Волшебно-сказочные корни научной фантастики

Неелов Евгений Михайлович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Волшебно-сказочные корни научной фантастики (Неелов Евгений)

Памяти моей сестры

Татьяны Михайловны Неёловой

Предисловие

В последние десятилетия в связи с новыми успехами советской фольклористики возрос интерес к традиционной проблеме фольклорно-литературных взаимосвязей. Увеличивающееся число публикаций, обострение споров, проведение специальных дискуссий, — все это свидетельствует о том, что проблема «фольклор и литература» сегодня привлекает пристальное внимание и фольклористов, и литературоведов.

В работах, обобщающих новые искания в области фольклорно-литературных взаимосвязей, [1] не случайно подчеркивается особая важность фольклорной сказки в становлении и развитии литературы, в «формировании повествовательных письменных жанров», [2] обусловленная в конечном счете ее ролью в рамках самого фольклора. Эту роль в полном объеме впервые показал А. С. Пушкин, который, по словам М. К. Азадовского, видел в сказках «как бы синтез всех элементов фольклора». [3]

В современной науке проблема «сказка и литература» активно изучается в нескольких направлениях. Во-первых, роль фольклорной сказки уже достаточно подробно рассмотрена именно в становлении, генезисе литературы. Например, Е. М. Мелетинский отмечает «исключительное значение сказки и сказочности (включая сюда и мифологический фон) для формирования романа». [4] Это значение столь велико, что «сказка есть, собственно говоря, фольклорный эквивалент средневекового романа». [5]

Во-вторых, исследователи обращают внимание на роль фольклорной сказки в становлении творческого метода писателей-реалистов и обусловленные этим методом проявления сказочности в тех или иных их произведениях. [6]

Наконец, в-третьих, сказку иногда рассматривают как своеобразную праформу многих явлений не только древней, но и новой и новейшей культуры, считая, что «вечная форма сказки касается вечно человеческого». [7] Такой подход, в отличие от двух первых, строго говоря, лежит уже за пределами интересов собственно фольклористики и литературоведения, ибо при этом сказка истолковывается в расширительном смысле: не как исторически обусловленный жанр фольклора, а как некий вечный универсальный символ. Поэтому, скажем, когда исследователь утверждает, что «в своей поэтике создатели эпопеи находились во всех временах, пользовались всеми фольклорными жанрами, но смотрели на жизнь сквозь этику и эстетику сказки», [8] он, вероятно, прав, если сказку понимать в «вечном» смысле, но, безусловно, неправ, если рассматривать ее с позиций фольклористики.

Из работ, рассматривающих сказку как исторически обусловленный конкретный фольклорный жанр, становится ясно, что литературная судьба народной сказки связана с ее своеобразным растворением в различных литературных формах. Литература постепенно освобождается от первоначальной фольклорной жесткости, строгой жанровой обусловленности и подчиняет каноны фольклорной сказки творческому воображению писателя. Правда, фольклорный жанр берет реванш, порождая литературную сказку, но в целом литература, тесно связанная с фольклором еще в средние века, в дальнейшем постепенно уходит и отходит от чистых сказочных форм, что наблюдается и в самом жанре литературной сказки, в которой постепенно накапливаются качества и свойства, принципиально отличающие ее от сказки фольклорной. [9]

Однако этот процесс исследован еще недостаточно. Поэтому возникает вопрос: имеет ли он универсальный характер?

Иногда на него отвечают утвердительно. Так, У. Б. Далгат в монографии «Литература и фольклор» пишет: «Напомним, что воздействие устного народного творчества в литературно неорганизованной системе ограничивалось со стороны устойчивой приверженности к традиционным сюжетам, схематизма в их интерпретации, предрешенности развития конфликтов, полярности в расстановке героев, стабильности их характеристик, описательности образов, однозначности их поведения в ущерб изображению внутренней жизни — т. е. того традиционно-устойчивого “алгоритма”, который преодолевается только зрелой литературой». [10]

Думается, что традиционно-устойчивый фольклорный «алгоритм» еще и сегодня сохраняет свой эстетический потенциал. Многие особенности фольклорной сказки, от которых «уходит» зрелая литература, тем не менее остаются необходимыми и эстетически современными в некоторых ее жанрах. К числу этих жанров и относится научная фантастика. Она давно уже доказала свою причастность к миру «зрелой литературы», пользуясь при этом поистине массовой популярностью. А. Ф. Бритиков в статье, подводящей некоторые итоги, изучения научно-фантастической литературы, справедливо подчеркивает: «Современные категории реализма вводят своеобразие научной фантастики в русло основополагающих понятий литературной науки. Развертывание исследований научной фантастики в этом русле — результат не только ее художественного роста и читательского успеха. Потребность в изучении этой литературы вытекает из самых многообразных научных и общественных интересов второй половины XX века». [11]

На первый взгляд, фольклорная волшебная сказка и литературная научная фантастика в своем непосредственном содержании безмерно далеки друг от друга. Первая порождена седой древностью, вторая — детище эпохи научно-технического прогресса. Но именно дистанция, разделяющая эти два — фольклорный и литературный — жанры, делает особо значимым их сопоставление. Б. Н. Путилов отмечает: «Выбор материала для сравнения определяется не видимым или предполагаемым взаимным сходством, а наличием внутренней соотнесенности в сопоставляемых элементах или системах ... Вот почему для фольклориста полны особенного интереса такие явления, где сходство (сюжетное или какое-либо другое) предстает как бы сдвинутым: ведь именно в таких сдвигах, несовпадениях, расхождениях непосредственно отражается самый художественный процесс в его типологической общности и в его живом, идущем на различных исторических уровнях течении». [12]

Изучение фольклорных, волшебно-сказочных корней научной фантастики помогает понять многие особенности этого жанра и ответить на ряд вопросов, связанных с литературной судьбой народной сказки.

В предлагаемой вниманию читателя монографии речь пойдет, таким образом, не о фольклоризме того или иного писателя-фантаста, а о волшебно-сказочных принципах поэтики самой научной фантастики. Обнаружить эти принципы — значит обнаружить за современным научно-фантастическим фасадом действия древнее и вечно юное лицо народной сказки. Обсуждению меры и степени самой возможности сопоставления волшебной сказки и научной фантастики, а также выявлению наиболее общих точек их соприкосновения посвящена первая часть работы. Во второй части рассматриваются конкретные волшебно-сказочные элементы в изображении человека и мира в научно-фантастической литературе. Третья, заключительная часть работы посвящена проверке и детализации результатов сравнительно-типологического исследования, предпринятого в предыдущих частях монографии. Конкретный анализ художественных текстов поможет также представить взаимодействие фольклорного и литературного жанров как процесс, обусловленный не только творческим замыслом того или иного писателя, но прежде всего объективной логикой самого жанра научной фантастики, носящего отчетливо выраженный фольклорный, волшебно-сказочный характер.

Часть I. Теоретико-методологические аспекты проблемы волшебно-сказочных корней научной фантастики

Глава I. Миф и научная фантастика

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.