Ямайский флибустьер

Губарев Виктор Кимович

Серия: Время героев [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ямайский флибустьер (Губарев Виктор)

Глава 1

Двойная игра

Вечер первой пятницы мая 1664 года выдался в Порт-Ройяле ветреным и дождливым. Циклон, пришедший со стороны Наветренных островов, окутал город пепельно-черными облаками и обрушил на него миллионы холодных ливневых струй. Ярко сверкали молнии, окрашенные по краям пурпурным, голубым и желтым цветами, и гремел гром. Вода, струившаяся с крыш жилых домов, хозяйственных построек и бастионов фортов, вливалась в переполненные мусором и нечистотами канавы и грязными потоками устремлялась к гавани — туда, где на песчаный берег косы Палисадос с ревом накатывались волны прибоя.

Около двадцати одного часа двое мужчин, кутаясь в длинные плащи, с трудом пересекли большое озеро грязи, именуемое рыночной площадью, свернули на Парад, затем на Еврейскую улицу и, ориентируясь по освещенным окнам гостиниц, подошли к мрачному двухэтажному каменному строению. Это была таверна известного ямайского маклера Уильяма Коллинза. Над ее входной дверью ветер трепал фонарь и покосившуюся вывеску с надписью «Услада холостяка».

— Aqui, — отрывисто сказал по-испански один из мужчин.

Судя по голосу, это был молодой человек не старше двадцати пяти лет.

— Да, сын мой. Но, умоляю, говори по-английски, — недовольным тоном отозвался второй мужчина.

— Bien, — буркнул первый, явно не торопясь исправить свой промах.

— Посмотри, который час.

Молодой испанец вынул из-за широкого пояса часы и, встав под фонарем, проворчал:

— Почти девять…

— Пора.

Отец молодого человека с силой толкнул массивную дверь и первым шагнул в прокуренный, залитый призрачным светом свечей общий зал таверны. Не обращая внимания на многочисленных посетителей, веселившихся за длинными, грубо сколоченными столами, он направился прямо к прилавку, окликнул слугу мистера Коллинза и, понизив голос, проворчал:

— Меня зовут Джек-Хорошая Погода, а это мой помощник — Сэм-Попутный Ветер. Мы прибыли с Каймановых островов.

На последних словах он сделал многозначительное ударение.

Слуга скривил губы и понимающе кивнул.

— Хорошая погода с Каймановых островов — это как раз то, чего нам не хватало, сэр, — ответил он. — Хозяин ждет вас… Эй, Гамбия! Проводи джентльменов к мистеру Коллинзу.

Черная как смола и худая как скелет негритянка взглядом пригласила гостей следовать за ней, и спустя короткое время таинственные посетители вошли в небольшую комнату — контору Уильяма Коллинза. Стены ее были покрыты отсыревшей обойной тканью.

Жестом отпустив негритянку, Коллинз плотно прикрыл дверь, потом повернул круглое лицо кирпичного оттенка в сторону пожилого испанца. Несмотря на улыбку, блуждавшую на его устах, Коллинз выглядел настороженным, пожалуй, даже встревоженным. Глаза его, маленькие и бесцветные, были холодны.

— Рад видеть вас, дон Антонио.

— Добрый вечер, сеньор Коллинз, — испанец сдержанно кивнул, одновременно украдкой осматриваясь вокруг.

— Каким ветром вас забросило в наши воды?

— Надеюсь, что ветром удачи, — был короткий ответ.

Хозяин таверны перевел взгляд на молчаливого спутника дона Антонио.

— Кто этот молодой сеньор?

— Мой старший сын и компаньон дон Мигель.

— Похож на вас.

— Надеюсь, не только внешне. — Тон, которым были произнесены эти слова, не вызывал сомнений в том, что дону Антонио известны отцовские чувства и он чрезвычайно гордится своим отпрыском. — Когда-нибудь он станет моим преемником в делах.

— Иметь такого помощника — великое счастье, сеньор Бенавидес, — глухо промолвил Коллинз. — К сожалению, ваш покорный слуга лишен подобной радости. Моя бедная толстуха Сара, да будет земля ей пухом, в свое время хорошо потрудилась на ниве супружества и успела подарить мне шесть девочек до того, как Господь призвал ее душу к себе, но, увы, — последовал тяжелый вздох. — Шесть девочек — это не шесть парней.

Нахмурив брови, он задумчиво потер пухлой пятерней подбородок и промычал: «М-да-а…». Затем, спохватившись, предложил гостям снять мокрые плащи и сесть в плетеные кресла.

— Желаете промочить горло и перекусить, сеньоры?

— От пинты живительной влаги не откажемся, любезный сеньор Коллинз, — со снисходительной доброжелательностью ответил дон Антонио. — Тем более что в ваших подвалах, насколько я помню, хранятся неплохие сорта вин.

Когда чаши были наполнены, хозяин «Услады холостяка» уселся за длинный стол напротив испанцев и, прищурив один глаз, полюбопытствовал:

— За что же мы выпьем?

— За свободную торговлю, — произнес дон Антонио. — За честную свободную торговлю, которой мы с вами занимаемся уже четыре года и которая, как мне кажется, приносит удовольствие и некоторые барыши обеим заинтересованным сторонам.

— Хорошо сказано, сеньор Бенавидес, — с улыбкой заметил Коллинз. — Свободная торговля — это то, о чем втайне мечтают все купцы и плантаторы здешних мест.

Выпив, гости выдержали короткую паузу, после чего дон Антонио устремил на англичанина долгий испытующий взгляд:

— Я приехал по делу, мистер Коллинз.

— Гомиш мне передал, — ответил хозяин таверны. На лице его появилось выражение сосредоточенного внимания. — Вас снова интересуют шерстяные ткани?

— На этот раз нет. Я расширяю плантацию сахарного тростника недалеко от Баямо, и мне нужны рабочие руки.

— Рабы?

— Именно.

Коллинз выпятил нижнюю губу и начал барабанить пальцами по столу. При этом взгляд его скользил по комнате, перескакивая с предмета на предмет, пока не остановился на черном глиняном кувшине с вином.

— Вы же знаете, дон Антонио, как наши корсары и мелкие плантаторы смотрят на торговцев «живым товаром», заключающих сделки с папистами, — вздохнул он. — Вместо того чтобы содействовать налаживанию добрых отношений между Ямайкой и испанскими колониями, эти бездельники с благословения губернатора и Совета готовы вылезти из кожи вон, лишь бы между нашими нациями в этом регионе никогда не воцарялись мир и спокойствие.

— Да, понять этих людей трудно, — согласился Бенавидес-старший. — Когда монархия в вашей стране была реставрирована, и король Карл заключил мир с нашим государем, многие кастильцы на островах и материке решили, что поведение английских подданных здесь, в Вест-Индии, изменится к лучшему. Их вера в справедливость была столь велика, что, забыв об осторожности, они отправили в Порт-Ройял двадцать или тридцать судов за неграми, но вероломные набеги капитана Мингса и других разбойников заставили их усомниться в искренности англичан.

— Англичане и испанцы совершили в этих широтах слишком много взаимных жестокостей, чтобы можно было надеяться на быстрое восстановление добрососедских отношений, — заметил Коллинз. — Может, кое-кто из Совета острова, не говоря уже об официальных лицах в Лондоне, готовы хоть сейчас проголосовать за привлечение испанских частных лиц на Ямайку, только вряд ли такая политика принесет хорошие плоды. Чтобы наладить регулярную торговлю, губернатору нужно иметь под рукой пять-шесть военных кораблей. У него нет ни одного! Весь флот Ямайки — это частные боевые суда с разношерстными экипажами, состоящими из англичан, французов, голландцев, португальцев и прочих. Они признают над собой власть короля и доверяют губернатору Литтлтону, но лишь до тех пор, пока не ущемляются их интересы. Если им запретить походы против испанцев и забрать у них каперские свидетельства, эти головорезы не станут мирными торговцами, а объявят войну английской нации и, будьте уверены, найдут радушный прием у французов на Тортуге или Эспаньоле.

— Из всего сказанного я делаю вывод, что вы не сможете помочь мне в этом деле, — с хмурым видом констатировал дон Антонио, откидываясь на спинку кресла.

— Ошибаетесь, любезный друг, — усмехнулся Коллинз. — Я именно тот человек, который вам нужен.

— Рассейте же мои сомнения, сеньор Коллинз!

Англичанин объяснил, что, хотя на Ямайку легче доставить рабов, чем затем их оттуда вывезти, он знает людей, готовых участвовать в подобном деле.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.