Жизнь на двоих

Калашников Сергей Александрович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

ГЛАВА 1

Ульяна.

— … И, пожалуйста, держите ногу в тепле! — добавила я, поднимаясь со стула.

Старая Марта, одна из моих постоянных клиенток, послушно кивнула. Она была бойкой старушкой, да вот только возраст все-таки брал свое. То сердце прихватит, то мигрень разыграется, то бессонница. А тут вот ногу ушибла, бедняжка.

— Спасибо тебе, милая! — кряхтя, встала с кровати Марта. — Уж даже не знаю, как тебя благодарить! Сколько раз ты меня на ноги ставила, не счесть! За такую помощь одних денег мало!

— Да, что вы! — искренне улыбнулась я. — Это же моя работа!

— Хорошее же дело ты себе выбрала, дочка! Не то, что моя Сонька, — тяжко вздохнула бабушка, провожая меня к двери. — Все во фрейлины к принцессе попасть хочет!

— Ну, каждому свое, — улыбнулась я. — Приду через недельку, принесу вам еще мази.

— Чтобы я без тебя делала! — склонила седую голову Марта.

От этого жеста я смутилась. Тоже мне, нашли перед кем кланяться! Я простая знахарка! Травки собираю, притирки делаю. Куда уж мне до современных врачей! Даже лицензию не смогла получить, в училище не приняли. Мол, медицина не для простолюдинок!

— Берегите себя! — вздохнула я, выходя из дома доброй старушки.

И остановилась в нерешительности. На сегодня все дела закончены, отвары и мази приготовлены. А ведь еще только полдень!

Пожалуй, стоит в лес сходить, — решила я. — Запасы календулы подходят к концу, да и зверобой поискать надо!

* * *

Лес в начале лета — замечательное место! Выходя на лесную тропу, словно попадаешь в другой мир. Запах прелой прошлогодней листвы, трели птиц, вдали можно увидеть, как между деревьев пробежит какой-то мелкий зверёк, тщательно избегающий встречи с людьми. На полянах солнышко пригревает, зеленеет сочная, ароматная трава… Красота! Да и кровососов в июне ещё мало, а это тоже плюс!

Леса в Ассаре, нашем королевстве, густые с глубокими оврагами и покатыми холмами. Мечта поэта. Через всё королевство проложены извилистые, словно речки, торговые тракты, разливающиеся потоком купцов и странников. Но я редко на них выхожу. Да и травы там не такие свежие, как в глубине леса.

Петляя по знакомым до последней травинки лесным тропкам, я направлялась к полянке, где растет зверобой. Единственное место в лесу, где я была только раз в жизни — далеко на юге, за рекой. Там находится Священный Камень — место, куда приезжают новобрачные, а молодые родители крестят детей. Там постоянно находятся несколько монахов — крупных суровых мужчин, не подпускающих к святыне случайных людей. Настоятель Патрик утверждает, что любой ценной вещи нужна достойная охрана, но я думаю, что монахи поставлены следить за тем, чтобы молодые горячие головы не совершали глупостей.

Рассуждая таким образом, я добралась до нужной полянки. Зверобой никуда не делся, цвел себе потихоньку. Да и что с ним могло случиться? Зимы у нас всегда были теплыми.

Опустившись на колени, я начала собирать полезную травку. Небольшая плетеная корзина постепенно наполнялась желтенькими цветочками. Для его сбора сейчас самое время: только расцвел и не успел еще напитаться придорожной пылью с близкого тракта. Днём на тракте движение весьма оживлённое, когда всадники, а когда купцы с охраной проезжают. Бывает и деревенские везут в город неказистый товар, или продукты, ведь лишних денег не бывает. Порой и пеших можно встретить, но это скорее всего бедняки и нищие, что проигрались в карты в ближайшем трактире, или «везунчики», которым повезло повстречать на пути «лесных братьев», разбойников местного разлива, и при этом остаться в живых. Люди ведь порой хуже зверей бывают. Волк не станет насиловать и убивать ради развлечения. Приходится посматривать по сторонам и держатся вблизи укромных мест, как куст, за который можно юркнуть при первом же сомнении в благопристойности намерений показавшегося человека. А уж в чаще — ищи-свищи, только ноги переломают, гоняясь за мной по оврагам, да буеракам! В лесу я дома!

— Привет, Уля! — вдруг раздался веселый ребяческий голос.

Я даже подпрыгнула от неожиданности.

— Ну, Савватей! Ну, негодник! — улыбнулась я знакомому парнишке из сапожного тупика. — Откуда ты вылез?

Да и я сама тоже хороша! Надо же было так задуматься, чтобы совсем бдительность потерять!

— Так из лесу. Мне батюшка велел мелколистный дуб отыскать и принести с него сучьев, из которых самые крепкие гвоздики делаются, а я никак не могу найти ни одного. Ты не видала? — хитро улыбнулся Савка.

Он был моим ровесником — почти пятнадцать лет. Высокий, крепкий паренек с рыжими вихрами, конопушками по всему лицу, да большими голубыми глазами. Чуть лопоухий, что придавало Савке еще более забавный вид. Одет он был в простые крестьянские штаны, да в рубашку с завернутыми рукавами.

— Вот этим ложком иди, — я махнула рукой в нужную сторону. — А как замшелое бревно путь перегородит, выбирайся вправо, да там и смотри. Только орехи не рви, что по склону оврага. Мотя-егерь просил их бурундукам оставить.

Полюбовавшись на озадаченное лицо сверстника, я вернулась к прерванному занятию. Было немножко стыдно, даже щеки чуть заалели. Не о бурундуках я волновалась, да и лесничий тут не причём. Для себя хотела тот урожай сохранить. Уж очень вкусная халва из тех орешков получается! Да и продается неплохо.

Савка не спешил уходить. Немного помявшись, он выдал:

— Отец спрашивал, не сможешь ли ты зайти.

— Неужели он опять простудился? — удивилась я, радуясь перемене темы. — Опять на сквозняке работал?

— Ага, — с вздохом согласился Савка, присаживаясь рядом и помогая собирать зверобой. — Просит отвара твоего волшебного.

— Это же обычный шалфей! — смутившись, ответила я.

— А пусть и так! — пожал плечами парень. — Да только твои травки чудеса творят!

Я лишь робко улыбнулась, не найдя что ответить. Чудеса чудесами, а лицензию мне все же не дали. Как и места в училище. А я так хотела стать профессиональным врачом!

Кинув в корзинку очередной цветок зверобоя, Савка поднялся на ноги.

— Ну, ладно, Уля, до встречи! — сказал он, отходя от меня.

— Завтра зайду к вам с отцом, — кивнула я и тоже встала.

Пожалуй, зверобоя собрала достаточно.

Принцесса Орнелла.

Ехавший впереди егерь замедлил ход лошади и заставил её сойти с тропы вправо. Я тоже придержала Серко — спокойного мерина, на котором единственном изо всей королевской конюшни матушка позволяла прогулки. Поравнявшись с нашим проводником, остановилась на краю обширного лога с покатыми склонами. Впереди открывался чудесный вид на огромное, заросшее богатым разнотравьем и редкими кустами пространство. Зыбкие тени белых облаков, скользивших по небу, бежали легко и ровно, а на расстоянии трех-четырёх стрелищ, у кромки густого леса две небогато одетых фигурки о чем-то беседовали.

Юноша и девушка обменялись несколькими словами, и парень скрылся в логу. А оставшаяся тоненькая, чем-то знакомая фигурка, склонилась, присела на корточки и принялась что-то собирать. Наверное, эта девушка цветочница. Замечательная профессия!

Я невольно вздохнула, но сделала это осторожно, чтобы ни егерь, ни поравнявшийся со мной и остановившийся слева грум не услышали. В их понимании принцесса — это абсолютно счастливое создание, все капризы которого исполняются неукоснительно. Им не понять, как наследница престола может завидовать девушке, наслаждающейся полной свободой, не скованной никаким этикетом, условностями двора и вечными церемониями, способными любое дело превратить в пытку.

Захотелось хотя бы просто поговорить с этой простолюдинкой, не понимающей, насколько ей повезло.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.