История средневековой философии

Коплстон Фредерик Чарлз

Жанр: Философия  Научно-образовательная    Автор: Коплстон Фредерик Чарлз   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
История средневековой философии ( Коплстон Фредерик Чарлз)

Фредерик Чарлз Коплстон (1907–1994) - известный английский историк философии, член ордена иезуитов, священник. Родился 10 апреля 1907 г. близ Тонтона. В 1929 г. окончил Оксфордский университет. Профессор истории философии в Оксфордском университете (1939–1970), профессор метафизики в Григорианском университете в Риме (1952–1969). С 1974 г. заслуженный профессор истории философии в Лондонском университете.

Предисловие

Эта книга - пересмотренный и дополненный вариант моей "Средневековой философии", которая была опубликована в 1952 г. в рамках выпускаемой издательством "Метьюен" серии книг для домашнего чтения. Разумеется, общий план предыдущей работы остался нетронутым. Однако в данном томе гораздо подробнее говорится о христианской мысли в античности. Кроме того, значительно расширено изложение исламской и иудейской средневековой философии.

Более детально рассматриваются ведущие мыслители, такие, как Аквинат, Скот и Оккам философское обсуждение проблем, поставленных средневековыми мыслителями, по необходимости пришлось свести к минимуму. Однако некоторые общие представления о средневековой философии нашли выражение в первой и последней главах.

Сокращениями PG и PL обозначаются соответственно Patrologia Graeca и Patrologia Latina в Patrologiae cursus completus, изданные под редакцией Ж. П. Миня. В примечаниях и библиографии серия Beitrage sir Gescbicbte der Pmosoptne des Mittelalters кратко упоминается как Beitrage.

Введение

Одно время было широко распространено впечатление, будто изучающий развитие философии только выиграет, если совершит прыжок от Платона и Аристотеля прямо к Фрэнсису Бэкону и Декарту, опуская рассмотрение и послеаристотелевской греческой мысли, и средневековой философии.

Считалось, что философия средних веков зависит от христианской теологии таким образом и настолько, что это исключало всякую подлинную философскую рефлексию. Существовала также тенденция едва ли не отождествлять ее с обесценившимся аристотелизмом, лишенным оригинального и творческого духа самого Аристотеля и сосредоточившимся на тривиальных и утомительных вопросах. Опять-таки получила почти общее признание та мысль, что в средние века не было сколько-нибудь ценных логических разработок. Поэтому если бы кого-то привлекала свободная метафизическая спекуляция или создание впечатляющих мировоззрений, он поступил бы благоразумно, отбросив средневековые спекуляции как подавленные теологией и обратившись к Декарту, Спинозе и Лейбницу. Если бы некто не доверял метафизической спекуляции и хотел найти традицию философской рефлексии, которая имеет прочные опытные основания, ему лучше было бы заняться изучением развития британского эмпиризма. А если бы некто хотел сосредоточить свое внимание на логике, ему полезно было бы перейти от логики Аристотеля (а возможно, логики стоиков) прямо к логическим разработкам нашего времени. Во всех этих областях средневековую мысль можно было бы благополучно обойти как темный и бесплодный эпизод - во всяком случае, в том, что касается философии и логики.

Сегодня мы лучше понимаем преемственность между философиями античности, средних веков, Возрождения и нового времени. Нет необходимости подробно разбирать здесь, во введении, связи между античной и средневековой мыслью, поскольку они будут разъяснены в следующих главах. Достаточно отметить, что в Римской империи христианская мысль какое-то время сосуществовала с нехристианской греческой философией и что такой мыслитель, как св. Августин, который умер в 430 г. и пользовался в средние века огромным влиянием, принадлежал к античности. В следующих главах мы увидим, каким образом греко-римская философия становилась материалом для философской рефлексии в средние века и в разной степени включалась в тогдашние системы мысли.

Если взяться, так сказать, с другого конца, то мы столкнемся с трудностью в установлении четких границ периодов средневековья, Возрождения и нового времени. Если, например, в характеристике Возрождения мы будем подчеркивать как возросшее знание классической литературы, так и все более частое использование в качестве литературного языка народных диалектов, а не латыни, мы должны помнить, что огромное количество сочинений было переведено с греческого (прямо или опосредствованно) на латинский во второй половине XII в. и в первые десятилетия XIII в.

Мы должны также помнить, что одно из величайших произведений итальянской литературы - "Божественная комедия" Данте - было создано в XIII столетии, а в следующем веке Петрарка и Боккаччо писали по-итальянски и Чосер положил начало литературному английскому языку.

Вместе с тем на первоначальном этапе развития так называемой философии нового времени продолжали использовать латынь - пример тому Декарт и Спиноза. Опять-таки, подчеркивая научные достижения Возрождения, мы должны по крайней мере принять к сведению, что иных представителей науки, только-только нарождавшейся в эпоху позднего средневековья, и великих ученых эпохи Возрождения связывала большая духовная общность, нежели некоторых возрожденческих натурфилософов и великих представителей науки того времени.

Что касается переходного этапа между средневековой и новой философиями, то здесь легко обмануться полемическими установками первых философов нового времени. Фрэнсис Бэкон и Декарт яростно выступали против схоластического аристотелизма; однако философы долгие годы продолжали применять категории и принципы, использовавшиеся средневековыми мыслителями. Было бы ошибкой приписывать то, что можно назвать схоластическими элементами в философиях таких мыслителей, как Декарт, Мальбранш и Лейбниц, интересу к классической литературе, проявившемуся в эпоху Возрождения. Первые философские занятия Декарта не выходили за рамки схоластической традиции, восходящей к средним векам. И хотя развитие его ума приняло другое направление, все же влияние ранних штудий оказалось непреходящим. Мальбранш находился под сильным воздействием Августина, тогда как Лейбниц весьма хорошо знал философскую литературу, принадлежащую к средневековой традиции или порожденную ею. Более того, влияние последней очевидно в его сочинениях. Далее, мы можем проследить связь между средневековой философией права и философией права Джона Локка. Да и вообще эмпиризм Локка не так уж чужд всем сторонам средневековой мысли, как иногда полагали.

В XVIII в. философам французского Просвещения нравилось думать, что благодаря им разум наконец вступил в свои права и что термины "средние века" и "темные века" являются синонимами. В XIX в. возросшее понимание исторического процесса и серьезные исторические исследования явно изменили эту точку зрения. За исключением людей, совершенно далеких от исторических исследований, никто уже всерьез не думал, что можно дать последовательное и адекватное изложение развития европейской культуры и общества, просто опустив период средневековья. И общепризнанно - даже те, кто не питает особой симпатии к религиозным верованиям средних веков, не являются тут исключением, - что адекватное изложение развития европейской мысли и философии невозможно, если не принимать во внимание средневековую философию. Однако хотя акцент на преемственности европейской философии не лишен смысла, его необходимо уравновесить признанием прерывности и различий.

Например, те историки, которые подчеркивали в философии Декарта схоластические элементы, идущие от средних веков, безусловно, сослужили полезную службу. Они показали абсурдность предположения о том, будто философия, пережив смерть, которая наступила после закрытия императором Юстинианом философских школ в Афинах в 529 г., внезапно возродилась в лице Декарта во Франции и Фрэнсиса Бэкона в Англии. В то же время, когда Декарт использует какой-то термин, взятый из средневековой философии, это отнюдь не означает, будто он употребляет его в том же смысле, что и средневековые предшественники. На это обращал внимание и сам Декарт. Далее, хотя Спиноза употребляет такие термины, как "субстанция" и "причина", было бы серьезной ошибкой думать, что он имеет в виду точно то же самое, что и св. Фома Аквинский в XIII в.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.