Добротолюбие. Том IV

Коринфский Святитель Макарий

Серия: Добротолюбие. В 5 томах [4]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Добротолюбие. Том IV (Коринфский Святитель)

Святой преподобный Феодор Студит

Очерк жизни св. Феодора Студита [1]

Св. Феодор, сын высокородных и сановитых родителей (отец его заведовал сбором царских податей), воспитан был в добром наказании христианском, научился всей премудрости Еллинской, явился ритором прекрасным, и философом изрядным, и вместе с тем богословом просвещенным. Когда при Константине Копрониме особенно усилились гонения иконоборческие, родители его, оставя мир, прияли иноческое житие; а св. Феодор оставался в Константинополе заканчивать свое образование. После Копронима царил сын его Лев, также еретик, а после него супруга его Ирина с сыном своим Константином.

Ирина хранила православие, как и сын ее; и со св. патриархом Тарасием собрала Собор свв. отцов, Вселенский седьмой, на коем осуждена и проклята иконоборческая ересь. На сем Соборе был Платон, дядя преп. Феодора по матери, который по окончании Собора взял с собою в пустынь св. Феодора и братьев его Иосифа и Евфимия, решившихся принять иночество, и поселился с ними в Саккудионе, прекрасном месте, возвышенном, окруженном лесом и богатом водою. Место было уединенно, и вход туда пролегал одною тропою. Оно полюбилось им, и они устроили там монастырь и церковь святую во имя св. Иоанна Богослова. К ним стали собираться братия, и монашеская жизнь пошла добрым порядком под руководством мудрого Платона.

Св. Феодор, всех превосходивший образованием и дарованиями, по пострижении паче всех преуспевал и в подвижничестве, измождая плоть свою пощениями, бдениями и трудами по монастырю, самыми низкими и тяжелыми: ибо рубил дрова, носил воду, копал землю в саду и огороде и унавоживал ее, обучая себя смирению. Наипаче же заботился он о благоустроении нрава благочестного и Богу любезного. Для того законом имел каждый день исповедовать старцу своему Платону все помышления и движения сердца, и одобренное усовершать старался, а неодобренное исправлять. Каждый также день определял он некое время на богомыслие и умную молитву, да един единому предстоя Богу умом невозмущенным, тайное некое приносит Ему служение. Любил он прочитывать Божественное Писание Ветхого и Нового Завета и творения свв. отцов, особенно св. Василия Великого, и из него его правила и уставы иноческого жития, которые чтил так высоко и так почитал необходимыми, что того, кто не исполняет их, монахом не признавал.

Блаженный старец Платон, видя такое преуспеяние в подвижничестве св. Феодора, положил облечь его в сан священства: что и совершил св. Тарасий патриарх по его представлению и ходатайству. Святой же Феодор, прияв таким образом рукоположение не столько волею, сколько нуждою, не только ни в чем не послабил себе, но еще на вящшие простерся подвиги, и был для всех примером доброго иночествования, и имел многих себе подражателей и в своей обители, и в других.

По довольном времени блаженный старец Платон, чувствуя старческие немощи увеличивающимися, восхотел устраниться от дел и последние годы прожить на безмолвии, оставив преемником своим св. Феодора. Случилось ему заболеть, и он, призвав братию, сказал им, что болеет, и кто знает, чем кончится болезнь; почему желал бы избрать себе преемника, и спросил: кого бы желали они? Они все в один голос сказали: Феодора. – Ему блаж. Платон и передал власть и все заботы настоятельства, а сам устранился на покой.

С первых же дней в сем чине св. Феодор как свои увеличил подвиги, так и от всех требовал строгого исполнения уставов иноческого жития; особенно же вооружался против беспечности, или внешней только исправности, и любостяжания. Братия иные роптали, однако ж понемногу исправлялись. И обще говоря, подвижничество в обители приподнялось.

Так хорошо дела шли у св. Феодора внутри обители. Совне же скоро начались скорби и утеснения. Первым поводом к тому послужил незаконный брак юного царя Константина, нещадно обличаемый св. Феодором. Он был женат на дочери Филарета Милостивого Марии. Но потом полюбилась ему другая, и он женился на ней, оставя первую. Брак совершил некий Иосиф, эконом церковный, помимо воли патриарха Тарасия, который после того всячески старался расторгнуть сей брак, но не успел; и, боясь большего зла: ибо царь грозил поднять иконоборство, перестал докучать ему об этом.

Но блаж. Феодор не молчал; особенно потому, что и вельможи с сановниками то же начали делать. Боясь потому, чтоб такое беззаконие не превратилось в закон, св. Феодор писал ко всем монахам, чтоб они царя почитали отлученным от Церкви, или самоотлученным, как делом своим себя подклонившего под кару отлучения. Это разгласилось; дошло и до царя.

Царь сначала скорбел об этом; потому что новая его жена Феодотия была сродни блаж. Феодору по матери. Надеясь впрочем ласканием помирить его с собою, велел прелюбодейной супруге своей послать ему побольше подарков с прошением молитв его за себя и за род свой.

Но блаженный не только подарков, но и посланных с ними не принял на глаза. – Царь задумал как-нибудь самому повидать святого и поговорить с ним. Для того устроил проезд мимо обители его, как будто по делам куда ехал, в надежде, что св. Феодор выйдет к нему с братиею для царственного приветствия и пригласит в обитель. Но святой, узнав о том, велел запереть ворота и не отпирать, сколько бы ни стучали. – Те постучали-постучали и отошли ни с чем.

За это воспылал гневом царь на преподобного и послал избить его и послать в заточение. – Прибыли, избили так, что плоть раздроблялась от ран, и земля обагрилась кровию, – и отослали в Солунь. В то же время разослали в заточенье и всех начальнейших отцов обители, числом до одинадцати. Св. Феодор благодушно терпел все; и к братиям страждущим писал, утешая их и убеждая переносить постигшее их горе благопокорливо. «Богу так угодно, а что от Бога, то все во благо нам, если смиренно благопокорствуем». – Писал он и к Папе, и от него получил утешительный ответ с похвалою за ревность по Богу и мужество непоколебимое.

Царь между тем жил дурно, а царством правил еще хуже. За что свергнут с престола и скоро умер. Царство перешло опять в руки матери его, Ирины, восстановившей иконопочитание. Она тотчас возвратила всех, заточенных сыном ее к своим местам. Св. Феодор опять собрал расточенных чад своих; и жизнь иноческая снова потекла у них в добром порядке.

Но спустя несколько лет нашло другое горе, не столько тяжелое, сколько хлопотливое: Агаряне подходили к Царю-граду. Не желая подвергать себя бедам от их рук, св. Феодор оставил свой Саккудион и переселился в Царь-град, – где царица и св. Патриарх отдали ему Студийский монастырь, из которого иноки были разогнаны Копронимом иконоборцем, а новые еще не набрались: было там в это время только человек двенадцать.

Приняв обитель сию, св. Феодор требовавшее исправления обновил, недостающее пристроил, разместил свою братию, и иноческое житие пошло в нем обычным чередом. Братство множилось, и скоро возросло до тысячи. Не имея возможности за всем присмотреть своим глазом, святой разделил труд сей с другими достойнейшими старцами, коим поручил блюдение должного порядка по разным частям монастырских послушаний, и для каждого из них написал подобающие правила. Особенно заботился преподобный, чтобы братия не имели нужды выходить в город по каким-либо потребам. Для чего завел в монастыре всякого рода поделия: свои у них были портные, сапожники, столяры, стекольщики, кузнецы, каменщики, и проч. и проч. Братия определялись к сим занятиям по своим способностям и склонностям, имея во главе особого распорядителя и блюстителя. Все делалось, как и в мире, но не по-мирски. Повсюду царствовали благочиние и благоговение: руки на дело простирались, а в устах всегда имелись молитва Иисусова и Давидские псалмы. – Всякое, большое и малое, нарушение порядка наказывалось определенною епитимиею. Чтоб в этом реже настояла необходимость, преподобный всегда в поучениях своих, излагая общие христианские и иноческие законы, касался и тех правил, коими определялись порядки жизни у него в монастыре. Этим освежалась память о достодолжном и оживлялась у каждого ревность являть себя исправным во всем, даже малейшем.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.