Рассказы арабских писателей

Идрис Юсуф

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Рассказы арабских писателей (Идрис Юсуф)

Египет

МАХМУД ТЕЙМУР

Тетушка Салям-паши

Перевод А. Рашковской

В столичных вечерних газетах, в столбце, где обычно помещаются траурные объявления, было напечатано большое сообщение в черной рамке. В нем говорилось:

«Большое горе, огромное несчастье! Предстала перед аллахом праведная, благочестивая, добродетельная госпожа, тетушка его превосходительства благородного Мухаммеда Салям-паши, бывшего правительственного чиновника и одного из самых известных своей полезной и славной деятельностью представителей знати. Она скончалась в своем имении в Джардже после неизлечимой болезни, перед которой оказались бессильными искуснейшие врачи. Похоронная процессия отправится завтра в десять часов утра с вокзала, куда тело покойной прибудет специальным поездом в половине девятого. Принимая во внимание положение покойной и ее племянника, ожидается, что на похоронах будет много знатных лиц».

Кемаль-бек сидел с друзьями за столиком в кафе «Аль-Джунди», где они по обыкновению пили кофе и курили кальян. Он купил газету, внимательно прочел бросавшееся в глаза сообщение, затем, громко смеясь, обратился ко всем присутствующим:

— Чрезвычайно важное сообщение, друзья!

Все посмотрели на него с удивлением. Кемаль насмешливо добавил:

— Скончалась тетушка Салям-паши.

Один из собеседников удивленно спросил:

— Что же в этом смешного?

— Я никогда в жизни ничего не слышал об этой тетушке. Видно, она едва успела появиться на свет, как смерть настигла ее и скрыла навеки.

И он снова рассмеялся. Кто-то из приятелей сказал, обращаясь к Кемалю:

— А я слышал об этой тетке.

— Удивительно!

— Ты вправе удивляться, потому что существование ее держали в тайне от всех. Салям-паша старался, чтобы о его тетке люди ничего не знали.

— Почему же?

— Он боялся скандала. Он не хотел, чтобы знали, что у него есть бедная тетка, которая почти побирается и живет в развалившейся лачуге близ Джарджи.

Все удивленно прислушивались к словам Рифат-бека, а Кемаль-бек сказал:

— Следовательно, имение, в котором, как утверждают газеты, умерла покойная, выдумка?

— Конечно, выдумка. Салям-паша знал о положении своей тетки, знал, что она живет в бедности, даже в нищете, но это его не трогало. Я знаю из верного источника, что он дал ей за последние годы всего пятьдесят курушей [1] , которые она получила через управляющего.

Салям-паша отрицал свое родство с ней, а бедная женщина, наоборот, всячески настаивала на нем, чтобы обратиться к нему за помощью. Однако паша с ненавистью и отвращением думал об этой родственнице. Она была единственной нитью, связывавшей его с суровым и мрачным прошлым, с теми днями, когда он ходил в простой синей рубахе и грубой войлочной тюбетейке, пас скот и носил на голове блюдо с едой для отца, работавшего в поле.

— Странно. Откуда ты все это знаешь, Рифат-бек?

— Я слышал это от одного из членов той семьи, которая воспитала Салям-пашу. Глава семьи, окружившей Салям-пашу своей заботой, был благородным и щедрым человеком. Он взял на себя воспитание Саляма, отдал его вместе со своими сыновьями в начальную школу в Каире и платил за него, пока тот не получил аттестата. Когда выяснилось, что Салям неспособен учиться в школе второй ступени, он помог ему поступить на службу в одно из правительственных учреждений. Как только Салям прочно утвердился на своем месте и увидел возможность продвижения, он из скромного и послушного юноши превратился в упрямого и высокомерного человека. Ему везло, он быстро достиг высоких постов и стал еще надменнее. Его характер и намерения проявились полностью. Он забыл все, что связывало его с прошлым, даже того человека, который его воспитал и обучил, создал его благополучие. Да, друзья, Салям оказался неблагодарным и часто бывает неблагодарным и теперь. Мы хорошо знаем характер этого человека, и поэтому я не удивился, услышав о нем то, что вы рассказали.

— Разве у него не было родственников, кроме этой бедной тетки?

— Она была единственной оставшейся в живых. В этом и заключается секрет его ненависти к тетке и нежелания признать ее.

— Однако он все-таки признал ее.

— Да, признал, после того, как она умерла.

— В чем же смысл его признания? Это же совсем странно.

— Он делает это ради удовлетворения своего тщеславия. Он отказывал ей в грошах при ее жизни, но потратит огромные деньги теперь, когда она умерла. Цель этого — стремление к тому ложному блеску, за которым он привык гоняться всю жизнь и в котором видит единственную радость. Разве эта торжественная траурная церемония и пышные похороны не есть лишь средство заявить о себе? Разве не лестно, что видные деятели страны, аристократическая знать и высшие правительственные чиновники будут на этой церемонии, чтобы выразить паше горячее соболезнование и разделить его горе?

Кемаль-бек засмеялся:

— Он сумасшедший! Я хотел бы присутствовать на церемонии и посмотреть, что там будет интересного.

— В чем же дело? Ты знаешь этого человека?

— Так же, как и ты.

— Что же тебе мешает пойти?

— Я уезжаю завтра по важному делу в имение.

Один из присутствовавших посоветовал:

— Пошли ему телеграмму.

— Ты прав, я так и сделаю.

Рифат-бек сказал:

— Что касается меня, то я пойду на похороны и потом расскажу тебе, что там увижу.

Кемаль-бек хлопнул в ладоши, подозвал слугу, потребовал бумагу, чернила и перо и принялся сочинять телеграмму. Подумав, он сказал:

— Я не знаю, что написать этому глупцу.

— Пиши покороче, друг. Например: «Мы все принадлежим аллаху и к нему же возвращаемся».

— Этого совершенно недостаточно, Рифат-бек. Разве ты хочешь, чтобы он презирал меня и издевался надо мной, изображая меня скупым? Нужно составить телеграмму, которая стоила бы не меньше тридцати курушей…

Затем он обратился к Хусни-беку:

— Ты не можешь продиктовать мне несколько грустных и трогательных слов, чтобы выразить соболезнование этому человеку?

Хусни-бек считался в этой компании поэтом. Он долго, задумавшись, смотрел на Кемаль-бека, затем сказал:

— Ты хочешь в прозе или в стихах?

— Предпочитаю в прозе, легкой и доступной, потому что этот человек, как вам известно, невежда и глупец.

— Итак, пиши.

И Хусни-бек начал диктовать.

— Что это, друг? Ведь у тебя получаются стихи, а я хочу прозой, как тебе известно.

— Это только начало. Необходимо произвести впечатление. Пиши, пиши…

«Я прочел сегодня с величайшей скорбью и болью сообщение о постигшем вас тяжелом горе — смерти вашей дорогой тетки, благородной и благочестивой женщины, опоры вашего дома. Соблаговолите, ваше превосходительство, принять мое горячее, сердечное соболезнование. Пусть наградит вас аллах терпением и продлит ваши годы. Да будет он милостив к дорогой покойнице.

Опечаленный и удрученный Кемаль».

— Браво, Хусни-бек. Однако, я думаю, эта телеграмма будет стоить сорок или пятьдесят курушей.

— Ничего!

Среди присутствовавших был Насыр-бек, который никогда не видел Салям-пашу и ничего раньше не слышал о нем. Ему хотелось узнать больше, чем он узнал сегодня.

— Как выглядит этот невежда? — спросил он Кемаль-бека. — Сколько ему лет? Расскажи о нем.

Кемаль-бек вынул портсигар, предложил друзьям сигареты и заговорил:

— Салям-паша — дородный, высокого роста мужчина. У него смуглое, почти черное лицо с постоянным красным оттенком от неумеренного употребления вина. Синие круги под покрасневшими глазами ясно говорят о его пристрастии. Он уродлив, и следы оспы на лице увеличивают его уродство. Ему лет пятьдесят пять, но он ведет легкомысленный образ жизни. Он скуп тогда, когда благоразумные люди щедры, и расточителен в тех случаях, когда они это находят дурным. Глупец и неуч, он стремится только к внешнему блеску и ложному величию, стремится при помощи всех доступных ему средств — лицемерия, лести, предательства, лжи и денег. Он стал чиновником, пользуясь многочисленными рекомендациями своего благодетеля, после того как потерпел неудачу в школе второй ступени. Он продвигался в должностях благодаря лести и достиг высоких чинов. Недостойными средствами он приобрел и состояние. Он скупал земли, строил дворцы и стал одним из состоятельнейших людей. Наконец его проделки были раскрыты, и его с позором изгнали из правительственных учреждений. Он снова прибег к лести, подверг себя унижениям, лишь бы сохранить за собой место, где деньги обильно текли к нему со всех сторон. Ему ничто не помогло, и он покинул службу помимо своей воли, обладая немалым состоянием и известностью. Люди скоро забыли это скандальное дело, и спустя некоторое время его имя снова всплыло в Каире, окруженное почетом и уважением. И вот он теперь живет в своем дворце, богатый, влиятельный и знатный.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.