Ставка на проигрыш (с иллюстрациями)

Черненок Михаил Яковлевич

Серия: Стрела [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ставка на проигрыш (с иллюстрациями) (Черненок Михаил)

КУХТЕРИНСКИЕ БРИЛЛИАНТЫ

Глава I

Первым посетителем старшего инспектора уголовного розыска Антона Бирюкова в этот день был Слава Голубев. Войдя в кабинет, он по привычке присел на подоконник и словно с обидой спросил:

— Значит, окончательно решил?

Бирюков чуть удивленно посмотрел на него.

— Что, Славочка?

— Большому кораблю — большое плавание.

Антон понял: о его переводе в областное управление уголовного розыска стало известно сотрудникам райотдела.

— Откуда такие сведения?

— Подполковник приказал принять у тебя дела. — Голубев помолчал, наблюдая, какое произвел впечатление на Антона. — Доволен?

— А ты?

— Мне-то какая радость?

— В старшие инспекторы переходишь. Как говорят, растешь на глазах.

— Лучше расти коллективно. — Слава ладонью пригладил непослушный ежик волос. — Только, понимаешь, сработались, и… Бирюков, видите ли, до зарезу понадобился областному угрозыску! Будто у спортсменов — способных людей мигом в высшую лигу перетягивают. Скажи, не так?

— Не расстраивайся. Как только в начальники выйду, наведу в этом деле порядок, — пошутил Антон. — Что мне, до пенсии здесь сидеть? И так пять лет отслужил. Можно сказать, каждого пьяницу в районе знаю.

Голубев, похоже, хотел что-то возразить, но вместо этого только вздохнул и вдруг ни с того ни с сего переменил тему разговора:

— Давно в Березовке был?

— С месяц назад. А что?..

— Сегодня пятница, следовательно, впереди два выходных дня. Предлагаю на прощание вместе проведать твоих родителей. Говорят, на Потеряевом озере рыбалка мировая.

Бирюков не успел ответить. Послышался короткий стук в дверь. В кабинет тихонько, бочком вошел кривоногий мужичок в измятом костюме и заметно не по размеру больших кирзовых сапогах. Поправив языком вставную челюсть, он неожиданно громко поздоровался:

— Здравия желаю, товарищи офицеры!

— Здравствуйте, Иван Васильевич, — ответил Антон, сразу узнав колхозного конюха Торчкова, прозванного в Березовке Кумбрыком за то, что слово «комбриг», сокращенное от «командир бригады», он произносил как «кумбрык». Торчков смотрел на Антона и безмятежно улыбался. Потом неторопливо снял с взлохмаченной головы старенькую клетчатую кепку, по-утиному переваливаясь с боку на бок, прошествовал от порога к стулу, осторожно сел и, густо дыхнув спиртным перегаром, заговорил:

— Иду мимо милиции, вспомнил, что ты тут работаешь. Думаю, дай зайду к земляку… — Торчков облизнул потрескавшиеся губы. — Беда со мной стряслась. Вчерашним вечером в райцентровский вытрезвитель попался. Только что выпустили оттуда. Пришел у тебя защиты просить…

— Чем же теперь вас защитить?

— Скажи вытрезвительному командованию, чтобы не сообщали в колхоз о моем приключении. Сам знаешь, председатель колхоза Игнат Матвеевич… Кхм… Стало быть, папаша твой за такую забаву по головке не погладит, потому как мужик он в этом отношении очень требовательный… Да и штраф за вытрезвление мне сейчас платить нечем. Пятьсот рублей, какие в кармане имелись, это самое… Уплыли вчера.

— Так много пропили? — спросил Антон.

— Куда там пропил! — Торчков, поморщась, махнул рукой. — Выудил кто-то деньжонки из кармана. Отыщешь — половину тебе за труды.

— За труды нам государство платит. — Антон посмотрел на Торчкова. Зная, что у конюха-выпивохи лишнего рубля за душой никогда не водилось, спросил: — Откуда, Иван Васильевич, у вас столько денег набралось?

— Мотоцикл по лотерее выиграл. А куда он мне?.. Чтоб кататься на нем, документ нужен. А кто мне его даст? Я ж, как известно, кубанцкий кавар… ка-ва-ле-рист. Вот если б добрую лошадь выиграть, тогда б я на деньги не позарился. Лошадей больше собственной женки люблю. Мне еще на военной службе наш кумбрык говорил: «Ты, Ваня, с лошадьми далеко пойдешь, только…»

— Значит, деньгами получили, — перебил Антон. — И сколько?

— Ровно тысячу отвалили.

— А какой мотоцикл выиграли?

— «Урал» с люлькой.

— По-моему, такой «Урал» полторы тысячи стоит, — сказал молчавший до этого Голубев.

— Так с меня комиссионные содрали.

— Какие комиссионные?

— Сказали, пересылка шибко дорого стоит. Сотняги три, не меньше. Да еще какие-то расходы, кто их знает…

Бирюков переглянулся с Голубевым.

— Вы где деньги получали, Иван Васильевич?

— У вас тут, в райцентровской сберкассе, возле базара.

— Номер и серию лотерейного билета не помните?

— Цифры? — Торчков растерянно моргнул. — Так, Антон Игнатьич, если бы моя голова цифры запоминала, разве ж я конюхом в колхозе работал? Я б тогда бухгалтером на производстве устроился.

— Может, помните, когда получали деньги? — сдерживая улыбку, спросил Антон.

— Аккурат в тот день, как бабку Гайдамачиху в больницу привозил по приказанию папаши твоего.

— Когда это было?

— Пожалуй, больше месяца назад… В начале августа.

— И за месяц половину тысячи истратили?

— Так деньги, они ж как вода…

— А не водочка?.. — зная неравнодушие Торчкова к спиртному, улыбнулся Бирюков.

Торчков обиделся:

— Пошто, Игнатьич, непременно водочка? Зубы новые вставил. — Он широко ощерился: — Во… Хоть сегодня женись! — И хлопнул рукой по голенищу сапога. — Еще кирзухи новенькие в сельмаге отхватил да радиоприемник, который на ремне можно носить.

— Это и все покупки?

— А что, мало?.. Если б я сто тысяч, к примеру, получил, тогда б для потехи аэроплан мог купить. А полтысячи по моему широкому размаху в жизни мигом уплыли. Остатки женка сговорила на сберкнижку пристроить. Первый раз в жизни послушался бабу, так оно, видишь, каким фокусом вышло…

Бирюков подумал, что если Торчков не врет, то, видимо, кто-то из работников сберкассы ловко обманул простоватого деревенского выпивоху. Поэтому опять спросил Торчкова:

— Кто выдавал вам деньги в сберкассе?

Торчков как будто растерялся, недоуменно пожав плечами, ответил:

— Деваха какая-то.

— Как она выглядит?

— Нормально. Деваха как деваха.

— Молодая?

— Не молодая и не шибко старая.

— Блондинка, брюнетка?

— Это каким образом по-простому понимать? Крашеная, что ли?

— Ну, светлая… темная?

На лице Торчкова появилась откровенная растерянность. Уставясь взглядом в пол, он виновато заговорил:

— Я, Игнатьич, по масти женщин не запоминаю. Бирюков с Голубевым засмеялись.

— Ну а если мы сейчас сходим в сберкассу, узнать ту женщину, которая выдавала деньги, сможете? — спросил Антон.

— Не-е… — Торчков испуганно закрутил головой. — Чего ее узнавать? Выдала деньги, и точка. Я ведь сразу обмыл это дело. Так, поверишь, два дня не мог вспомнить с похмелья не то что деваху ту, а вообще откуда деньги взялись. Ты, Игнатьич, если хочешь мне помочь, лучше вчерашнюю мою пропажу найди.

Антон внимательно посмотрел на Торчкова.

— Трудно, Иван Васильевич, так вот сразу найти, не зная, где искать. С кем хоть пили-то вчера? Где пили?

Торчков, тяжело вздохнув, задумался. На его похмельном лице мелькнуло выражение неуверенности, как будто он решал: говорить или не говорить? В конце концов желание отыскать деньги, видимо, пересилило, и он стал рассказывать:

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.