Мужское обаяние

Робинс Белл

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Мужское обаяние (Робинс Белл)

Письмо из бутылки

«Милая Дама моей Мечты!

Кто ты? Где ты живешь? Почему я до сих пор не встретил тебя? Если бы я только знал, в каких краях тебя искать, моя милая. Если бы я только знал, как ты выглядишь, какое у тебя лицо… Лицо, которое я сжал бы ладонями и любовался им, если бы только ты действительно оказалась дамой моей мечты.

Существуешь ли ты? Возможно, я слишком плохо представляю, чего хочу. Может быть, я тысячу раз проходил мимо тебя, но не мог узнать. А если увижу тебя, пойму ли, что это ты? Моя последняя связь тянулась долго, и женщина, с которой я жил, как и я, была человеком профессии, призванной помогать людям. Между нами было много общего. Нам хотелось постоянства и стабильности, мы хотели иметь крепкую семью и завести детей.

Но этого оказалось недостаточно. Отсутствовала страсть. Я не имею в виду секс, если ты подумала о нем. Я говорю… о настоящей страсти. Другого слова не найти. Мне хочется, чтобы сердце мое выскакивало из груди, чтобы ладони становились влажными, колени слабели. Даже простая возможность вспомнить о такой любви способна помочь преодолеть все трудности, уготованные жизнью.

Я — мужчина, которому нужно пламя страсти. Всепоглощающее желание. Мне нужна женщина, способная заставить меня испытывать к ней постоянный интерес. Существуешь ли ты, моя милая?»

Письмо было подписано просто: «Твой»:

1

— Твой отец виновен.

В дверях кабинета в безупречной позе застыла Вирджиния Файфилд. На ней был серый шелковый костюм-двойка, хотя любой здравомыслящий человек в такую жару снял бы пиджак.

— И тебе, как и мне, это известно, Маллори, — с вызовом поглядывая на него, продолжила она.

Маллори, отметил Фрэнк. Обычно именно по фамилии Вирджиния обращалась к нему, видимо догадываясь, что это действует ему на нервы [1] . Очень редко она звала его по имени, причем только «Фрэнсис», и никогда — «Фрэнк».

Поднявшись, он посмотрел на свой заваленный папками стол, взгляд его замер на кружке, подаренной коллегами на Рождество. «Фрэнку Маллори — Величайшему Защитнику», — гласила сделанная на ней надпись. Когда ему дарили ее, кружка была до краев полна разноцветными презервативами.

В отличие от Вирджинии у его подчиненных есть чувство юмора. Поняв, что она внимательно рассматривает принадлежащие ему вещи, Фрэнк снова поднял на нее глаза. Ему вдруг стало противно, что приходится думать, какие выводы о нем, глядя на все эти предметы, сделает Вирджиния, хотя за заваленным папками столом он явно выглядел загруженным работой, что соответствовало действительности, а замеченная ею кружка свидетельствовала о добром отношении к нему коллег.

Единственное, о чем сожалел Фрэнк, — это о модели корабля в бутылке. Выглядит слишком личным, подумал он. В детстве он увлекался моделированием и перенес в свой кабинет часть коллекции, хранящейся в доме родителей и в его квартире.

Вирджиния вопросительно выгнула бровь.

— Пиратский корабль?

Он пожал плечами с безразличием, которого в ее присутствии никогда не чувствовал, сам не понимая почему, ибо никогда не страдал от отсутствия общества красивых женщин.

— Этим все сказано, да? — тихо осведомился Фрэнк. — Ведь мой отец мошенник, верно?

— Я не считаю, что пиратский корабль является достойным украшением стола шефа службы безопасности, — спокойно согласилась она.

— А мне кажется, что «Веселый Роджер» в данном случае весьма уместен, мисс Файфилд.

— «Веселый Роджер»?

— Да, пиратский флаг, — пояснил Фрэнк. — Его поднимали на корабле, давая понять противнику, что пощады ждать не следует. Что битва будет вестись насмерть.

— Я приму это к сведению. И спасибо за урок истории.

— Пожалуйста, — любезно ответил он. — Чем не способ запугать противника, заставить сдаться и тем самым избежать кровопролитной схватки?

Вирджиния прекрасно поняла его намек на всплеск эмоций, случающийся при каждой их встрече, которые за последнее время стали происходить чаще, чем того хотелось бы Фрэнку.

— Именно это ты и пытаешься сделать? — Вирджиния с вызовом улыбнулась. — Запугать меня?

Он подавил улыбку. Не знай Фрэнк наверняка, он мог бы объяснить возникающую во время их встреч напряженность тем, что нравится Вирджинии. Она не первая женщина, которую влечет к нему.

— А разве подобное возможно?

— Нет. Поэтому если попытаешься, то это не сработает, Маллори.

И снова Маллори. Он познакомился с Вирджинией Файфилд несколько лет назад, когда она возглавила полицейский участок, на территории которого находился «Мусагет» — аукционная фирма, чью службу безопасности и возглавлял Фрэнк. «Мусагет» не был столь широко известен за пределами Англии, как респектабельные «Сотбиз» или «Кристиз», но все же имел среди коллекционеров старины определенную репутацию, и его годовой оборот был весьма солидным. Однажды Фрэнк и Вирджиния провели совместными усилиями небольшое расследование, спасая эту самую репутацию, и с тех пор поддерживали отношения. Фрэнку, бывшему сотруднику контрразведки и отставному капитану Королевских военно-воздушных сил, импонировал профессионализм Вирджинии, однако после каждой их встречи он задавался вопросом, что заставило такую красивую женщину работать в полиции.

А Вирджиния Файфилд действительно была красива — этого у нее не отнять. Высокий рост, стройная фигура. Струящиеся по плечам густые волосы имеют столь насыщенный темно-каштановый цвет, что кажутся почти черными. Глаза под безупречными дугами темных бровей при разном освещении то голубые, то васильковые. Губы, всегда накрашенные ярко-красной помадой, бросаются в глаза. Наверное, не одному Фрэнку хотелось попробовать эти губы на вкус.

— Ты больше ничего не хочешь сказать? — Вирджиния явно пыталась скрыть свое раздражение.

— А зачем? — сухо спросил Фрэнк и сунул руки в карманы брюк.

Едва узнав о том, что к нему в кабинет направляется Вирджиния Файфилд, он поспешил надеть пиджак и завязать галстук. С утра было не жарко, но к полудню воздух раскалился, и сейчас в пиджаке Фрэнк чувствовал себя так, словно его поджаривают на медленном огне. И вид Вирджинии, на которую жара, похоже, не действовала, отнюдь не добавлял ему сил.

— Что значит зачем? — переспросила Вирджиния.

— А то и значит. Ведь, когда речь заходит о моем отце, ты становишься судьей и палачом в одном лице. Что тут можно обсуждать?

Она приоткрыла свои сочно накрашенные губы, и он успел заметить безупречные белые зубы и кончик розового языка. Разжав изящные, с ярким маникюром пальцы, Вирджиния провела ладонями по бедрам, обтянутым серой шелковой юбкой.

— Факты. Их обсуждение может занять у нас довольно много времени.

Оторвав взгляд от ее ног, Фрэнк произнес:

— Учитывая всех подозреваемых тобой в преступлениях против Короны, мне казалось, ты будешь слишком занята и без того, чтобы тащиться в «Мусагет» поболтать со мной.

— Отсутствие у тебя интереса к проводимому мною расследованию дела твоего отца автоматически включает тебя в число подозреваемых, Маллори. И если ты станешь выгораживать своего отца, то мне придется принять определенные меры, чтобы…

— Я лицо заинтересованное, — перебил он. Фрэнк вчера присутствовал на семейном совете, собравшемся как раз по поводу интересующего Вирджинию дела, но, разумеется, не собирался сообщать ей об этом. Его братья Мэтью и Дуглас, как и Вирджиния, служили в полиции, и не меньше него заинтересованы найти разгадку исчезновения отца.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.