Колыбель времени

Павлищева Наталья Павловна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Колыбель времени (Павлищева Наталья)

От автора

Это фантастика, но действуют в ней реальные исторические персонажи.

Чтобы понять, что было так, а что выдумка, в конце книги есть отдельная глава «Правда и вымысел». В ней бесспорные факты и спорные версии, в том числе о незаконнорожденных детях королевы Елизаветы, а также ссылки, где посмотреть множество старинных портретов и какие материалы по истории почитать.

Приключение с продолжением

Весна была ранней и потрясающе яркой, со звоном капель с сосулек, с солнечными зайчиками на воде и льдинках, с купающимися в холодной воде воробьями…

Обожаю такое время, хочется раскинуть руки и, глядя в синее небо, орать от восторга: «Весна идет! Весне дорогу!»

И в тот день тоже хотелось. Мои руки уже начали движение в стороны, когда мобильник засигналил о полученной эсэмэске. Ясно, у кого-то из наших тоже изнутри попер восторг, но выразился не в воплях, а в сообщении.

Но эсэмэска оказалась вовсе не от наших, вернее, может, и от наших, но чуть придурковатая даже для весеннего дня. Меня просили срочно прийти по какому-то нелепому адресу для переговоров о будущей работе. Даже заморачиваться с определением, какой козел прислал, не стала, ясно, что кто-то из парней дуркует.

Но внутренний голос почему-то подсказал: «Иди!» Я всегда прислушивалась к внутреннему голосу, если на экзамене он советовал взять правый билет, обязательно брала левый и никогда не ошибалась. Однако в тот день то ли солнышко грело слишком рьяно, то ли у меня от весны тоже крышу снесло, но поступила именно так, как подсказывал голос, то есть пошла.

С этого момента начались мои приключения, в которые, расскажи я нормальным людям в трезвом состоянии, никто не поверил бы. Нет, авантюризм — одна из основополагающих черт моего характера, но то, что начало происходить дальше, не лезло ни в какие разумные и неразумные рамки тоже. Барон Мюнхгаузен по сравнению со мной просто болтливый мальчишка, ему и не снились выверты такой судьбы.

Однако начало оказалось весьма прозаическим. Навигатор сообщил, что улочка и дом, куда меня приглашали, совсем рядом, от станции метро метров этак пятьсот. Ладно, прогуляюсь… Дом серый, ничем не примечательный, с кучами грязного снега в окурках и собачьих «подснежниках», никаких вывесок или транспарантов вроде приветствий «Нашей дорогой!», ни тебе красной ковровой дорожки, ни оркестра… Ну и кто так встречает своих будущих работников? Нет, в столь неприметном месте будущему светилу российской и, скажем без ложной скромности, мировой медицины работать явно не стоило.

Я повернулась, ожидая лицезреть своих давящихся от смеха приятелей, — несомненно, это их рук дело, — но увидела, как из неприметной машины вышел такой же неприметный молодой человек и направился в мою сторону. Даже если бы внутренний голос подсказал, что это тот, кто отправил сообщение, я бы поверила, но голос почему-то затаился, словно испугавшись, что и так наговорил много лишнего.

Человек вежливо поздоровался и раскрыл какой-то документ, явно важный, поскольку тот оказался буквально прикован к его запястью цепочкой. Предупреждая любые поползновения завладеть ксивой, он легко выбросил руку вперед, чтобы документ оказался прямо перед моими глазами. Пришлось посмотреть. Собственно, вглядываться не во что. Рядом с фотографией, больше похожей на фоторобот, значилось: «ИИИ» и данные обладателя: «ИВАНОВ ИВАН ИВАНОВИЧ». Интересно, «ИИИ» это инициалы или все же название какой-то организации?

Я попыталась изобразить книксен:

— Тогда я Матрена Обалдуевна.

— Как вам будет угодно, — согласился человек, в то время как его документ ловко исчез в рукаве вместе с полуметровой цепью. — Здесь не очень удобно разговаривать, пройдемте в машину…

У меня невольно вырвалось:

— С вещами?

Иванов Иван Иванович из «ИИИ» согласно кивнул:

— Пожалуй…

Опля! Вот это выверты, его ничем не пробьешь, кажется, дело серьезное. Топая к машине, я прикидывала свои возможные грехи, за которые следовало вот так посреди улицы… с вещами… Столь крамольные не находились, не считать же государственным преступлением мелкие пакости, творимые в веселой компании подшофе, если за такое сажать, то ни камер, ни машин с серьезными дядьками не хватит. Радовало одно: если за эти грешки, то внутри машины должна поджидать вся наша буйная компания, уже легче, с хорошими людьми оно всегда веселее…

Чуть подумав, я решила отрицать все, даже факт собственного рождения. На всякий случай.

Парней в машине не было, зато обнаружился не менее серьезный молодой человек, представившийся:

— Петров Петр Петрович…

— А я Марьванна Опупеева.

Иванов, усаживаясь на переднее сиденье рядом с водителем, усмехнулся:

— Только что была Матреной Обалдуевной.

— Есть разница?

— Никакой. Поехали.

Наручники на меня не надели, черный колпак тоже, ехали мы недолго, правда, плутали какими-то проходными дворами, но это тоже можно понять, по большим улицам пробки неимоверные, словно все горожане разом вывезли свои машины на весеннее солнышко позагорать.

Наконец оказались в небольшом дворике перед таким же небольшим двухэтажным зданьицем. Выйдя из машины, я разочарованно протянула:

— А писали про работу…

— Верно писали. Пойдемте.

— Здесь? — Я почти презрительно кивнула на неказистый флигелек.

— Вас что-то не устраивает?

Я не успела сказать, что все, потому что Иванов приложил ладонь к какой-то пластине возле двери и… нас откровенно сканировали! А потом дверь открылась сама по себе без малейших наших усилий, и за ней никого не оказалось. Автоматика, однако…

Дальше я определенно выпала из реальности, потому что за дверью начинался совершенно другой мир. Большущий холл, на страже молчаливый двухметровый охранник с плечами шире товарного вагона, сканировавший уже взглядом (пришлось быстренько вспоминать, что ела, а главное, пила с утра, прикидывая, что он сможет узреть у меня в желудке), ковровое покрытие, напрочь заглушающее шаги и вообще звуки, качественная отделка стен, мягкий свет…

Окончательно ошалев от контраста внешнего вида флигелька и его содержимого, я топала за Ивановым к… лифту. Какой может быть лифт в крошечном здании? А… ясно, здесь пятнадцать этажей вниз и тайное метро в Кремль, не иначе. Но зеркальный лифт, бесшумно закрыв двери, поехал вверх, причем, согласно его сообщению… на пятый этаж. Пятый этаж в двухэтажном флигельке размером чуть больше трансформаторной будки?! Я согласилась с внутренним голосом, скептически фыркнувшим:

— На крышу.

Мы с голосом ошиблись; крышей то, что обнаружилось за открывшейся дверью лифта, не могло называться даже во сне. Это был огромный коридор с множеством дверей. Осторожный щипок за руку подтвердил, что я не сплю.

Голос Иванова посоветовал:

— Вперед.

— Руки за спину? — не сдавалась я, пропадать так с шуткой.

— Это как больше нравится. — Он пошел по коридору, не оглядываясь.

— Тогда лучше в карманы.

Мне не оставалось ничего, кроме как отправиться следом; что-то подсказывало, что, даже вернувшись в лифт, я просто не смогу выбраться из этого таинственного здания самостоятельно.

Мы несколько раз поворачивали в разные стороны, трижды стояли перед дверьми, которые после сканирования наших персон открывались сами по себе, я уже начала подозревать, что меня просто водят по кругу, когда Иванов остановился перед огромной, но совершенно неотличимой от остальных дверью на одной из стен и снова приложил ладонь к пластине. У меня мелькнули две шальные мысли одна за другой: попробовать и самой приложить руку к чему-нибудь, вдруг откроется дверь сейфа с деньгами? Или сказать, что мне срочно нужно в туалет, чтобы проверить, сканируют ли там.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.