Сокровище ассасинов

Гаврюченков Юрий Федорович

Серия: Черный следопыт [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Сокровище ассасинов (Гаврюченков Юрий)

Часть 1 Пожиратели гашиша

1

Когда находишь сокровище, мысли бывают самые неподобающие моменту.

«Археология — скотское дело, — думал я, глядя на согбенные тела в раскопе. — Всякий тяжёлый труд оскотинивает, а землекопство — одна из самых тяжких работ. Тягостный же труд без перспективы и отдачи оскотинивает втройне. Поэтому археологи в неудачный сезон — это те ещё скоты.»

Благодаря удивительному стечению обстоятельств, я занимался археологией как истинно белый джентльмен, впервые предоставив каторжный труд низшему сословью.

— Навалились, навалились, мужики!

— Э-ах…

— Пошла-пошла!

— Давай, налегай!

Мужики навалились, налегли на ломы. Плита сдвинулась с налёжанного за многие века места и поползла, открывая проход в могильник. Я наблюдал за работой, устроившись на брезентовом раскладном стуле и подправляя фонарь так, чтобы свет падал в раскоп, а не на спины трудящихся. Мужики копошились в яме, отбрасывая длинные двойные тени. Вторым фонарём заведовал охранник Женя, прилежно светя прямо в разевающуюся пасть древней могилы. Другой охранник, Валера прогуливался на неподалёку, держа наготове автомат. Землекопы, которых мы набрали по дороге сюда, потрудились, в общем-то, неплохо, подгоняемые зуботычинами Жени и Валеры. Их число сокращалось день ото дня. Ещё вчера рабочих было восемь, но один умер от солнечного удара. Солнце ударило его ночью при попытке к бегству. Хорошо, что Валера спал вполглаза и сумел взять точный прицел… Так что мужики работали за страх, довольствуясь трёхразовой кормёжкой и чифиром, без которого на этой жаре немудрено было отбросить копыта.

Мы проводили самостоятельные археологические раскопки в районе Газли и восхищались тонким интуитивным нюхом Петровича, безошибочно наметившего на старом кладбище именно эту богатую могилу, огороженную жалкими остатками заборчика-мазара. Неподалёку находилось занесённое песком городище XIII века. Когда-то здесь жили люди…

С Петровичем, вернее, с Афанасьевым Василием Петровичем, я познакомился на зоне в Металлострое. Туда я угорел за надругательство над могилой. Больше ничего мне пришить не смогли, несмотря крайне пристрастное отношение к моей особе следователя УБЭП [1] Ласточкина. Да и эту статью смогли доказать лишь из-за моего подельника Лёши Есикова, который сам глупо попался, да ещё и меня сдал, поспешив воспользоваться великодушно предложенным операми шансом накропать явку с повинной. Лёша им был не нужен, охотились-то за мной. Поэтому подельничек отделался годом условно, а я получил три — больше по 244-й статье не дают. Суд отнёсся ко мне без снисхождения. Все три года провёл за забором. Совесть не позволяла прогибаться перед ментами за УДО [2]. В Металлке я и познакомился с Афанасьевым. На воле бы мы вряд ли сошлись — круг общения не тот. Василий Петрович занимался чёрной археологией с серьёзными людьми, на уровне Академии наук, я был ему не чета и свести нас могла только зона. Статья у меня была экзотическая, и Петрович сразу всё понял. Действительно, зачем человеку с высшим образованием осквернять могилу, если только он не фашист, забредший на еврейское кладбище, или полный извращенец? Но на фашиста я похож не был, на извращенца — тем более. Мы быстро нашли общий язык. С Афанасьевым меня роднили универ, исторический факультет которого мы оба заканчивали, правда, с разницей в двадцать лет, профессия и схожие взгляды на мир. Петровича тоже запер УБЭП, подведя под 164-ю статью о хищении предметов, имеющих особую историческую ценность. Мы были в одном отряде и жили в одной секции. Он тянул шестерик с 1997 года, так что и освобождаться пришлось почти одновременно. Афанасьев вышел на пару месяцев раньше.

Зона связывает крепко, порой на всю жизнь. Освобождаясь, Петрович оставил мне телефон. По нему я и позвонил, став вольным человеком. Трубку сняла жена Афанасьева. Моему звонку она не удивилась и пригласила супруга. За те два месяца, что я досиживал в казённом доме, Петрович успел посетить древний город Москву и, не поладив с местными копателями, готовился к экспедиции в Узбекистан. Он и втянул меня в эту авантюру.

В путь-дорогу собрались очень быстро. Я только и успел купить себе квартиру (уж спрятать от ментов деньги и ценности любой кладоискатель сумеет!), как рог протрубил. С нами поехали двое быковатых громил, оказавшихся в общении полными дебилами, — Женя и Валера, которых Петрович знал ещё с Крестов, и мы двинулись в солнечные края.

Поначалу я сомневался, что в мусульманской стране нам позволять раскапывать старое кладбище. В Азии отношение к предкам, неважно к чьим, я слышал, весьма трепетное. Однако авантюризм прожжённого гробокопателя Афанасьева на порядок превосходил мой скромный мародёрский опыт. Петрович давно всё продумал и теперь мы действовали по разработанному ещё на зоне плану, не отклоняясь от него ни на йоту.

В Бухаре, не отходя далеко от вокзала, набрали землекопов. Черни из числа туземцев и полукровок, одичавших от нищеты и безработицы, там обитало огромное количество. Быстро сколотили бригаду из десяти человек «дом строить большому начальнику». Здесь мне было чему удивиться и поучиться. Обычно я вставал на лопату сам. Чужой рабочей силой довелось распоряжаться впервые, тем более, столь жестоко и категорично. Но это Азия, здесь к человеческой жизни относятся грубее и проще, чем к этому привыкли в Европе или даже в нашей, расхлябанной, но цивилизованной России.

В городе приготовления прошли мирно. Закупили на всю братию продуктов и наняли КамАЗ. Афанасьев готовился к экспедиции серьёзно: в багаже, кроме палаток и походной мебели, отыскалась пара АКМС — для охраны. Охранять требовалось рабочих, чтобы не разбежались, а также нас самих, если наедет местная братва. Оружие пришлось испытать вскоре по прибытии на место. Узнав, что вкалывать придётся долго, тяжело и бесплатно, мужики заартачились, а один и вовсе решил проявить характер, тут не помогли ни кулаки, ни приклады. Кормить лентяя мы не стали, отпускать тоже. Пришлось Валере его расстрелять в назидание всем остальным. Дал очередь, мужик упал. Петрович цинично приказал считать это смертью от солнечного удара. Меня, ещё не акклиматизировавшегося и вялого от жары, сцена казни оставила безучастным. «Помер Максим, и чёрт с ним.» Однако рабочие напугались до безумия. Тою же ночью один сдуру попытался бежать, но Валера спал чутко, и таким образом бригада сократилась до восьми человек. Трупы зарыли в песок рядом с лагерем. На следующий вечер, после захода солнца мы приступили к раскопкам. Архивные изыскания Петровича, основанные на энциклопедическом знании предмета и великолепном научном чутье, дали результат.

Когда-то давным-давно правила в этих краях могущественная династия саманидов. С 875-го по 999 год, если быть точным. За тысячу лет произошло многое, и захоронения шейхов, о которых узнал Петрович, могли быть разграблены задолго до нас, но всё же надежда оставалась. Мы работали по ночам, когда воздух и песок остывали. Каждый делал своё дело: Афанасьев руководил, я помогал, так сказать, в тактическом плане — на самом раскопе, а Валера с Женей стерегли бомжей, буквально, не смыкая глаз и отдыхая по очереди. По их поводу меня постоянно терзало сомнение, будут ли они столь добросовестными, когда увидят золото? С Афанасьевым этот вопрос мы не обсуждали, но я видел, что он и сам побаивается быков. На всякий случай я держал при себе ТТ, а Петрович не расставался с испанской «Астрой». Кто знает, что у этих отморозков на уме? Они ведь полные психопаты, нервные и опасные, как старый порох! И короткий, в две пули, «солнечный удар», скосивший на вчерашней днёвке ещё одного беглеца, наглядно это доказывал. Зря он решил удрать, не увидев самого интересного, потому что сегодня ночью мы раскопали могильник.

— И ещё раз!

— Навались…

— Осторожно, — я спрыгнул на дно траншеи. Плиту отодвинули настолько, что в могилу мог пролезть человек. На месте удалённой плиты зиял чёрный провал, он казался бездонным. — Жека, подай фонарь!

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.