Погода в Монтевидео

Федоров Николай Тимонович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Погода в Монтевидео (Федоров Николай)

Телефон стоял у нас уже четвертый день, но привыкнуть к нему я пока еще никак не мог. Каждый раз, когда он начинал трезвонить, я вздрагивал и как угорелый бежал в прихожую. Сегодня, правда, почти не звонили. Только один раз, когда я пришел из школы, телефон зазвонил и очень вежливый женский голос спросил, в хорошем ли состоянии наш диван и когда можно будет приехать посмотреть. Я сказал, что состояние дивана хорошее, но что посередине торчит пружина и папа хочет его выбросить. «Это не остроумно», — ответил вежливый женский голос.

Я пообедал, вымыл посуду, заклеил велосипедную камеру, починил карманный фонарик и прикрепил на балконе кормушку для птиц. А когда я достал с антресолей коньки и собрался их точить, ко мне пришел Генка.

— Представляешь — забыл твой номер, — сказал он. — Звоню, звоню, а мне все время говорят: двадцать первый слушает. Что, думаю, за двадцать первый такой? Резидент, что ли, у тебя поселился?

— Мог бы и записать мой номер, — сказал я. — А вообще, я же учил тебя, как запомнить. Первые три цифры — как у вас. Потом номер нашей квартиры в квадрате — то есть девять. А последние три вообще просто — семь больше пяти на два.

— Я так и рассуждал, — сказал Генка. — Только почему-то номер квартиры вашей я не в квадрат возводил, а на два умножал. Эх, не догадался в справочное по ноль девять позвонить и узнать ваш номер. Ну, ничего, сейчас мы это и сделаем.

— Зачем же попусту звонить? — удивился я. — Я же тебе только что номер сказал.

— Это неважно. Надо проверить, есть у них там в справочном ваш номер или нет еще.

Генка набрал ноль девять и, назвав наш адрес и фамилию, стал ждать.

— Что?! — закричал он через минуту. — Нет такого? Тогда записывайте…

Но записывать дежурная не захотела, и Генка с сожалением положил трубку.

— Бюрократы, — сказал он. — Может, люди звонят, мучаются, номер твой хотят узнать, а они, видишь, ждут, пока начальство им бумагу пришлет.

Я не очень-то понял, каких людей имел в виду Генка и почему они так стремятся мне позвонить. И тогда я сказал:

— Ну что, может, уроки вместе поделаем, раз уж ты пришел.

— Эх, Серега, — сказал Генка, не обратив на мои слова никакого внимания, — дремучий ты человек. Не знаешь еще всех преимуществ телефонной связи. Ты думаешь, по телефону только и можно время узнать, да спросить у меня, что по математике или там по географии задано.

— Почему же? — возразил я. — Милицию еще можно вызвать, «скорую» или пожарную команду.

— Это все пустяки. Вот слушай и учись, пока я жив. Собрался ты, к примеру, в Южную Америку лететь. А какая там погода, что за климатические условия — неизвестно. Тогда снимаешь трубочку и… — Генка взял трубку, покрутил диск и, дождавшись, когда ему ответят, произнес деловым тоном:

— Скажите, пожалуйста, какая погода стоит в Южной Америке? Что? Точнее? Точнее в Монтевидео. Да, да, в столице Уругвая. Так. Вас понял. А влажность воздуха какая? Не знаете? Жаль. — Генка положил трубку.

— Неужели сказали? — удивился я.

— Конечно. Температура плюс двадцать пять. Сухо. Так что шубу и валенки можешь оставлять дома. А с собой бери плавки и сомбреро.

— Сила! — сказал я.

— Это что, — сказал Генка и, снова набрав номер, передал мне трубку. — Слушай!

Сначала в наушнике что-то пискнуло, потом зазвенели колокольчики, заиграла музыка и голос какого-то очень знакомого актера произнес: «Жили-были дед да баба. Была у них курочка Ряба»…

Ну, что дальше было, всем хорошо известно. Но я прослушал сказку до конца и сказал:

— Здорово! Жаль, что я из детского возраста давно вышел.

— Не беда, — сказал Генка. — Мы кое-что и для взрослых знаем.

Он опять куда-то позвонил, выслушал что-то с напряженным вниманием, а потом сказал:

— Вот слушай. У одной девочки спрашивают: «Скажи, Алиса, твой маленький брат уже ходит?» А она отвечает: «Нет еще, но ножки у него уже есть». Смешно, правда?

— Смешно, — сказал я. — Неужели тебе и анекдот по телефону рассказали?

— Конечно, по телефону. Не сам же я эту чепуху выдумал. Минутка юмора называется.

Потом Генка еще несколько раз звонил и узнал, что раньше наша улица называлась Большой Спасской, что императора Павла Первого задушили в Михайловском замке и что в Неве водится двадцать шесть пород рыб, включая осетра и лосося.

— Теперь понял, что такое телефон! — сказал Генка, с гордостью похлопав ладонью по аппарату.

— Понял, — сказал я. — Только, Генка, зачем ты в конце каждый раз еще и наш номер набираешь?

— Как это, зачем? — Генка посмотрел на меня как на маленького ребенка. — Чтобы на станции знали, откуда звонят. Потом вам счет пришлют.

— Счет?! — я вытаращил глаза.

— Конечно. А ты думал, тебе бесплатно на всякие глупые вопросы отвечать будут.

— Что же ты, паразит, не предупредил. Меня же мама убьет!

— Ладно, не паникуй! Может, совсем и не убьет. Я перед тобой такие горизонты жизни открываю, а ты: счет, счет! Ну, даст тебе мать два раза по шее, на кино два раза не даст — не умрешь ведь!

— Мог бы и предупредить, — упрямо повторил я.

— Ладно, — сказал Генка. — Засиделся я у тебя. Домой мне пора. Я маме утюг обещал починить.

В дверях Генка остановился и, почесав макушку, сказал:

— Слушай, а зачем я тебе позвонить хотел?

— Вот уж не знаю, — сказал я.

Генка потоптался в прихожей, мучительно стараясь вспомнить, потом сказал:

— Нет, забыл! А ведь что-то важное было. Ладно, вспомню — позвоню.

Генка ушел, а я начал точить коньки.

Утром, когда я уже позавтракал и собирался в школу, зазвонил телефон.

— Серега, вспомнил! — услышал я Генкин голос.

— Чего вспомнил? — не понял я.

— Ну, вспомнил, зачем я тебе вчера позвонить хотел. Я когда в булочную ходил, то Валентину Андреевну встретил. Она мне и говорит: передай, говорит, своему другу, что за диктовку у него двойка. Пусть сидит и правописание глаголов учит. Завтра спрошу как следует.

— Спасибо тебе огромное, — сказал я и со злостью швырнул трубку.

Русский язык был первым уроком. К доске меня тоже первым вызвали. Нет, не потому, что в классе я один получил двойку. У Генки тоже двойка была. Просто ошибок у меня больше было.

— Итак, Крылов, правописание глаголов, — сухо, без предисловий сказала Валентина Андреевна. — Начинай с первого спряжения.

Я вздохнул и с тоской посмотрел в окно. Ветер гнал по замерзшей улице мелкий колючий снег.

«А в Монтевидео сейчас сухо. Плюс двадцать пять», — почему-то вспомнилось мне.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.