Преобладающая страсть. том 2

Майкл Джудит

Серия: Преобладающая страсть [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Преобладающая страсть. том 2 (Майкл Джудит)

Том 2

Scan, OCR SpellCheck: Larisa_F

Майкл Дж. М 14 Преобладающая страсть: Роман: в 2-х тт./Пер. с англ. Л. Ручкиной, Л. Ющициной, Т. Марченко. – М.: ОЛМА-ПРЕСС, 1994. Т. 2. – 368 с. (Купидон).

Оригинал: Judith Michael «A Ruling Passion», 1989

ISBN 5-87322-115-4, 5-87322-114-6

Переводчик: Ручкина Л., Ющицина Л., Марченко Т.

Аннотация

В глухом, заснеженном районе на севере США терпит катастрофу личный самолет. Пилоту удается посадить его и спасти жизнь четверым пассажирам, но сам он вскоре умирает от ран. Его предсмертные слова позволяют предположить, что это был не просто несчастный случай, а диверсия. Что же произошло? Как дальше сложится жизнь участников этой трагедии? Чтобы ответить на эти вопросы, автор возвращает нас на 12 лет назад.

Джудит Майкл – литературный псевдоним супругов Джудит Барнард и Майкла Фейна, авторов 5 романов, вышедших общим тиражом свыше 11 млн. экземпляров. Издательство «ОЛМА-ПРЕСС» уже знакомило читателя с двумя из них – «Наследство» и «Обманы».

Джудит Майкл

Преобладающая страсть

Том 2

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ПРОДОЛЖЕНИЕ

ГЛАВА 16

Ник с Чедом перебрались в Вашингтон в июне, как только начались летние каникулы. Грузовой фургон подъехал к их дому в Сент-Луисе рано поутру и простоял до самой ночи, пока не опустели комнаты и дом не начал напоминать Чеду скелет – голый, холодный и совершенно чужой. Затем, пока Елена и Мануэль разъезжали по стране, получив в качестве подарка месячный отпуск, Ник с Чедом улетели в Вашингтон. Одним махом переменив раз и навсегда свою жизнь.

Ник уже наезжал туда дважды, занимаясь вместе с адвокатами своей новой собственностью, ТСЭ. Во время второй поездки он купил четырехэтажный дом в Джорджтауне на N-стрит. Дом был из красного кирпича, с черными ставнями; внутри были просторные квадратные комнаты с каминами, с крутыми узкими лестницами, высокими потолками и резными балясинами. Высокие деревья с пышной листвой образовывали туннель над покатой улочкой и нависали над мощеным кирпичом двором. В нескольких кварталах от дома, на Висконсин и М-стрит, располагались рестораны, магазинчики, художественные галереи и огромный крытый рынок, выстроенный в виде улицы прошлого столетия – газовые фонари, мощеные мостовые, бьющие фонтаны и витые чугунные перила на лестницах.

Джорджтаун напоминал деревеньку, и Чед с Ником вдвоем облазили все его узкие улочки. Они носились на велосипедах по мощеным набережным каналов, обгоняя других велосипедистов и пешеходов, и, глядя на ползущие по воде баржи, представляли будто они попали на картинки из книжек по истории. Они проезжали мимо ресторанчиков и лавок, выстроенных под старину и напоминающих о 18-19-м столетиях, а потом выезжали в жилые кварталы, тесно уставленные домами, построенными прямо вдоль улиц, с крошечными подъездами или крыльцом в несколько ступеней, – дворики здесь были упрятаны за высокими стенами. Все дома были построены по крайней мере в прошлом, а то и в позапрошлом веке, их кирпичные стены потемнели, а окна в частых переплетах отражали неверный свет качающихся старинных фонарей, над тяжелыми резными дверями переливались стекла витражей. Как это было непохоже на то, что окружало их в Сент-Луисе, где новые дома стояли посреди широких открытых лужаек, а яркий солнечный свет заливал их пастельных тонов стены и возвышавшиеся над крышами пальмы.

Чед был совершенно уверен, что возненавидит жизнь в Вашингтоне, но ему было слишком некогда. Его комната в их доме в Джорджтауне занимала чуть ли не весь третий этаж, так что почти целую неделю он вместе с Ником в упоении покупал для нее мебель и расставлял ее так, что комната скоро стала казаться почти родной. Он помогал Нику обставлять и другие комнаты, каждый раз удивляясь высоким потолкам и узким окнам, так непохожим на то, что было в их доме в Сент-Луисе.

На следующей неделе он стал посещать дневной лагерь в Вирджинии и там занимался стрельбой из лука, верховой ездой, плаванием, теннисом, футболом и игрой в поло. Садясь на автобус ранним утром, он едва поспевал к ужину. Ему некогда было ни вспоминать Калифорнию, ни сожалеть об утраченном, у него даже не было лишних пяти минут подумать, почему это мама всего лишь раз собралась провести с ним вечер со времени их приезда, да и о регулярных их встречах речи она больше не заводила.

– Мы займемся распорядком нашей жизни, когда окончательно устроимся, – пообещал Ник в конце их четвертой недели в Вашингтоне.

Они сидели в итальянском ресторанчике в Винченцо, ради которого они совершили довольно длинную прогулку.

– Ты, возможно, не будешь видеть Сибиллу так часто, как тебе хочется, но зато ты сможешь навещать ее один, чтобы я не болтался все время рядом, а это для вас совершенно новая возможность узнать друг друга получше.

– А мне нравится, когда ты болтаешься рядом, – сообщил Чед, приступая к рыбе. – Иногда… я просто не знаю, что сказать. Как будто нам совсем не о чем поговорить. Но ведь она же моя мама.

– Ну, это поправимо, – бездумно ответил Ник. – Это с каждым бывает, не только с тобой. Иногда разговоры только отвлекают от главного. Беда в том, что людям начинает казаться, будто они делают что-то не то, раз им нечего сказать. Но ничего ужасного не происходит, просто нужно немножко отдохнуть и подумать, что же важного можно обсудить с другим человеком. Молоть языком, только чтобы не было молчания, хуже, чем просто молчать. Знаешь, я тебе посоветую: если не знаешь, что сказать, то лучше сиди молча с глубокомысленным видом. Это кого хочешь впечатляет. И твоя мама быстро найдет сама, что сказать. Или ты сам что-нибудь сообразишь. Только не придавай значения этим паузам в разговоре, они вовсе не значат, что вам с мамой нечего сказать друг другу.

– Ладно, – сказал Чед. – Спасибо, – он катал по тарелке белые горошины. – Значит, ты не собираешься гулять с нами?

– Так будет лучше, Чед.

– А ты будешь встречаться с другими людьми, пока я буду вместе с ней?

– Скорее всего. Я ведь, как и ты, начинаю обзаводиться новыми друзьями.

– Ты будешь встречаться со многими людьми?

– В основном с деловыми людьми, ведь это часть моей работы.

– Но среди этих твоих людей так много женщин.

Ник усмехнулся.

– Они очень неплохие бизнесмены.

– Ты и с ними будешь встречаться?

– Иногда.

– Но ты ведь работаешь и по ночам, когда я уже сплю. Так было, когда ты работал в «Омеге». Тогда ты пи с кем не встречался.

– Я и сейчас буду частенько работать по ночам, совсем как в «Омеге». Ведь я начал совсем новое для себя дело, а это потребует много времени и внимания.

– Почему?

– Потому что мне многому нужно еще учиться, я уже нанял двух вице-президентов, и мы будем учиться вместе, да к тому же нам нужны новые программы, новые идеи, совсем новый подход к тому, что мы делаем.

– А разве мама делала что-то не так?

– Я не согласен со многим, что она делала, я же рассказывал тебе.

– Да, но… что, например?

– Например, то, что она все умудрялась представить, как радостное событие. Она назвала это «Телевидением радости» и заполнила эфир тем, что она называла «моментами» – небольшие эпизодики, которые уводили внимание людей от крупных событий и сосредоточивали их внимание на частных интересах. Я думаю, что люди достаточно взрослые, чтобы догадаться, что мир полон грустных или трагичных, или опасных вещей, которых не меньше, чем счастливых, веселых и оптимистичных, и, на мой взгляд, дело телевидения показывать разные стороны жизни как можно точнее, независимо от того, нравится это или нет. Поэтому мне и предстоит внести много изменений.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.