Петтер и поросята-бунтари

Старк Ульф

Серия: Петтер [2]
Жанр: Детская проза  Детские    1981 год   Автор: Старк Ульф   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Петтер и поросята-бунтари (Старк Ульф)

1

Не произносите при мне слов «Апельсиновый освежающий», «Брусничный особый», «Малиновый бальзам», «Зверобой». У меня от них сразу начинаются схватки в животе. Даже Последний-из-Могикан, всеядное животное с лужёным желудком, и тот никогда не решался глотать эту разноцветную пакость.

Изготовление прохладительных напитков — это была, конечно, затея Стаффана. «По патенту д-ра Стаффана Ольссона, Дальбу, Швеция», — написал он красными буквами на этикетках.

— Теперь дело пойдёт, — сказал он. — Налепи только словечки вроде «по патенту» и «доктор» — и публика будет покупать любую подкрашенную приторную водицу. Ей сразу же представляется такой важный лысый господин в белом халате, который обязательно подарит пациенту здоровье, белые зубы, гладкую кожу и чуть ли не вечную молодость.

Это он правильно говорил, что доктора могут всучить человеку любую вонючую гадость. Я по себе знал. Тот доктор, который тыкал мне лампочкой в горло, когда я онемел, дал мне большую склянку с лекарством и сказал: «Три раза в день». Жидкость была коричневая и липкая, а на вкус не лучше, наверное, жареной гадюки. В горле от неё начинался пожар. Ева следила, чтобы принимал эту дрянь, как прописал доктор.

— Ну, давай! — сказала она и в тот вечер. — И прекрати кривляться. Знаешь ведь, что всё равно придётся.

— Это несправедливо, — сказал я. — Горло у меня уже ни капельки не болит. Абсолютно здоровое горло. Вот послушай!

И я принялся визжать, как поросёнок, которого режут. Ева заткнула уши.

— Прекрати! — прикрикнула она на меня. — Ей-богу, иногда я начинаю жалеть, что ты не остался немым. Гораздо бы спокойнее жилось.

Каждый раз повторялась та же история. В конце концов, я кое-как проглатывал эту пакость и корчил при этом такую рожу, что даже Лотта позавидовала бы. Ева отворачивалась, чтобы не видеть, как мне противно. В последнее время она стала привередливой в еде и некоторых вещей совсем не выносила. Это потому, что в животе у неё сидел ребёночек. Ребёночек был, видно, большой привереда, он без конца требовал кислых яблок и заставлял её бегать в туалет, потому что его от всего тошнило.

— Ну как, всё? — спросила она. — Можно смотреть?

— Давай смотри, если не боишься, — сказал я.

Ребёночек у Евы в животе — это была не единственная новость у нас в доме. Много было всяких перемен с тех пор, как я вернулся. Оскар привёл в порядок квартиру, наклеил новые обои, уничтожив все следы нашего со Стаффаном «ремонта», поменял линолеум и покрасил кухонный шкаф. Да он и сам переменился. Он, правда, никогда уже не хохотал, как раньше, но настроение у него было бодрое, и он не сидел без дела.

Иногда к Оскару с Евой приходили их товарищи по работе. Они засиживались со своими разговорами до поздней ночи и всё чего-то там обсуждали. Что надо наконец действовать. Что дальше так продолжаться не может. В общем, про забастовку.

— Ну вот, — сказала Ева, — на сегодня с лечением, слава богу, покончено.

Она закрутила пробку на склянке с лекарством. На этикетке я нарисовал череп с костями и написал: «ОСТОРОЖНО! ТОЛЬКО ДЛЯ ГЛОТАТЕЛЕЙ ОГНЯ». Этот жидкий огонь должен был растопить последние остатки ледяной пробки у меня в горле.

— Я сбегаю на минутку к Стаффану, — сказал я. — Надо подышать свежим воздухом, чтобы выветрился этот вкус.

В первый раз после болезни я вышел из дома. До сих пор я ещё не выходил на улицу. Мне не терпелось поболтать со Стаффаном и рассказать ему, что Оскар пообещал взять нас на рыбалку. Я уж намолчался за свою болезнь. Да и вопросов у меня накопилась уйма. Как там дела с дрессировкой поросёнка? И как с нашими планами насчёт того, чтобы показать его на выставке собак? Успеваем ли мы?

— Ты уже встал? — удивился Стаффан, когда я влез к ному в окошко и устроился между каким-то наполовину разобранным допотопным граммофоном с трубой и продранной качалкой. — Уже здоров, что ли?

— Ничего я не здоров, ещё как болен, — простонал я. — Я, наверно, скоро умру. Вот пришёл попрощаться. У меня малярия, воспаление уха, дифтерит и мигрень.

— Ты что, дурак? — ухмыльнулся Стаффан. — Поздравляло вас с благополучным возвращением в компанию живых! Угостить вас, мой хилый друг, лимонадиком?

Он вышел на кухню и принёс бутылки и стаканы. И я стал рассказывать ему про свой побег и все приключения. В некоторых местах Стаффан прямо помирал со смеху. И я тоже хохотал. Надо же: теперь мне было только смешно, а ведь тогда мне было не до смеха. Теперь это позади, подумал я. Теперь уж я такого больше не испугаюсь. Значит, и я тоже переменился.

— Ну, а как дела у нашего Могиканина? — спросил я, когда кончил рассказывать.

— Отлично, — сказал Стаффан. — Умён, как лошадь, хитёр, как лиса, жирен, как свинья. Одно время он потерял немного форму, но сейчас всё нормально. Надо следить, чтоб не было перегрузок.

— Как по-твоему, к выставке он успеет подготовиться?

— Должен успеть, — сказал Стаффан решительно. — Отступать нельзя. Это и Бродяга говорит. Скоро можно будет выводить его на прогулку по Дальбу без поводка. Вот только надо будет приучить его к собакам, а то ещё перепугается, когда увидит на выставке всех этих надутых породистых уродов.

— Да, но как же это сделать? — спросил я.

— Потом обсудим, — сказал Стаффан. — Что-нибудь придумаем. Тут вот, понимаешь, ещё одно дельце надо провернуть. Деньгу надо собрать, чтоб подать заявку. Двадцать пять монет требуется. И мало ли какие могут быть ещё расходы.

Вот так новость! Откуда ж нам взять такие деньги? Я по опыту знал, как трудно наскрести хоть сколько-нибудь. Неужели всё полетит к чёрту из-за каких-то там несчастных двух десятков крон? Выходит, все наши труды кошке под хвост? Вся надежда была на Стаффана.

— Ну, и как же нам их достать? — спросил он.

Стаффан откинулся с важным видом, будто сидел не на кровати, а в удобнейшем кресле. На месте живота у него вдруг выросло брюшко, щёки обуглились, волосы пригладились, пальцы нетерпеливо барабанили по невидимому письменному столу с невидимыми телефонами и невидимой пепельницей для невидимых сигар, а вокруг него так и чувствовался запах туалетной воды, бумаг и табака. Передо мной сидел не то директор, не то управляющий, не то изобретатель, не то прожжённый бизнесмен — вот-вот выдаст ценное предложение, которое принесёт предприятию самое меньшее двадцать пять крон.

— Значит, так, — сказал он задумчиво. — Можно бы, например, устроить сбор пожертвований с какой-нибудь благородной целью — в пользу незаконнорождённых собак, или на строительство дома отдыха для хрюшек-пенсионерок, или ещё что. Взять пустые консервные банки, ходить с ними по домам и бренчать перед дверьми.

— Ну что ж, — сказал я.

— С другой стороны, — продолжал он, поправив невидимые очки, — я лично против таких приёмчиков. На этот крючок попадаются только добряки, бедняки и склеротики. Есть ещё способ — продавать всякие целебные средства: растёртые в порошок ножки кузнечиков против перхоти и угрей, картофельная юшка от потливости ног и одышки, сушёный подорожник для Укрепления волос и удаления бородавок. Люди хватают такие вещи, как сумасшедшие.

— Ну что ж, — сказал я.

— Хотя вообще-то, — сказал он и заложил большой палец за борт невидимого жилета, — один чёрт. Всё на обмане. Трудно заработать деньги честным путём. Можно бы, конечно, разыскивать под телефонами-автоматами потерянную мелочь. Способ честный, но недостаток его в том, что в нашем Дальбу один-единственный телефон-автомат, и я там уже смотрел.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.