Миссия капитана Кэфты

Гейман Александр Михайлович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Вхождение капитан Кэфта выполнил неудачно - его заметили еще на подлете и атаковали врасплох. Заметил, по всей вероятности, лично братец Куфта - почуял любящим братским сердцем. А напали, по всей вероятности, чужие. Подозрение об этом предательском союзе у капитана Кэфты возникало уже давно - ну, а теперь оно с блеском подтвердилось.

Все ж таки защитные рефлексы сработали, и атака чужих тоже оказалась не вполне удачной. Капитан Кэфта нырнул в обитаемый мир и укрылся среди нескольких миллиардов мускаров и мискар - так называли себя аборигены. Правда, чтобы затеряться среди них, ему и самому пришлось отключиться, иначе его могло выдасть самоё осознание - иного, разумеется, рода, нежели у местных. Не мускаровское.

Когда капитан Кэфта очнулся, он вылезал из автомобиля, такой местной повозки с двигателем, сжигающим горючее, конечно, простеньким и вполне варварским, ну, это не важно. К этому моменту Кэфта успел прожить тридцать с лишним местных лет, - а до этого, разумеется, родиться в обычной местной семье, зарядиться положенной порцией необходимых программ, то бишь знаний и навыков, и вполне успешно осуществлять роль заурядного обитателя и обывателя здешнего мира. На момент осознания он как раз приехал в чужой город, чтобы заключить выгодную сделку на радость своему боссу и покровителю, что сулило в самом скором будущем карьерный взлет, усиленное внимание смазливых мискар - Кэфта имел подружку, но был пока что холост - дорогой загородный дом с бассейном и регулярный отдых в райских уголках планеты. Не то что чужие или братец Куфта - сам капитан Кэфта нипочем бы не узнал себя в этом типичном преуспевающем зомби зомби - ну, это что-то вроде биоробота, Ги, по одной из местных вер их создавали колдуны, воскрешая трупы, не отвлекайся, все подробности ты сможешь прочитать в отчете.

А вот братцу Куфте так ловко замаскировать себя не удалось - капитан Кэфта наткнулся на него, не сделав и пары шагов от автомобиля. Видимо, эта встреча и разблокировала его истинное осознание, - во всяком случае, так подумалось капитану Кэфте. Брат Куфта шел Кэфте навстречу, и одет он был в форму местного служителя правопорядка, со всякими бляшками на мундире, погончиками, висюльками и тому подобными красотами, что было совершенно в его духе, поскольку братец Куфта всегда обожал все эти побрякушки и рядиться в военную форму было его манией. К капитану Кэфте у него было какое-то замечание, как можно было понять по его лицу, выражающему порицание, и рту, уже открывшемуся, чтобы облечь это порицание в словесный вид. Говоря точнее, он собирался штрафовать капитана Кэфту за остановку в неположенном месте. Вместо этого мнимый служитель закона был сшиблен капитаном Кэфтой с ног, припечатан к асфальту, крепко приложен о него лицом и поставлен перед необходимостью спешно осмысливать неожиданно возникшую ситуацию.

- Ну, что, - торжествующе провозгласил капитан Кэфта, сидя на спине родного брата и заводя ему руки назад, - не ожидал, братишка Куфта?
- и произнося это, он уже понял, что обмишурился самым позорным образом.

Сбитый им с ног полицейский вовсе не был братом Куфтой. Это была подделка, имитация, выполненная как раз для того, чтобы сбивать с толку преследователей - а прежде всего, конечно, родного горячо любимого брата. Но выбора уже не было, и капитан Кэфта был вынужден на время лишить мнимого Куфту ясности сознания, а поднявшись на ноги и оглядевшись, он увидел, что произошедшее не укрылось от глаз собратьев поверженного им блюстителя порядка, которые как раз выходили из какой-то закусочной через дорогу. Они поспешили к месту происшествия, а капитан Кэфта поспешил прочь от него. Но недалеко - его схватили за руку и втянули в открытую дверь в десяти метрах от брошенной машины.

- Эй, приятель, за мной!
- повеление исходило от какой-то мискары, которая тоже видела происшествие и Бог весть почему решила помочь горячему парню, вляпавшемуся в переделку - по крайней мере, так она сама объяснила позже. Мискара, то бишь местная женщина, протащила его через помещения и коридоры в соседний переулок, а потом они еще покружили по улицам, и наконец она предложила ему укрыться в квартире своего приятеля, которого не было дома. Ключ, однако же, был, - Лойма, так звали мискару, ловко вытянула его из секретной щели за почтовым ящиком.

Запустив Кэфту в дом, Лойма велела ему отсиживаться до ее прихода, а сама, как она выразилась, отправилась на разведку и пришла только под вечер - по ее словам, с целью проведать нового знакомца, а во-вторых, скоро должен был подъехать тот самый приятель, и ему надо было все объяснить.

- Дуг - такое имя ей сообщил капитана Кэфта, - вы, наверно, считаете меня за полную дурочку, да? Ну как же, только увидела человека, ничего про него не знаю, а пускаю в чужой дом!
- трещала мискара, раскладывая по полкам холодильника какие-то пакеты с пищей.
- А вдруг он обчистит хату и слиняет, да? Виго меня бы просто убил потом... Я, и верно, иногда такая сумасшедшая, но только я людей сразу вижу. Я их сердцем чувствую, правда, правда! Знаете, какое у меня сердце! Вот потрогайте!
- и с этими словами она прижимала ладонь Кэфты к своей груди, - уже, надо сказать, не слишком-то молодой.

Все это не слишком интересовало капитана Кэфту, поскольку его ум был занят совсем другой задачей. Пока Лойма вела свою разведку - а за ее время она успела сделать завивку и намазать лицо и ногти разными красками, что считалось среди туземных женщин приданием себе большей красоты - Кэфта тоже не терял времени даром и успел вкратце оценить мир пребывания и свои шансы отыскать брата. Прибегнул он при этом, конечно, не только к тем сведениям, которыми разжился в качестве местного уроженца Дуга Шо. Капитан Кэфта задействовал, разумеется, свой арсенал разведчика-дальнобойщика, включая автоматику, приданный штат помощников и свои собственные способности - а с местной точки зрения, сверх-способности. За пару часов оценить все детали он, конечно, не успел, но общая картина составилась жуткая и неправдоподобно мерзкая. Главным свершением брата, как успел понять капитан Кэфта, было расслоение живого вещества этого мира на так называемые противоположные полы, а именно - на мужской и женский. Точнее, само-то вещество, конечно, оставалось вне такого разделения, но вот живые существа сплошь и рядом были располовинены, а то есть воплощали только мужское или только женское качество, а если еще точнее, мужчин этого мира брат Куфта произвел, слегка преобразовав исходное женское существо. Строго говоря, истинных, первородных мужчин в этом мире не было вообще - его мужчины были превращенными женщинами, а сделал их братец Куфта, разумеется, таким образом, чтобы они повторяли его собственную бесценную личность. Что служило сразу нескольким целям - а прежде всего, создавало завесу, прятало братца Куфту - найди-ка его среди всех этих миллиардов лже-Куфт. Ну и, конечно, таким образом брат Куфта мог увековечить и раскрыть сам себя во всей полноте своих бесценных качеств и свойств: один Куфта-копия воплощал его идеал силы, другой - полет мысли, третий - верх красоты и артистичности, ну, и так далее, - в общем, это было этакой галереей зеркал, в которые брат Куфта мог любоваться сам на себя, что ему нравилось больше всего на свете.

Но главное, пожалуй, состояло в том, что созданная таким образом делянка оказалась великолепным игралищем - великолепным, разумеется, с точки зрения самого Куфты, - ну, а делянкой все это было для чужих, союзников Куфты в этом препакостном предприятии - оно являлось для них источником существования, пищекомбинатом. Поедали чужие, разумеется, не обитателей этого мира, для избранной ими формы паразитирования это было бы попросту обременительно, - нет, питались они чужой жизнью в плане ее проживания сознанием - всем тем, что протекало через разум и сердце туземцев. Местные жители, таким образом, являлись для чужих чем-то вроде верховой скотинки, на которой они беззаботно резвились на пастбище сего наилучшего из миров. Или, прибегая к другому сравнению, туземцы были своего рода батискафами, погруженными в пучину и даже отданными на волю ее течений - однако все, происходящее с ними в этой пучине, доносились наверх и доставалось чужим.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.