Рука Оберона

Желязны Роджер

Жанр: Фэнтези  Фантастика    1996 год   Автор: Желязны Роджер   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Рука Оберона ( Желязны Роджер)

I

Яркая вспышка озарения по мощи сравнялась с необычным солнцем…

Это был он… На свету мне явилось то, что до сих пор я видел лишь светящимся в полумраке: Образ, великий Образ Янтаря [1] , брошенный на овальный берег под-над странным небом-морем.

…И благодаря странному чувству, что связывало нас, я знал, что он — настоящий. Что означало — Образ в Янтаре был лишь первой его тенью. Что означало…

Это означало, что сам Янтарь вынесен куда-то за пределы Янтарных владений, Ратн-Я и Тир-на Ног’т. [2] То есть это место, к которому мы пришли, по праву первенства и формы было подлинным Янтарем.

Я повернулся к улыбающемуся Ганелону, борода и волосы его плавились в безжалостном свете.

— Как ты узнал? — спросил я его.

— Знаешь, я очень неплохо умею строить догадки, Корвин, — отозвался он, — и я вспомнил все, что когда-либо ты рассказывал мне о силе Янтаря: как его тень и тени ваших борений распределяются по мирам. Размышляя о черной дороге, я часто пытался прикинуть, не может ли что-то отбрасывать сходную же тень на сам Янтарь. И вообразил, что это что-то должно быть крайне фундаментальным, могучим и тайным, — он указал на пейзаж перед нами. — Как это.

— Продолжай, — сказал я.

Выражение лица у него изменилось, и Ганелон пожал плечами.

— Итак, должен был существовать пласт реальности глубже вашего Янтаря, — объяснил он, — там, где и свершилась грязная работа. Ваш зверь-покровитель вывел на вполне подходящий уголок, а клякса на Образе выглядит искомой грязной работой. Ты согласен?

Я кивнул.

— Меня больше ошеломила твоя проницательность, а не само умозаключение, — сказал я.

— Тут ты обошел меня, — признал Рэндом, — но впечатление проняло меня до самого нутра… если выражаться деликатно. Я верю, что там, внизу, лежит основа нашего мира.

— Иногда события лучше видит посторонний, чем тот, кто участвует в них, — предположил Ганелон.

Рэндом глянул на меня и вновь обратился к зрелищу Образа.

— Как полагаешь, не очень мы навредим, — спросил он, — если спустимся и рассмотрим поподробнее?

— Есть только один способ выяснить, — сказал я.

— Тогда — в цепочку, — согласился Рэндом. — Поведу я.

— Ладно.

Рэндом повел своего коня направо, налево, направо, через длинную череду пологих уступов, которые сначала зиг-, а затем — загом провели нас по краю стены. Держась в том же порядке, что и весь день до этого, я следовал за ним, Ганелон ехал последним.

— Вроде как тут достаточно устойчиво, — воззвал Рэндом.

— Пока что, — сказал я.

— Внизу нечто вроде расселины в скалах.

Я наклонился вперед. Справа, на уровне овальной равнины, темнел вход в пещеру. Располагался он так, что был скрыт от любого, кто занимал позицию выше по склону.

— Мы пройдем довольно-таки близко от него, — сказал я.

— …быстро, осторожно и бесшумно, — добавил Рэндом, вытаскивая клинок.

Я вынул из ножен Грейсвандир [3] , а одним поворотом выше и позади меня Ганелон потянул из ножен свое оружие.

Мы не поехали мимо расселины, а еще раз свернули налево, прежде чем приблизиться к ней. Тем не менее мы продолжали двигаться футах в десяти-пятнадцати от входа, и я учуял неприятный запах, который идентифицировать не сумел. Наши жеребцы, должно быть, справились с задачкой лучше или по натуре были пессимистами, потому что они принялись прядать ушами, раздувать ноздри и издавать тревожные звуки, выворачиваясь из уздечек. Но они успокоились, как только мы повернули и снова двинулись прочь. И рецидивов не было, пока мы не добрались до конца спуска и не начали приближаться к поврежденному Образу. Подойти близко лошади отказались.

Рэндом спешился. Он подошел к краю рисунка, остановился и осмотрелся. Спустя некоторое время он, не оглядываясь, заговорил.

— Из того, что мы знаем, — сказал он, — следует, что повреждение было намеренным.

— Похоже, что следует, — сказал я.

— Столь же очевидно, что нас привели сюда не без причины.

— Я бы сказал именно так.

— Тогда не требуется большого воображения, чтобы заключить: цель нашего пребывания здесь — определить, как был поврежден Образ и что можно сделать для починки.

— Возможно. И каков диагноз?

— Пока никакого.

Рэндом двинулся направо по периметру рисунка, туда, где начинался затушеванный участок. Я сунул клинок обратно в ножны и приготовился спешиться. Ганелон вытянул руку и взял меня за плечо.

— Сам справлюсь… — начал я.

Но:

— Корвин, — сказал он, игнорируя мои слова, — там, похоже, что-то есть… ближе к центру Образа. И это не похоже на часть его…

— Где?

Ганелон указал, а я проследил за его жестом.

Ближе к центру располагался посторонний предмет. Палка? Камень? Обрывок бумаги?.. Издалека разобрать было невозможно.

— Вижу, — сказал я.

Мы спешились и направились к Рэндому, который уже сидел на корточках, изучая затертость.

— Ганелон что-то обнаружил по курсу на центр, — сказал я.

Рэндом кивнул.

— Я заметил, — отозвался он. — Просто пытаюсь решить, какой из способов рассмотреть все как следует наилучший. Я не испытываю счастья от мысли прогуляться по поврежденному Образу. С другой стороны, интересно, какие напасти навлеку на себя, если рискну пройти наискосок через почерневший сектор. Как думаешь?

— Пройти через то, что осталось от Образа, потребует времени, — сказал я, — если сопротивление хоть приблизительно равно домашней версии. К тому же нас учили, что сбиться с Образа — смерть… а состояние дел вынудит покинуть его, стоит добраться до кляксы. С другой стороны, как ты говоришь, ступив на черное, можно насторожить врагов. Так что…

— Так что ни один из вас ничего не хочет делать, — прервал Ганелон. — Я пошел.

Не дожидаясь наших криков, он с разбега прыгнул на черный участок, рысью промчался к центру, сделав паузу, достаточно длительную, чтобы подобрать какой-то небольшой предмет, и повернул назад.

Мгновением позже он уже стоял перед нами.

— Рискованно, — сказал Рэндом.

Ганелон кивнул.

— Но вы бы и сейчас продолжали обсуждение проблемы, если бы я не занялся делом. — Он протянул к нам руку. — Ну, и что мы с этим будем делать?

Ганелон держал кинжал. На него был наколот прямоугольник запачканной игральной карты. Я взял его.

— Похоже на Козырь, — сказал Рэндом.

— Да.

Я высвободил карту, разгладил разорванные края. Человек, на которого я смотрел, был полузнаком… в том смысле, конечно, что наполовину он был чужим.

Светлые прямые волосы, чуть заостренные черты лица, легкая улыбка, несколько хрупкое сложение.

Я покачал головой.

— Я его не знаю, — сказал я.

— Дай посмотреть.

Рэндом взял у меня карту, нахмурился над ней.

— Нет, — сказал он чуть погодя. — И я не знаю. Мне кажется, что следовало бы, но… Нет.

В это мгновение лошади снова забеспокоились, и еще сильнее, чем раньше. И достаточно было лишь чуть повернуться, чтобы увидеть причину их беспокойства: в это мгновение это исторглось из пещеры.

— Проклятье, — сказал Рэндом.

Я с ним согласился.

Ганелон прочистил глотку, вытащил клинок.

— Кто-нибудь знает, что это такое? — спросил он тихо.

Первое впечатление от зверя: змееподобие — благодаря движениям и тому, что длинный толстый хвост казался скорее продолжением длинного тонкого тела, чем придатком. Тем не менее зверь передвигался на четырех недобро когтистых лапах с двумя суставами и большими ступнями. Его узкая голова была украшена клювом, и, приближаясь, зверь мотал ею из стороны в сторону, демонстрируя нам сначала один бледно-голубой глаз, а затем — другой. Большие крылья, пурпурные и кожистые, были прижаты к бокам. Зверь не имел ни шерсти, ни перьев, хотя вокруг груди, на плечах, спине и по всей длине хвоста блестела чешуя. От клюва-штыка до извивающегося кончика хвоста зверь казался немногим больше трех метров. Двигаясь, он издавал негромкое звяканье, и я уловил какой-то отблеск у его горла.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.