Аурингард

Мухутдинов Эдуард

Жанр: Фэнтези  Фантастика  Ужасы и мистика    Автор: Мухутдинов Эдуард   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Легенда о Первом Властителе Эаронда

В 9947 году П. Э. историк Хариам Ур-Бердек Аль-Ариани, более известный как Аларий Лонский, выпустил фундаментальный труд, посвященный истории и мифологии древности «Мифы Эаронда». Это издание породило немало дискуссий и споров в культурном мире, но достоинства его не оспаривал никто. Аларий Лонский впервые собрал воедино все сохранившиеся легенды и предания и расположил их в точном хронологическом порядке предполагаемого времени действий каждой из легенд. Литературная обработка была произведена на высоком уровне, Аль-Ариани был также известен как писатель, его перу принадлежат и другие произведения, среди которых «Скитания Вангоро» (9951), «Великолепные миражи» (9954) и «Экспансия» (9969).

Художественные сюжеты в «Мифах» перемежаются с толкованием некоторых понятий и слов, обычаев и традиций тех времен. Немалую ценность представляют и исторические исследования, включенные в труд. Аларий Лонский, по его собственным словам, «наслаждался духовно и физически, проникая в запутанные лабиринты истории, развязывая немыслимые узлы событий».

Легенды, включенные в труд, в большинстве своем сильно изменились за период со своего появления до тех пор, пока их начали записывать. Аларий Лонский тщательно изучил каждую и с наибольшей возможной степенью достоверности восстановил спорные фрагменты.

Самая древняя легенда «Мифов Эаронда» достигает возраста тридцати тысяч лет, через пять тысячелетий после нее следуют несколько преданий о жестоких временах Ауранской империи — реально существовавшего государственного образования, два тысячелетия охватывавшего весь Эаронд.

Множество легенд о Лангедане, Раоне, некоторых великих деятелях древности также входят в труд. Заканчиваются «Мифы Эаронда» рассказом о поэте Ларанде Аллийском, трагически погибшем в начале космической эры.

Большой интерес вызывает легенда о просихождении Аурингарда — замка, из которого император Ауранской империи управлял своими обширными владениями. Текст, представленный ниже, является вариантом этой легенды, дополненным и доработанным в соответствии со сведениями, находящимися в архивах Эльганда. Сам Аль-Ариани мог работать только с архивами Лаанта и Энала, Эльганд был ему недоступен. Вследствие этого оригинал, хотя и претендует на правдивость, не полностью раскрывает основные события, приведшие к падению Ауранской империи, а местами и вовсе трактует происшедшее с неверной точки зрения. Здесь же большинство этих недостатков устранено.

Р. Уайт.

Часть 1

По узкой темной дороге я шел, не обращая внимания на людей, склонившихся над травою и пожирающих в несметных количествах зеленые побеги. Были то все зачарованные люди, а направлялся я к самому чародею. Великий Черный замок стоял на вершине высокой горы, и единственная вьющаяся тропка змейкой поднималась к воротам. Девять башен было у замка, три в середине были самыми высокими, похожими на главы драконьи, в небо взгляд устремившие; шесть других, по три друг против друга расположенных, как когти чудовищные выглядели. Высокая крепкая стена, замок окружающая, как громадные крылья ящера была, сложенные в круг вокруг туловища исполинского. Таким был замок чародея для моего взора, в этом обличье явился он предо мной. И не скажу, чтоб это не понравилось мне.

Долго я добирался на старом ветхом суденышке до Черного Берега, еще дольше ехал на коне к владеньям чародея. Конь мой пал от усталости несколько дней назад. Но никаких трудностей сверхъестественных я не встретил, хотя предупреждал старый ворон, что морок поджидает путника на границе владений чародейских, что чудища инфернальные нападают в пути, пришедшие чрез морские глубины и сумрак Мертвого Леса из Преисподней. Не тронул меня и колдовской туман при пересечении заветной границы. С удивлением поначалу наблюдал я за чудесами, которые чародей насадил на своей земле, и столько было их, что перестал я дивиться. Но не буду описывать их, ибо сейчас мне нет удовольствия их вспоминать.

Тогда же я наблюдал за всем лишь с интересом, и без иных чувств, ибо сердце мое было жестоким и холодным, и жизни множества людей стояли за немногими моими столетьями. Не было и восхищения, поскольку в грезах моих намного страшнее проводились опыты над жизнью, а сие воплощение находило отклик только в самых первых мечтах. Ныне же было мне безразлично.

Ехал я занять место чародея, ибо считал себя достойнее его жить в Злом Замке и творить страх на все земли моего мира. То, что чародей обращал сейчас в реальность, давным-давно воплотилось в моих мечтах, и была уверенность, что он не годится мне и во внуки в искусстве Магии.

Согласись, Черная Магия сильнее и Серой, и Белой, и любой другой, да и духи Ада охотнее помогают своим союзникам в их деле в этом подлунном мире, нежели Стихии и Ангелы — своим. Поэтому, призвав Хаффура — демона Ночи, моего бывшего воспитателя, бывшего учителя — я отправился в путь.

Воплощение… Давно уже ясно стало мне, что не дела — самая страшное и действенное, но мысли. Мысли — вот всепобеждающая стихия, вселенская мощь, могущество над миром. Из мысли большей частью состоят бесплотные духи Стихий, Неба и глубин Преисподней, повелевающие всем, что происходит вокруг. Мысль безраздельно властвует над материей, ею можно подчинить себе думы и деяния людей, животных или вызвать слуг инфернальных, если их мысль слабее чем твоя. И что мне до возведения моих грез в реальность, если одни только размышления о них и представление всего этого пред внутренним взором неизмеримо ощутимее и мощнее жалкого физического их воплощения! Вот одна из причин, коим я обязан уверенностью своей о том, что хозяин Черного Замка слабее меня.

Ибо он свои грезы воплотил — и этим лишил их ментальной силы размышления. Я же всегда держу их при себе.

И вот достиг я замка. Длинная узкая тропинка к вершине горы, нависающей над океаном и полуостровом — ничто по сравнению с тем путем чрез полмира, что я преодолел. И остаются лишь считанные дни до того часа, когда я овладею миром. Так размышлял я, неспешно поднимаясь к черным вратам, и океанские волны с грохотом и стоном разбивались о скалы с обеих сторон тропинки. Но брызги не долетали до меня, ибо слишком высоко было для них. Вдали у горизонта собирались тучи, и ведомо мне было, что это Хаффур дожидается ночи, чтобы привести мне на помощь свои войска. Но завоевание замка началось уже сейчас, и началось оно странно, так, как не ожидал этого даже я. Поднявшись к воротам, я увидел, что они гостеприимно раскрыты.

Не задумываясь, я вошел. Слишком силен я был и без Хаффура, и не боялся

Серой Магии чародея. Даже имя свое не скрывал, ибо сам Повелитель Преисподней не смог заставить меня его силою исполнить приказ. Я лишь смеялся в лицо Черному Князю, когда предстал он предо мной в одном из своих обличий, желая подчинить своей воле.

Когда пересек я порог, с гулким грохотом захлопнулись за мною тяжелые двери. Но меня это не тронуло: не существовало ни одного запирающего заклинания, которое я был бы не в силах разрушить. Молча стоял я в ожидании, что воспоследует дальше. Я ощущал, как чей-то внимательный взор изучает меня, но, странно, не мог определить, где скрывается обладатель его. Тогда впервые я почувствовал смущение, мысль мелькнула, что что-то не так, как должно. Но я отбросил ее — ничто не устоит пред великим Магом.

Замок был пуст. Не было комнат и коридоров, он был совершенно лишен лестниц и переходов. Была лишь пустая оболочка, которая снаружи драконом представлялась. Здесь же черные стены образовывали изломанные контуры внутренностей драконьего тела, черными колодцами уходили вверх башни, и единственный свет, который был здесь, приходил через глаза мнимого чудовища, тускло освещая громадный зал, единственный в замке.

Не знаю, сколько я стоял под изучающим взглядом чародея, тщетно пытаясь определить, где он укрылся. Казалось, сами стены взирают на меня, и так оно и было в самом деле. И вот бесстрастный глас нарушил мертвое молчание. Но сказать, что он бесстрастный, значило бы то же самое, что камень умеет смеяться. Ни жизни, ни эмоций не было в нем, ни чувства, ни сомнений…

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.