Сложный выбор.

Уланов Андрей Андреевич

Серия: Никакой магии [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Сложный выбор. (Уланов Андрей)

Больше всего на свете Леноку хотелось уснуть. Не лёжа — кровать или даже просто брошенная на пол шинель выглядели сейчас несбыточной мечтой. А хотя бы сидя, подперев кулаками разом потяжелевшую голову. Даже глаза можно не закрывать — пусть думают, что комендант погружен в размышления.

Нет, оборвал он сам себя, нельзя. Ты же офицер, чтоб тебя демоны с луны утащили, ты обязать быть примером. Слишком уж много взглядов направлено сейчас на тебя. Так, что лучше бы и впрямь демоны утащили — лишь бы не чувствовать их: горечь потерь, ярость отчаяния и безумную надежду на чудо.

Только вот чуда не будет. Чудеса бывают лишь в сказках, а в жизни — здесь чудом будет, если удастся просто подремать, упершись затылком в скользкие бревна. Если очень повезет.

Не повезло. Тяжелое топанье сапог он скорее ощутил, чем услышал сквозь детский плач, ругань и многоголосое бормотание. Спутать их можно было разве что с поступью боевого голема — но единственный в форте голем давным-давно ржавел под навесом у склада. Надо бы хоть обернуться... но силы кончились, все, до дна.

— Как ваша рука, хавильдар Сингх?

— Доктор сказал — ничего страшного, сэр. — Тролль остановился в двух шагах, к привычно-знакомому запаху пота и ружейной смазки мешался резкий запах лекарственной мази. — Я и одной левой одолею любого, сэр.

— Ничуть в этом не сомневаюсь, хавильдар. — Ленок был вполне искренен, зная, как тролль управляется с палашом. — Ваш отряд уже получил продукты для ужина?

— Да, сэр, с этим тоже все в порядке. Более чем... учитывая обстоятельства.

— Учитывая обстоятельства, — Ленок попытался улыбнуться и тут же пожалел об этом, пересохшие губы отозвались резкой, колющей болью, — нам нет смысла экономить продовольствие. Это было бы... глупо.

Запаса еды должно было бы хватить на полтора месяца. Срок более чем достаточный, учитывая, что «укрепление пятого класса» и не рассчитано на долгую осаду — склад, лазарет, часовня и частокол вокруг, крытая дёрном казарма — вместе это все лишь один из узелков сети, накрывшей западный край Вечных Лесов. Передовой рубеж давно уже перенесли вперед, а здесь лишь учебная когорта и выздоравливающие. Офицеру остается лишь смотреть сквозь пальцы на самогон, что меняют унтера в соседней деревне, копаться в огороде и выть от скуки, потому что не происходит ровным счетом ни-че-го. Даже когда прибывший из метрополии генерал собирает по всей провинции «подающих надежды» офицеров в очередную экспедицию, чуда не происходит, никто не вспоминает про тебя. А потом вдруг оказывается, что полуголые дикари вырезали отряд генерала подчистую, затем, словно спелые орехи, перещелкали форты на передовом рубеже. И твое «укрепление» оказывается единственным по эту сторону Хребта, где поселенцы могут укрыться от подступавшей орды.

Сейчас у него в гарнизоне было сто двадцать два бойца, включая сюда «серых следопытов» сотника Дзирта и когорту «помощников» хавильдара Сингха. К этому числу можно было добавить полтора десятка матросов летающей шхуны... и поселенцев. В основном — женщин и детей. Никто не знал, сколько их успело добежать до ворот — сержант, которому Ленок поручил вести учёт проходящих, был убит вчера вечером, пачка листков насквозь пропиталась кровью. Восемь сотен, девять или целая тысяча? Не важно.

Действительно важным сейчас был дощатый купол у западной стены, у которого застыли сразу четыре фигуры в белых мундирах.

— Никому! — приказал комендант, — даже не думайте! Как бы ни просили, что б ни сулили за один глоток, за каплю! Стоит вам дрогнуть — и толпа лишится остатков разума от одного лишь запаха влаги, ни штык и ни пули уже не остановят их... пока колодец не заполнится мертвецами.

Нет воды и нет сил — даже молить Единого ниспослать дождь.

— Сэр...

Хавильдар, оказывается, еще стоял рядом, с удивлением обнаружил комендант — и понял, что с момента последней его фразы не прошло и минуты.

— Что-то еще, Сингх?

— Просто... — тролль замялся, и Ленок с изумлением понял, что хавильдар смущён — событие, достойное занесения в летописи наравне с двойным лунным затмением, — ...хотел поблагодарить вас, капитан. За то, что поверили нам. Мы ведь не глухие, сэр.

Еще бы, подумал комендант, когда «депутация» требовала отобрать у «проклятых нелюдей» оружие, ор стоял такой, что и глухой бы услышал.

— Вопросами веры ведает отец Браун. Я всего лишь исполняю свои обязанности. Вы — мои солдаты, я — ваш офицер.

Это была правда... но не вся правда. Ленок и без всяких «депутаций» не очень-то верил в надежность якобы прирученных дикарей. Но сейчас четыре десятка ружей не значили практически ничего.

— Многие другие офицеры поступили бы иначе. — Упрямо мотнул головой Сингх. — Но не вы. — Тролль выпрямился, заученно щелкнул каблуками. — Мы тоже умеем ценить доверие, командир. Ваша судьба — наша судьба.

Интересно, подумал комендант, глядя на широкую спину марширующего прочь тролля, Сингх и в самом деле настолько уверен в своих орках? Или просто гордость потомственного воина не позволяет ему допустить и тени сомнения? Сам Ленок был всего лишь третьим сыном деревенского священника и никогда особо не мечтал о военной карьере. Но в Арании мало дорог для тех, кто обделен судьбой по части денег и знатных родичей — и Пограничный Легион еще не самый худший выбор. Здесь топоры дикарей и болезни неплохо расчищают карьерные ступеньки.

А теперь он сам станет очередной ступенькой для кого-то.

Дальше мысль не пошла, растворяясь в сонной усталости, словно дымок из погасшей трубки. Заснуть бы... но что-то мешало, в ставший уже привычным людской шум вмешалось что-то новое, чужое — Ленок не осознал это, а ощутил, как опытный дирижер ловит малейшую фальшь в слаженной работе десятков инструментов оркестра. Но, по крайней мере, это был не начавшийся штурм... а значит, можно не вставать. Вот бы еще и обошлись без него — но нет, понял комендант, увидев, как продирается сквозь толпу сержант Уткинс. Не обойдутся.

— Сэр, — вид у сержанта был еще тот: мундир полурасстегнут, одна нижняя пуговица оторвана напрочь, вторая болтается на паре ниток, шапка уехала на затылок, — докладываю...

— Застегните мундир, как положено, сержант! — оборвал его Ленок.

— Виноват, сэр. — Сержант несколькими судорожными движениями привел мундир в чуть более пристойный вид. — Там... к воротам вышел парламентер, сэр!

— Парламентер?

— Так точно, сэр, — подтвердил сержант. — И это не орк, а человек... по крайней мере, был им, сэр.

— Вот как.

Это было нечто совершенно новое. До сих пор Ленок искренне полагал, что единственный доступный оркам способ ведения переговоров — это швыряние во врага отрубленными головами.

— Что ж, впустите этого... парламентера.

— Сэр, не думаю, — Уткинс бросил короткий взгляд на толпу за спиной, — что это стоит делать. Если эти его увидят... видите ли, сэр, он раскрашен.

— Ах, вот оно что... — комендант вздохнул. Уткинс был прав, если беженцы во дворе увидят посланца, жить он будет не больше пары вдохов. И любой, кто встанет между ним и толпой, протянет не дольше. Придется все-таки встать и дойти до ворот.

У оркских воинов татуировки были подчас настоящим произведением искусства — сложнейший орнамент, почти не тускнеющие от времени краски... зато и настоящим знатокам «символьной речи» хватало взгляда, чтобы оценить подвиги бывалых воинов. Разумеется, с людьми никто не возился столь же тщательно — орел-падальщик раскидывал крылья на плечах и груди небрежно-размашисто, зловещим красным пунктиром воспаленной плоти.

Ленок превосходно знал, как можно заслужить такую раскраску. Обряд «посвящения» был несложен: «всего лишь» вскрыть грудную клетку еще живого врага, голыми руками вырвать еще живое, содрогающееся сердце и пожрать его. Своим подросткам оркский обычай разрешал заменять врага на зверя. Но пленный должен был показать дикарям, что перешел на их сторону весь, до конца — ценой жизни своего боевого товарища. Или тех, кого должен был защитить. Женщины, старика, ребенка...

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.