Прасковья [СИ]

Авдеенко Александра

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Прасковья [СИ] (Авдеенко Александра)

Александра Авдеенко

Прасковья

Часть 1. Будни сельских ведьм

Глава 1

— Параска, едрить твою за ногу, ты куда подевалась, "бісова дитина"! [1]

О, бабуля про меня вспомнила. А я че, я ниче, сижу себе тихо на чердаке и роюсь в старом сундуке.

К бабуле Настасье в село я приехала недавно, на каникулы родители сплавили. Они у меня очень заняты в своей фирме и решили, таким образом, ребенка оздоровить. И я их понимаю. Воздух свежий, лес полон грибов и ягод, в общем, чистая экологическая зона, раздолье для таких малолетних оболтусов, как я.

Бабуля у меня замечательная женщина, высокая, статная, с немного резковатыми, хищными чертами лица, в молодости она была настоящей красавицей. Мужики, от той красоты падали и сами штабелями укладывались, а ей хоть бы что. Она никого кроме деда не замечала, только он мог вызвать у нее безудержную, радостную улыбку и полное ощущение счастья. За него она замуж и вышла, от него и маму родила. Вот только счастливы они были недолго, дед погиб еще молодым в одном из затяжных военных конфликтов за территорией страны. Так бабуля вдовой и осталась с маленьким ребенком на руках, вот с того самого момента улыбка ее лицо освещала крайне редко, ну и о том, чтобы глаза особенно счастьем сверкали вообще говорить не приходилось. Замуж она больше не вышла, дочь сама поднимала, вырастила, выучила и замуж в город выдала.

В селе у бабушки сложилась репутация местной ведьмы, так как лучше нее никто трав не знает и разных примочек, и настоек не делает. Да и заговоры у нее сильные. Бабуля известна не только у нас в области, но и за ее пределами. К ней на прием за месяц записываются. Вот уже последние несколько лет летние каникулы провожу у нее в селе. Сил и впечатлений набираюсь на весь год, ну а после моего отъезда село от меня отдыхает, крестясь и матерясь, так, чтоб бабуля не видела и не слышала.

В первый же день вожделенных каникул я порушила соседский забор. Он был совсем старый, переплетенный из веток и скрепленный в нескольких местах. А мне уж очень захотелось проверить, сможет ли соседская овчарка брать препятствия, как заправский скакун. Цели были две: ну, во-первых, покататься — если получится и, во-вторых, добраться до черешни, которая росла в соседнем дворе. Уж больно ягоды крупные и сочные были. Эксперимент удался, соседский пес Барсик (господи, это же надо было так назвать здоровенную овчарку) в качестве ездовой собаки не подвел, только вот прыгать через забор с моим тельцем не захотел и снес его начисто. Что тут началось… Во двор выскочила Никитична, наша соседка, и давай завывать на всю ивановскую, обвиняя меня и моих родственников во всех смертных грехах. Дикие вопли услышала бабуля и не преминула полюбопытствовать, что же на улице твориться. Быстро оценив ситуацию, соседский ущерб и мое в том участие, погнала меня в хату, приговаривая:

— Прасковья, вот скажи, тебе сколько лет? Если бы ты такое утворила в 5 ну в 6 лет, я бы еще поняла, но в 14? Где твои мозги? И когда ты уже повзрослеешь?

Я привычно отключилась, хорошо зная, что такие нотации с полным перечислений моих прегрешений могут продолжаться очень долго.

После того как бабуля иссякла, я была отправлена в свою комнату под домашний арест на весь день.

За две недели после моего приезда бабуля уяснила, что меня все-таки лучше видеть и слышать, потому как если совсем тихо и не голосит никто из соседей, вот как сейчас — затевается очередная грандиозная пакость и последствия могут быть совершенно непредсказуемыми.

В этот раз я забралась на чердак, там было пыльно, хламно и интересно. Нашлось даже старое бабулино веретено. Под крышей чердака висели связки трав. А в углу… стоял он! Сундук! Старый, с каким-то затейливым рисунком.

Ну не могла я пройти мимо, руки так и чесались его открыть и узнать, что же там. Открылся он, в общем-то, без проблем. А вот там, в сундуке всего три вещички, зеркальце старинное в оправе из тонкого серебра, гребень, по всей видимости, тоже старинный, и кинжал с костяной рукояткой, и с навершием в виде головы тигра. Руки сами потянулись именно к кинжалу. Я его бережно взяла, в полутьме чердака на навершии блеснули камнями глаза тигра, я вздрогнула и порезалась. Вдруг ко мне резко приблизился пол, и я потеряла сознание. Очнулась я, через какое то время от странных ощущений. Лежала я на коленях у бабули, она меня бережно гладила… по шерстке, вместо рук и ног у меня были лапы и хвост.

— Что же ты натворила милая. Ты же этот сундук не должна была видеть так рано, а возможно вообще никогда. Ну, стоял бы он себе лишние сто лет на чердаке, ничего бы с ним не случилось. Что же мне теперь с тобой делать? Как же ты теперь кошкой то жить в будешь, пока проклятие не снимешь? — по щеке бабули лились тихие слезы. — Послушай детка, что я теперь тебе скажу: сделанного уже не воротишь, судьбу ты себе свою сама выбрала, открыв сундук, вот только помочь я тебе все же попробую. Я, как и твоя мать принадлежим к семье потомственных ведьм. Иногда у нас в семье рождается девочка с необычными способностями, которая должна в назначенный час выбрать свою судьбу, не подозревая об этом. Это раньше происходило в день совершеннолетия. В день рождения, старшая в семье женщина вела на чердак младшую и оставляла там на несколько часов. Не все видели сундук, не всем он открывался, не все могли взять то, что там находится в руки. А вот ты смогла, а я в свое время побоялась, хоть и тянуло меня к зеркальцу. Мать твоя его увидеть так и не смогла. Нет у нее для этого дара. Обычная она и трав не чувствует совсем, вот в город и уехала, там и счастье нашла, и тебя родила, — бабушка тяжко вздохнула и замолчала на некоторое время, что-то обдумывая.

— А с тобой оно видишь, как получилось. Кто бы мог подумать, — она тяжело вздохнула и продолжила. — Завтра полнолуние, попробуем обернуть тебя человеком, что бы ты в кошачьей шкуре совсем разум не потеряла, итак у тебя его не много. Я как раз успею на заре некоторых нужных трав насобирать. А теперь спи, — сказала она тихо.

И я провалилась в долгий и тягучий сон.

Проснулась я поздно, на небе уже горели первые звезды, месяц выглядывал из-за туч, а возле печи баба Настя возилась с чем-то ужасно пахучим. Я лежала на постели, вытянув лапы и хвост, жмурясь на огонь в печи. Кошка из меня получилась неважнецкая, средней костлявости с большими зелеными глазюками. Все мои попытки встать ничем хорошим не заканчивались. К новому телу я так и не привыкла, да и когда б успела. Меня водило из стороны в сторону, лапы заплетались, я не знала, куда деть хвост, который оттягивал попу к земле. Запахи и звуки просто ошеломляли. Их было столько… Я слышала нагло топочущих мышей в подполе, унюхала крынку сметаны, которую бабуля поставила на холод. Запахи окорока и колбас из кладовой просто сбивали с ног, пардон лап, в животе от голода урчало на всю хату.

— Потерпи, маленькая, до ритуала ничего кушать тебе нельзя, вот проведем его, тогда поешь. А пока садись вот сюда и смотри, как я буду травы смешивать, учись, запоминай, тебе это пригодится. Смотри. Вот это зверобой, травка тебе известная, хороша и от воспалений и от проблем с желудком, но вот если ее собрать в определенное время и определенном месте приобретает совершенно другие свойства — начинает влиять на звериную суть. А вот эта травка….

Бабуля брала то одну щепотку из одной баночки, то из другой, смешивала, перетирала, добавляла какую-то жидкость, что-то выпаривала, давала мне слизывать с ложки. Меня начала опутывать дрема, лапы и хвост не желали двигаться, тельце было ватное. Я почувствовала, как меня куда-то понесли, в нос ударил запах свежескошенного луга, кто-то тихо запел. Дальше я ничего не помню.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.