Paradisus

Гавриленко Василий Дмитриевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Василий Гавриленко

Теплая Птица (Paradisus)

роман

И сама та душа, что, пылая, ждала,

Треволненьям отдаться спеша,-

И враждой и любовью она изошла,

И сгорела она, та душа.

Не стучись же напрасно у плотных дверей,

Тщетным стоном себя не томи:

Ты не встретишь участья у бедных зверей,

Называвшихся прежде людьми.

А. Блок

Вместо предисловия

Надпись на стене одного из КТСМ

«Путь – это просто шаги. Вперед или назад. Если ты шагаешь вперед, тебя ждут

открытия, и вряд ли они будут приятными.

Так почему не идти назад, по знакомому пути?

В любом случае, выбирать тебе. И тебе шагать».

Часть первая

ДВА АНДРЕЯ

1

ПОСЛЕДНИЙ ПОЕЗД

Ветви деревьев тянулись друг к другу, сцеплялись, образуя тоннель, из

которого должен был появиться Поезд.

На Поляне нас собралось шестеро.

Впрочем, «нас» - это сильно сказано. Я прежде не встречал никого из этих

людей, да и уверенности в том, что передо мною люди, не было.

Прислонившись спиной к покрытому мхом дереву, я сидел на толстом слое

прелой листвы и наблюдал.

Крепкий игрок в рваной кофте, определенно, опасен.

Остальные - семечки. При условии, что они не атакуют вместе… А Джунгли

полны одиночек.

Этот ли, тощий и желтый, - мне соперник? Я в одно мгновение вонзил бы в

него заточку… Или тот, что нервно курит самокрутку из кленовых листьев?

Ну, самок в расчет не беру, тем более что одна из них, - старуха, с лицом,

словно печеная картофелина. На что только рассчитывает на Поляне со своими

тонкими, как ветки, руками?

Вторая самка молодая и, должно быть, сильная, с копной ярко-рыжих

волос… Но и ей едва ли что-то светит.

Похоже, верзила в кофте оценил возможности собравшихся на Поляне

примерно так же, как я, то есть своим главным конкурентом он назначил меня.

Ишь, как смотрит! Изучает, сволочь.

-Слышь, долго еще?

Желтый игрок уставился на меня. На Полянах не принято разговаривать,

но этот калека, видать, не в курсе, - ничего, прозреет, когда заточка пронзит ему

глотку…

-Понятия не имею.

Желтый скрипнул зубами. Отвернулся.

Разумеется, я знаю, когда из тоннеля вынырнет голова Поезда, но сказать

во всеуслышание – быть дураком.

Мертвые листья кружатся в воздухе - прощальные письма. Кому-то

придется их читать. Уж, конечно, не мне.

Серый курильщик принялся ловить листья, чтобы снова свернуть себе

косяк.

Солнечный луч медленно начертил «ПОРА» на земле у моих ног, и я

поднялся - пришло время облегчиться, тем самым получив дополнительный

козырь.

Мне доводилось видеть игроков, опорожнявшихся прямо на Поляне у всех

на виду. Это их право, ведь речь идет о Последнем Поезде, и здесь не до

цацканья.

Но я за этим делом всегда ухожу в лес.

Запах прели щекочет ноздри; здесь надо быть начеку - в любой момент из-

за дерева может выскочить тварь.

Вот удобная ложбинка. Я сбежал вниз, скользя по мягкой глине, и, спустив

штаны, присел на корточки.

- А-а-а!

От сильного толчка в спину я растянулся на дне ложбинки.

Кривая заточка вонзилась в землю возле моей головы. Я откатился в

сторону и вскочил на ноги, одной рукой выхватывая из нагрудных ножен заточку, а

другой - натягивая штаны. Не дал посрать, сучий потрох.

Верзила наступал, хрипло дыша, сверля меня красными глазами. Силен,

как бык, но неповоротлив и медлителен.

Я поиграл в воздухе заточкой перед его носом и ухмыльнулся - даже здесь,

в лесу, она блестела. Недаром точил клинок белым камнем и натирал песком.

Моя полуулыбка произвела на верзилу впечатление - он вскипел от ярости.

В таком состоянии этот олух едва ли на многое способен - я уложу его, как

котенка…

Он прыгнул.

Широкое лезвие полоснуло по руке, я вскрикнул и несколько раз - снизу, в

живот и меж ребер, вонзил в верзилу заточку.

Он упал ничком в черные листья и, содрогнувшись, замер.

Я вытер лезвие об его кофту и спрятал в ножны.

Нужно идти на Поляну и ждать Поезд… Но, черт побери, как саднит рука. Я

закатал рукав куртки и ужаснулся: из ровного и глубокого пореза лилась кровь, но

самое скверное - рука немела. Этот мудак отнял у меня козырь! Я пнул

распластанного верзилу и, слегка пошатываясь, стал выбираться из ложбинки.

Из-за широкого ствола вышла рыжая самка. Значит, притащилась с Поляны

посмотреть на схватку и добить того, кто победит.… Ну-ну…

Здоровой рукой я выхватил заточку:

-Иди сюда, цыпа.

Но самка не вынимала оружия.

-Что тебе надо?- крикнул я и оторопел: резким движением рыжая

распахнула куртку, и я увидел ее грудь, скованную толстым свитером.

-Помоги мне сесть на Поезд,- сказала она.

Вот оно что! Ты хочешь жить и пользуешься тем оружием, каким наградило

тебя небо. Что ж, имеешь право, но я не олух.

Рассмеявшись ей в лицо, я пошел на Поляну.

Меня встретили глаза остальных игроков, и я поразился, какой хищный

огонь вспыхнул в них при виде раны. Не спешите, сволочи…

Вернулась и рыжая самка. Ни на кого не глядя, прилегла на листву. Какой,

должно быть, удар – кто-то не стал лапать ее сиськи.

Впрочем, у меня онемела рука, а это значит, что я теперь слабее этой

рыжей. Проклятый верзила!

К вечеру донесся запах гари. Пока рано, надо лежать, экономить силу.

Лишь тонкий пев тепловоза заставил меня подняться и подойти к рельсам.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.