Столб словесного огня. Стихотворения и поэмы. Том 1

Гейнцельман Анатолий Соломонович

Серия: Русская Италия [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Столб словесного огня. Стихотворения и поэмы. Том 1 (Гейнцельман Анатолий)

КОСМИЧЕСКИЕ МЕЛОДИИ (Неаполь, 1951)

УЩЕЛЬЕ

В ущельи темном На корабле бездомном, Без путеводных звезд и сил, Среди веков, среди могил, Забытый, бледный, одинокий, Я правил слабою рукой Корабль прекрасный и высокий В болото жизни строевой. Как привиденья, Громады мрачных скал Тянулися ко мне, Как сновиденья, В зловещей тишине Бежал за валом вал, Незримый и плененный, Стенами отраженный. Дыханье трав гнилых Въедалось в паруса, Очей больных Касалась горькая роса... Порой я умирал от смеха И от паденья горьких мук, Когда вокруг рыдало эхо Среди гранитных рук Насупившихся скал, Где бился раздробленный вал. Случалась и борьбы минута, Когда я вынимал свой меч И разрубал с бессильных плеч Гирлянды нависавших спрутов. Бывало, из пещер нимфеи Со страстной песней недр Хватались за бугшприт и реи. Дрожал от ласки древний кедр, Сгибалось дерево познанья, Что я срубил в саду Эдема В пору созданья Святого корабля, Когда слагалася поэма Моей души, моя земля, И ты, незримая царица, Товарищ странствий по морям, Крылатый спутник мой Орлица, И целый мир твоим очам. Но я не слушал песен дерзких, Поросших правдой слов земных, Познаньем мерзким Болот живых. На лире золотой Я брал святой аккорд, Но звук в груди больной Был так нетверд И так убог, Что падший бог Не пробуждался, Не окрылялся, Не обходил Живых могил, Не разрушал Угрюмых скал...

ЛЮТНЯ

Если ты восьмиструнная лютня С мелодичным и чистым сомненьем, Если ты как поэт бесприютна И расстанешься с хмурым раменьем, Если рвешься и веруешь смутно В красоту и экстазы стремленья, Прикажи, мы отправимся в путь: Мне в словах суждено затонуть. Был и я этой лютнею славной, И созвучья великие рвались И в дыханье вселенной недавно, Как гирлянды из пташек, вплетались. Был и я этой силой бесправной, Да в груди моей струны порвались. Дай по струнам твоим пробежать, Дай аккордом тебя оборвать! Не потупишь ты звучные взоры, Не умолкнут святые хоралы, Полетим мы с тобой через горы, Полетим чрез печальные скалы И затеем кровавые споры, И сразимся созвучьем удалым, И докажем, что видимый мир Недостаточно радостный пир. Чрез Царьград и погибшую Трою К голубых островов ожерелью, Над пучиной лазурной мечтою Полетим с небывалою целью: С закаленною в бурях душою Созерцать и отдаться веселью. У Эллады мы ритмы возьмем И в орлиную душу вплетем. На вечерней заре к Парфенону На сверкающих крыльях слетая, Я молитву скажу небосклону, На трепещущих струнах играя, И гармонией вечности трону Этих мраморных призраков стаю. Две струны оборву я, сестра, Целой жизни достойна игра! И всё дальше, всё глубже в туманы, Без надежды, покоя и ласки, На гробницы в погибшие страны, Где могилы – глубокие сказки, Где и ты мне покажешься странной, Где мистерия засветится в глазках, Полетим: там я вырос в лучах, Там хочу умереть на цветах. Там на паперть Maria del Fiore С тайнородною лютней спущуся, С всеобъемлющей волей во взоре Всескорбящею песней зальюся, На безмерном стихийном просторе Лебединой мечтой разражуся. Не напрасно я жизнь отражал: Я в тебе разбудил идеал. Величайшую тайну вселенной Под ликующим небом открою Я у Розы в улыбке нетленной, И собор остросводный построю, И цветами весны неизменной Потолки и приделы покрою, – И, забывшись в молитве святой, Две струны оборву я рукой. В Таормине, в театре старинном, Пред мирьядами звезд искрометных Я забуду в полете орлином О тревогах души перелетной, Я забуду в страданьи вершинном О тоске и слезах безотчетных. Две струны в эту ночку умрут, Две звезды, задрожав, упадут. Разрешивши Трилогией грозной Бесконечную тайну хаоса, Осветивши гармонией сложной Вековое гнездо на утесе, Я ворвуся на крыльях тревожных В голубую улыбку космoса: Этой песней космических сил Я последний аккорд заключил. Я не раз воскресал для познанья В хороводе веков безнадежных, Я не раз угасал в отрицаньи И мелодиях скорбных и нежных. Но теперь я венец мирозданья И творец откровений безбрежных. Я нашел идеал мировой. Он исчезнет в пучине со мной. Улыбнись, мы летим над морями, Мы летим над могилой глубокой. Я пою, ты упейся словами И, сверкая улыбкой жестокой, Наслаждайся раздольем и снами, Наслаждайся певцом одиноким. Для тебя я глаза открывал И бессчетно в природе искал. Не страшись, мы слилися устами, Мы слились с ликованьем природы, Созерцай бесконечность очами В этот час возвращенной свободы, Мы наитий достигли словами, Что достигнут веками народы. Я сорвал два последних луча, Ты погасла, смеясь, как свеча. И раскрылось лазурное море И в пучине два трупа сокрыло, На великом, прохладном просторе Кружевною улыбкой залило, И как прежде в ритмическом споре К берегам непокорным спешило. Так погибнет Хаоса певец, Одинокий, стихийный творец.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.