Золотая рыбка 2

Фэйбл Вэвиан

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Золотая рыбка 2 (Фэйбл Вэвиан)

Вэвиан Фэйбл

Золотая рыбка-2

Такую красавицу не часто увидишь. Я ловлю себя на том, что не в силах отвести глаз от ее лица, но девушке на это наплевать. По словам врача, она не в себе. Пять суток прошло с момента роковой встречи с маньяком, а девушка по-прежнему сидит в постели, обложенная подушками, и не мигая смотрит перед собой.

Лацо придвигает стул к изножью кровати и тоже самозабвенно любуется прекрасным лицом. Видать, Ковбоя всерьез зацепило — оказывается, он даже вздыхать умеет. Правда, вздох тут же маскирует покашливанием, но меня не проведешь.

Густые темно-каштановые волосы обрамляют округлое девичье лицо. Дерзкий изгиб тонких бровей, темные, чуть раскосые кошачьи глаза, маленький изящный носик, пухлый, красивой формы рот, ямочки на щеках… И эта сказочная красавица тупо смотрит в пустоту.

Пресытясь необычным зрелищем, я оставляю девушку на попечение Лацо и отправляюсь на поиски лечащего врача. Мужчина приятной наружности и лет тридцати с небольшим встречает меня предупредительно, голос его звучит профессионально успокаивающе.

— Через несколько дней наступит улучшение, — заверяет он. — Пострадавшая придет в себя. Она пережила чудовищный шок, такого врагу не пожелаешь…

— Заявление делает честь вашей гуманности. Вы хотите сказать, что, придя в себя, она вспомнит обидчика?

— Не обязательно. Бывали аналогичные случаи, когда у пострадавших начисто стиралось в памяти обстоятельство, вызвавшее шок, и они отказывались верить, когда им рассказывали, что произошло.

— Вечно мне не везет со свидетелями, — вздыхаю я.

Доктор рассеянно кладет руку мне на плечо и забывает ее там.

— Тут трудно проследить закономерность. Не исключено, что наша подопечная вспомнит все до мельчайших подробностей. Как знать…

— Вы меня успокоили. Надеюсь, воспоминания свои она начнет с имени и адреса убийцы.

— Отчего вы так раздражены? — Рука его по-прежнему покоится на моем плече.

— Психические состояния — по вашей части. Вы же врач, а не я.

Пока я отсутствовала, Лацо вместе со стулом перебрался к девушке поближе. Он держит ее за руку и безнадежно взывает:

— Илеана, вы слышите меня? Отзовитесь, прошу вас. Я хочу вам помочь.

Илеана не отзывается. Уставясь в одну точку, она пятые сутки не сводит с нее глаз. А мерзавец, который содеял это, разгуливает на свободе.

Тяжко вздохнув, Лацо бережно опускает руку девушки на одеяло. Ладонь его покоится на пальцах Илеаны. Я растроганно наблюдаю за этой нежной сценой, перевожу взгляд на руку девушки, и в голове вдруг раздается какой-то щелчок.

На мизинце правой руки Илеаны, у кромки ногтя, что-то поблескивает. Подхожу ближе, внимательно приглядываюсь. Лак с ногтей смыт, но недостаточно тщательно.

— Попрошу покинуть палату, — певучим голосом говорит вошедшая сестра. — Пациентка нуждается в отдыхе.

— Скажите, — спрашиваю я, — у вас всегда принято смывать больным лак с ногтей?

— Видите ли, — словно оправдываясь, поясняет сестра, — цвет ногтей о многом может сказать врачу, а лак только мешает. При том состоянии, в каком была доставлена к нам пострадавшая, эта мера являлась необходимой…

— Где ее вещи?

Сестра указывает на шкаф в углу. Я достаю сумочку девушки, роюсь в ее содержимом и скоро натыкаюсь на искомый предмет. Флакончик лака для ногтей — бледно-розового в золотистую крапинку. Скромный, неброский оттенок.

— Что там такое? — интересуется Лацо.

— Лак, — говорю я со значением, словно сообщаю имя убийцы.

Погрузившись в размышления, Лацо утвердительно кивает.

— А ведь правда! Все жертвы пользовались этим лаком. Как же я прохлопал?!

— Кто же обращает внимание на такой неприметный оттенок, тем более что сейчас в моде черный.

— Как видишь, кое-кто обращает… — парирует Ковбой и бросает на Илеану прощальный взгляд, от которого у меня заходится сердце. — До чего хороша девушка, верно? — рассуждает он вслух по пути к выходу. — Правда, боюсь, она из той породы людей, что повергают в трепет, пока не раскрывают рта… А стоит им заговорить, и волшебство рассеивается.

— Желаю тебе, чтобы она оказалась гением. Посмотрим, что ты тогда запоешь, закоренелый женоненавистник!

— Посмотрим, — буркает Лацо, и вопрос сходит с повестки дня.

На нас сваливается уйма мелкой рутинной работы, неизбежной при подобном расследовании. Снова и снова мы ворошим имеющуюся информацию, вникаем в заключения экспертов, просиживаем задницы до мозолей, корпя над картой с помеченными местами преступлений и пытаясь установить хоть какую-то систему в действиях убийцы.

— Придется завтра объехать эти места, — подводит итог Лацо. — Распределим между собой участки, порасспрашиваем владельцев бензоколонок и торговых ларьков. Идет?

— Что значит «распределим между собой»? Выходит, я должна раскатывать в одиночку? Ладно, будь по-твоему. Сейчас красить ногти или обождать до утра?

— Так уж прямо на тебя он и кинется, — смеется Лацо. — Да еще средь бела дня. Не подбирай автостопщиков — ничего и не случится.

— Ах, до чего легко и просто!

— Ну и будем молить Бога, чтобы Илеана поскорей пришла в себя и заговорила. Хотя я сомневаюсь, что нам удастся изловить этого бандита.

— Знаешь, что я подумала… А что, если дать объявление в газетах: пусть, мол, обратятся в полицию водители, которым доводилось подбирать в тех краях пассажиров. И вообще те, кто постоянно ездит по этому шоссе и заметил что-то подозрительное…

Лацо обдумывает мое предложение.

— Пожалуй, рановато. Подождем, пока Илеана сможет давать показания. Вдруг да появится какая-нибудь зацепка…

Ну что ж, подождем так подождем. У меня от голода живот подвело, спала я всего ничего — до споров ли тут! Скорей бы добраться домой… Я прослушиваю автоответчик — ничего интересного. Последним звонил Мартин: «Дай знать, когда можно заскочить — сменить бельишко».

Я набираю номер Конрада.

— Передай этому вульгарному типу — моему братцу, — что чистые трусы я для него приготовила.

— Увы, не могу, — отвечает Конрад. — Он уехал на съемки.

— Спасибо.

— Погоди минутку, — негромко говорит Конрад. — Я должен тебе кое-что сказать.

— Валяй! Лишь бы телефон выдержал.

— Вчера ночью, когда Мартин ко мне заявился, мы на пару вернулись к вашему дому. Любопытно было узнать, с чего это тебе вздумалось выпроводить его на ночь глядя.

— И как, удовлетворили свое любопытство?

— Ага. На рассвете подкатила тачка с тремя амбалами. Все трое рванули к вам наверх, а потом сразу же скатились обратно и умотали.

— Хороший признак. Вот если бы не умотали, а остались поджидать, было бы ясно, что намерения у них дурные.

— Да ты не беспокойся! — Тон Конрада скромным никак не назовешь. — Ребята присматривают за тобой.

— Что за дурачество!..

— Есть еще кое-какие новости, но об этом не по телефону.

— Сгораю от любопытства!

— Всему свое время. Пока!

Полученная от Конрада информация вынуждает меня заглянуть в платяной шкаф и ящик для постельного белья. Ничем не нарушенный порядок несколько успокаивает, позволяя вернуться к неотложным делам и заботам. Из ума нейдет «лаковый» маньяк. Страшным видением маячит Хмурый, которого, если не ошибаюсь, сегодня опять изобьют до полусмерти. Хочешь не хочешь, пора опять превращаться в домохозяйку. Первым делом я отбираю подходящие емкости и забиваю ими морозилку: надо запастись льдом к тому часу, как измордованного Даниэля доставят домой. Затем ломаю голову над очередной задачей — что бы этакое изобрести на ужин. Мелькает мысль о картофельном пюре, но на поверку оказывается, что стряпня Мартина стоит почти нетронутая.

Я достаю из холодильника кусок мяса. Что тут у нас еще есть? Ага, лук, сметана, горчица, соль, перец… Начинаю колдовать. Моя новехонькая, сверкающая кофеварка выдает в точности такую же отраву, какую готовит Беллок. Обильно сдобрив сливками, я прихлебываю крепкий напиток.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.