Знаки во времени. Марокканские истории

Боулз Пол

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Знаки во времени. Марокканские истории (Боулз Пол)

I

И приснился ему парящий сокол. Знак, сказали прочие. И отправились они в Асану, и у ворот города слепец поднял руку и молвил:

Остерегайтесь ветра, что дует над местом сим. Вы слышите барабаны, но это барабаны не нашего народа, и не его руки стучат по шкурам.

Он увидел лицо слепца и вспомнил сокола. За стенами, в высоких полуденных небесах, белели суровые горы.

И не вошли они в Асану, но повернули на юг, пересекли голую равнину и добрались до берега реки.

Мавританский султан (который потерпел у Сьерра-Морены столь сокрушительное поражение от испанцев, что победители несколько дней жгли костры из пик, копий и стрел павших врагов) с величайшим достоинством ответствовал полонившим его, что недавно прочитал Послания апостола Павла. Монарх так восхитился ими, что, доведись ему выбирать иную веру, он остановился бы на христианстве.

Старое кладбище у гротов разграбили. К великому нашему горю, его распахали. И мы клянемся семью сефарим и семью небесами, двенадцатью косулями, хлебом и солью, Именем и жертвой, что справедливость восторжествует.

Немногие помнят то лето. Солнце опаляло своим дыханием все, к чему прикасалось. Никто не выходил, ибо в нижнем городе свирепствовал тиф.

Говорят, у него был огороженный сад, где он бродил на закате. Он словно сидел в тюрьме, оставаясь при этом на воле, и выдумывал на досуге различные беды, ополчавшиеся на него изнутри. «Рухнет ли столп Закона? Рассыплется ли Храм? Осквернят ли и растопчут Мишну?» Да пребудут его жребий и участь с семью сонмами праведников.

Никто не вышел. Мы ждали в своих темных комнатах, вздрагивая при каждом вздохе ветра, плескавшего шторами. Да почиют в Эдеме истребленные тифом, и да обретут они покой под Древом Жизни.

II

Путешествуя по Португалии, Фра Андреа из Сполето повстречал человека, к которому испытал большую симпатию, и человек этот оказался мусульманином. Прежде Фра Андреа не знал людей, исповедовавших эту веру, поскольку никто из них не бывал в его францисканском монастыре, но после часовой беседы с марокканцем монах изумился, что он не только прекрасно знаком с христианским учением, но даже согласен с некоторыми его догматами.

Они часто виделись в тот год. Между ними завязалась дружба, и Си Муса задумал пригласить Фра Андреа в Фес, дабы открыть там небольшую францисканскую миссию. Поначалу монах счел эту мысль химерой. Но затем Си Муса обронил, что его жена приходится сестрой королю Мохаммеду VIII, который в те времена правил Марокко из Феса.

Ты же знаешь, его величеству однажды представилась удобная возможность изучить христианские труды, заметил Си Муса, криво улыбнувшись. Фра Андреа кивнул, догадавшись, что друг намекает на долгий португальский плен невезучего короля.

Как тебе известно, одиночество и ученые занятия склоняют к веротерпимости, продолжил мусульманин. Он с удовольствием принял бы тебя и твоих друзей в Фесе, дабы народ мог воочию убедиться, что не все неверные - варвары.

Тут Фра Андреа расхохотался. Си Муса вежливо улыбнулся, не понимая причины его веселья. Именно эта откровенность марокканца и умилила монаха, она-то без сомнения и убедила его принять столь фантастическое предложение.

Три года спустя Фра Андреа прибыл в Фес вместе С Фра Антонио и Фра Джакомо - тоже францисканцами, которые сочли своим долгом поехать с ним, дабы походатайствовать о христианских заложниках, взятых ради выкупа. А Фра Андреа предвкушал религиозные дискуссии с мусульманскими интеллектуалами: Си Муса снабдил его рекомендательными письмами к некоторым из них.

Поездка не задалась с самого начала. Когда Фра Андреа попытался найти знакомых Си Мусы, выяснилось, что все они непостижимым образом исчезли из Феса. Старого дворца, который, по заверениям друга, должны были предоставить в его распоряжение, тоже не оказалось на месте - рядом с фондуком Неджарин. Даже при одном упоминании Си Мусы люди враждебно косились.

Вскоре Фра Андреа узнал, в чем причина. Пока они собирались в Фес, короновали нового монарха - Ахмеда III. Монахи выслушали эту новость с безучастными лицами, однако, угрюмо посовещавшись, согласились, что она не предвещает ничего хорошего.

Им предложили поискать дом в Фес-Джедиде, где на иноземцев смотрели с меньшей неприязнью, нежели в медине. И они нашли дом неподалеку от входа в меллах. Всего три небольших комнатки, но зато с патио, которое они вскоре заставили растениями в горшках.

Фра Антонио и Фра Джакомо быстро привыкли к оседлости в новом жилище. Казалось, они вполне довольны этим мрачным домишком. Но Фра Андреа нервничал, ведь он рассчитывал проводить долгие часы в беседах с новыми друзьями.

Пару раз выбравшись в медину, он убедился, что лучше держаться от нее подальше. Так он полюбил бродить по меллаху; тут, правда, на него пялились столь же враждебно, как и в медине, но зато евреев он не опасался. Монах не верил, что те могут на него напасть хотя евреи, наверное, затаили злобу на его церковь за недавнее изгнание из Испании. Фра Андреа считал, что их враждебность мотивирована лишь политически, тогда как ненависть, с которой он сталкивался в медине, имела более глубокие корни. Он мог свободно гулять по улочкам меллаха, прислушиваясь к испанской речи прохожих.

Как-то вечером францисканец стоял, прислонившись к стене, и наслаждался обрывками семейных бесед, доносившимися из домов. Осанистый господин подошел вдоль по проулку, посмотрел на него и пожелал доброго вечера. Смущенный тем, что его застали врасплох, Фра Андреа кратко ответил на приветствие и зашагал прочь.

Но незнакомец заговорил вновь и указал на дверь. Он добавил, что это его дом, и пригласил войти. Лишь только очутившись в освещенной комнате, монах увидел, что хозяин - раввин.

Так Фра Андреа познакомился с рабби Харуном бен Хаму и стал регулярно его навещать. Он наконец нашел марокканца, с которым можно говорить на религиозные и метафизические темы. Рабби Харун бен Хаму был чрезвычайно учтив и охотно вступал в серьезную беседу, но Фра Андреа понял, что, прежде чем высказывать свое мнение об иудейском законе, необходимо внимательно изучить Талмуд. Он читал по складам на древнееврейском, и эти небольшие познания, приобретенные еще в юности, теперь оказались как нельзя кстати.

Больше года посвятил он усердной учебе. Он исписал заметками целую книгу и заучил назубок Мишну. Тем временем он постоянно ходил к раввину, который в конце концов познакомил его с двумя другими - рабби Иудой ибн Дананом и рабби Шимоном Сакали. Фра Андреа заметил, что обоим претит присутствие безмолвного христианского монаха, и это вызвало у него жгучее желание их поразить. Трудно было усидеть молча - не терпелось обсудить с ними их религию, но Фра Андреа верил, что однажды сможет выйти на арену богословского спора во всеоружии, и пока придерживал язык.

Наконец решив для себя, что изучил Закон не хуже и, возможно, понимает его отношение к исламу и христианству даже лучше, чем они, Фра Андреа отважился выступить в следующий раз, когда они сошлись вместе.

Как он и рассчитывал, они выслушали его с недоверием и изумлением. Раввины медленно кивали, озадаченные странной метаморфозой. Например, он отметил, что Галаха не имеет никакого отношения к Богу и что даже в аггадических Мидрашим ничего не сказано о природе Божества.

Рабби Шимон Сакали оцепенел. В каждой фразе заключено бесчисленное множество значений, сказал он.

Полемика продолжилась, и Фра Андреа страшно захотелось их смутить, ткнуть носом в их же противоречия. Он много лет упражнялся в искусстве богословских диспутов и хорошо натренировал память. Он мог вспомнить дословно все, что говорил каждый собеседник, и повторял аргументы, глядя на того, кто их впервые привел.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.