Куда бы ты не шел - ты уже там

Кабат-Зинн Джон

Жанр: Прочая религиозная литература  Религия и эзотерика    2001 год   Автор: Кабат-Зинн Джон   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Воистину есть на свете места, где “так вольно дышит человек”. И география, и тонкий человеческий расчет, и возможности внутренних путешествий ведут туда. Но не будем пренебрегать гео­графией.

Мне вспоминается пребывание в Эсалене, известном месте в Калифорнии, где много работали Ф. Перлз, С. Гроф, А. Минделл, К. Роджерс, В. Сатир и другие известные люди той волны, которая так мощно прокатилась по Америке, выйдя далеко из берегов психологии и духовного роста отдельных личностей. Отхлынув, вернее, заняв привычное место в социальной структуре и культуре, волна оставила Эсален не только ныне действующим местом паломничества и ностальгии по духовным шестидесятым, но и памятником, музеем и витриной того, что из “духовного” предлагается сегодня на Западе.

Попав туда, оказываешься в пространстве медитации, даже не зная о таком. Гроф Грофом, но когда на сотни километров вокруг не дымит ни одна труба, ранчо раскинуто между океаном и горами, поросшими огромными прекрасными деревьями, все засажено цветами и то и дело натыкаешься на островки — знаки других культур, — дышится существенно по-другому.

Тихий прудик с текущей водой, лилиями, знаками инь и ян; тропка в розарии, выводящая к статуе Будды; каллиграфические письмена — то ли руны, то ли осколки суфийской мудрости на свитке; терраса возле крохотной пагоды — да снилось ли это или было наяву? Сегодня в мире, стремительно наполняющемся множеством граней разных культур, информационным перехлестом трудно удивить. Но в Эсалене это, кажется, было всегда...

Во времена моды на разные “дыхания” — по Грофу и не только — в России дышали в основном в подвалах с тусклыми окошками, часто на грязных матах. И вообще отечественный римейк “свободного дыхания” сильно отличался от свобод описываемых пространств. Когда в России мы встретились (в романе “В круге первом”) с загадочной улыбкой Будды, забытого в тюрьме, после визита знатной иностранки, в Эсалене он уже стоял, охраняя покой других существ, — иных стран и состояний.

В Эсалене разные существа действительно уживаются рядом. Однажды, стоя в одиночестве на веранде дома Перлза, я встретился глазами с маленьким лисенком, вышедшим из зарослей неподалеку. Я тогда проводил курс гипноза. Американцы — как дети, радующиеся, что учатся без принуждения, рассаживаясь на подушках на полу, постигали новые практики. Группа, состоящая из бывшего инженера, социальных работников, двух врачей, медсестры, риэлтера и людей иных профессий, серьезно и настойчиво входила во врата трансовых техник. Среди раскинувшейся вокруг красоты эти путешествия казались уже претензией на четырехмерность пространства. А сколько игрушек привезли с собой эти хорошо экипированные подростки: тренажеры, компьютеры, маленький биллиард, виндсерфинг...

Да и сам Эсален отнюдь не только красотой и Буддой на своих границах манил, прельщал и успокаивал. Из отдельно расположенного здания для разных видов массажа днем доносились вопли вспоминавших доутробные тяготы потребителей... рольфинга. Иногда им вторили голоса любителей райхианских техник. В утреннем медитативном танце кружились некогда молодые и, кажется, вечные искатели духовных единений с Высшими силами. Поздними вечерами в теплых соляных ваннах — отличие Эсалена — вместе лежали, глядя на звезды, плавно переходя в ночь, адепты тишины.

Говорят, что американцы боятся смерти и отодвигают от себя все напоминания о ней. По крайней мере, они не любят мусора. В этом вы можете убедиться в Эсалене, даже если не хотите убеждаться ни в чем другом. Это вам не Суздаль, где из каждой точки центра видно несколько красивейших церквей, но обязательно и несколько свалок мусора.

Но вернемся в ванны, совсем рядом с океаном, под его шум, где вода смывает печали, возраст, ненужные мечты и остатки деловитости. Эсален мог бы считаться столицей медитации. Местом, где прекрасно потеряться, чтобы найтись вновь. Мог бы считаться столицей, но таких столиц немало. Они отражаются друг в друге и являются еще одним существованием, напоминающим, что наше, повседневное, — отнюдь не единственное.

Так что, куда бы ты ни шел — ты уже там. Но стоит возводить свой Эсален и возвращаться в тот, где бывал.

Леонид Кроль

Вам, Майла, Уилл, Ношон и Серена — куда бы вы ни шли

Я хотел бы поблагодарить

Майлу Кабат-Зинн,

Сару Дуаринг, Ларри Розенберга,

Джона Миллера, Даниель Леви Альварес, Рэнди Паулсен,

Мартина Дискина, Денниса Хэмфри и Феррис Урбановски

за прочтение первых набросков рукописи,

ценные замечания и поддержку.

Моя признательность

Труди и Барри Сильверштейн

за то, что они предоставили в мое распоряжение

ранчо Роки Хорс на период моей интенсивной работы

над первыми главами книги, а также

Джейсону и Вэнди Кук

за удивительное

путешествие по Западу.

Глубочайшая благодарность

моим издателям, Бобу Миллеру и Мери Энн Нейплз

за их удивительный профессионализм

и удовольствие, которое я получил

от нашей совместной работы.

Спасибо всем сотрудникам издательства “Хайперион”,

литературному агенту Патриции Ван дер Лейн,

Дороти Шмидерер Бейкер и художнику Бет Мейнард —

благодаря их вниманию и заботе и родилась

эта книга.

Введение

Познать — но что? Когда доходишь до сути, начинаешь понимать, что куда бы ты ни шел — ты уже там. Какой бы труд ты ни завершил — ты закончил именно его. О чем бы ты ни думал в данный момент — это именно то, что ты думаешь. Что бы ни случилось с тобой — это и произошло. И тогда встает важный вопрос: что с этим делать? Иными словами: что дальше?

Хочешь не хочешь, но миг настоящий — это все, с чем на деле сталкивается человек. А мы так беспечны: мы проживаем свои жизни, будто и вовсе забыли о том, что находимся именно здесь — там, где мы есть, — и заняты только тем, что делаем. Каждое мгновение мы оказываемся на перекрестке этих “здесь” и “теперь”. Но стоит лишь тучке забвения окутать наш миг настоящий — как мы уже и потерялись. И вновь возникает вопрос: что дальше?

Сказав “потерялись”, я имел в виду, что каждый миг мы теряем связь с собою и со всем диапазоном своих возможностей, бездумно вязнем в колее привычных действий и покорно “смотрим”, “думаем”, “делаем”. В один миг мы рушим все связи с тем глубочайшим в нас, что может подарить нам великую радость творчества, познания и развития. Если мы будем беспечны, эти туманные мгновения остановятся и скроют от нас саму жизнь.

Чтобы коснуться настоящего, где бы мы ни были, нам следует приостановить свой чувственный опыт, пока настоящее не войдет в нашу жизнь. Лишь реально почувствовав его, увидев во всей полноте и осознав, мы познаем и поймем его глубже. И тогда мы постигнем смысл настоящего, вберем его в себя и двинемся дальше. Но нас почему-то чаще заботит минувшее — то, что прошло, или же будущее, которое еще не наступило. Все мы ищем землю обетованную, надеясь, что там жизнь будет лучше и счастливее, как в наших грезах или как была в прошлом. На деле мы редко признаем, что внутренне стремимся к этому, если вообще признаем. Более того, мы в лучшем случае лишь отчасти понимаем, что делаем в этой жизни и что творим с ней; как влияют наши поступки, а на более тонком уровне и мысли, на все видимое и невидимое нашему взору, на все свершенное и не свершенное нами.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.