебя. Если честно — устала! Последний семестр был очень тяжелым! Наконец-то я вольная пташка, а тебя, кажется, не видела миллион лет.

— Слава Богу, все позади! Рон, между прочим, держал меня в курсе всех твоих дел. Научный руководитель как-никак… Назвался груздем, будь любезен доведи свою студентку до победного конца. — Марджи наклонилась и убрала прядь волос, упавшую Сандре на глаза. — Воображаю, как ты рада. Диплом получен и, как говорится, сей разумное!.. Скажи, рада?

— Не то слово, я сча-стли-ва… — произнесла Сандра нараспев. — Последние пять лет постоянно была в цейтноте. Но все равно, поверь, с любовью и нежностью вспоминаю эти годы и хоть сейчас готова повторить все с самого начала. — Она закинула руки за голову и потянулась. Марджи глянула на нее. Сандра была великолепно сложена. — А сейчас главное — найти работу. Хочу уже осенью начать преподавательскую деятельность.

Марджи улыбнулась.

— С твоими «верительным грамотами» беспокоиться не о чем. Лучшая из лучших, блестящие знания, любовь к детям… — Увидав, что Сандра вспыхнула, как маков цвет, Марджи засмеялась. — Все про тебя знаю — недаром замужем за твоим руководителем.

Сандра смутилась и, решив перевести разговор на другую тему, сказала:

— Работу найти чрезвычайно трудно, и совсем не имеет значения, какая у меня квалификация. Поживем — увидим! Однако завтра же начну подыскивать себе занятие хотя бы на лето.

— Завтра, так завтра! — Марджи поднялась с качелей и подала Сандре руку. — Неугомонная, вот кто ты. Кстати, раз уж приехала ко мне, как говорится, с опережением графика, это дает все основания считать, что ты жаждешь мне помочь.

— Палочка-выручалочка — так будет вернее, а «неугомонная» — это кто-то другой, — заметила Сандра, идя следом за Марджи. — Кстати, посмотрим, какую работенку предложишь мне ты, — добавила она, желая слегка поддеть кузину.

— О Господи! Иметь младшую сестру, слоняющуюся без дела, иногда обходится себе дороже, — парировала Марджи. — Ты, конечно, за словом в карман не лезешь, но учти, я ведь тоже в долгу не останусь, если вспомню кое-что из твоего детства.

— Ах, ах! Да будет тебе известно, мое детство — чистое, как стеклышко.

— Может быть. Спорить не буду. Но вот уж чего не скажешь про твое отрочество!

Они вошли в гостиную, где царил жуткий беспорядок — игрушки, кубики, детали от разнообразных головоломок валялись где попало. Машинально Сандра начала собирать их, сортировать и расставлять по полкам, искусно замаскированным предметами гостиного гарнитура.

— Интересно, каким это образом тебе стало известно про все, если я тогда жила в штате Джорджия, а ты, выскочив замуж, перебралась сюда, во Флориду?

— А милый друг маменька на что? Она была вне себя от счастья, когда появилась возможность перемывать косточки близким в эпистолярном жанре. Каждую неделю я получала от нее пространные отчеты о житье-бытье всех Мейсонов. Однажды мамуля расписала на нескольких страницах историйку про какого-то незадачливого паренька, отправленного с позором домой в самый разгар празднеств по случаю сенокоса. Из-за тебя пострадал тот молодой человек…

— Стыд и срам! — воскликнула Сандра и упала на диван, будто ей стало дурно. Немного погодя, продолжая складывать в коробку детали от головоломки, она сказала:

— Ну и что? Поцеловал меня мальчик, а пастор церкви его прихода оказался свидетелем этого невинного поцелуя.

— Хочешь сказать, первого и последнего?

Сандра схватила диванную подушку, швырнула ее и угодила сестрице в голову.

— Господи, тебе-то что?

— Мне-то ничего! Просто своими глазами видела, как увивались за тобой толпы вздыхателей. Советую быть более разборчивой в знакомствах, — сказала Марджи приторно-сладким голосом. — А если собираешься устроить свою жизнь, следует вообще быть более осмотрительной и…

— …Добродетельной, невинной и непорочной, — подхватила Сандра шутливо. — К твоему сведению, я именно такая.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.