Месть блондинки

Мэсси Соня

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Месть блондинки (Мэсси Соня)

Пролог

Женщина стояла у окна, слегка прикрыв обнаженное тело тяжелой драпировочной тканью оконной шторы, и рассеянно смотрела вниз на бульвар Сансет. С высоты ее номера на последнем этаже гостиницы «Каса дель Соль» эта знаменитая звездно-полосатая «Дорога славы» жила почти в полном соответствии с заслуженной ею репутацией самого величественного и знаменитого места Голливуда. С седьмого этажа песок и мелкая грязь были почти незаметны. Тяжелая пелена низко стелющегося смога слегка смягчала эту сцену, придавая ей некий налет сюрреализма и романтической дымки, как в старых черно-белых фильмах.

Голливуд, эта вавилонская блудница, отчаянно нуждался в срочной помощи, чтобы хоть как-то скрыть удары безжалостного времени и сумасшедшего темпа жизни.

На мгновение женщина предалась фантазиям, и ею вновь завладели привычные иллюзии. Она потянулась к стакану и тут же ощутила жар, казавшийся особенно нестерпимым в прохладной комнате с включенными кондиционерами. На улице стояла августовская жара, усугубляемая безжалостным, опаляющим ветром из пустыни.

Такие ветры всегда наводили на нее тоску и лишали сил.

А в соседней комнате ерзал и дергался привязанный к кровати мужчина, который, вероятно, проклинал день и час, когда повстречал ее на своем пути. Вот если бы это произошло в тот момент, когда с берега потянет прохладный и оттого еще более приятный морской бриз, тогда она, возможно, почувствовала бы облегчение и сохранила ему жизнь.

Нет…

Нужно быть честной и откровенной хотя бы с собой. Какая разница, в конце-то концов?

Она медленно отошла от окна и, отшвырнув штору, легкой грациозной походкой направилась в глубь комнаты. Женщина двигалась так, будто ничуть не сомневалась в своей красоте и сознавала, что ее нагота может ослепить кого угодно. В другой ситуации она вообще не стала бы прикрывать тело какой-то нелепой шторой, поскольку никогда не страдала излишней скромностью, но сегодня предпочла не привлекать к себе внимания. Следует оставаться незаметной, даже невидимой, если хочешь совершить убийство и остаться безнаказанной.

На этот раз женщина твердо решила избежать осложнений, что, впрочем, ей всегда удавалось и раньше. Вообще говоря, в этом деле не было ничего сложного, если, конечно, к нему подойти с умом. А уж ума-то ей не занимать. Она действительно умна — почти так же умна, как и красива.

Взяв с мраморного столика бокал с шампанским, женщина внимательно оглядела комнату, наслаждаясь вычурным интерьером давно ушедшей эпохи. В «Каса дель Соль» мало что изменилось, хотя эту гостиницу построили в лучшие для Голливуда времена. Художественно оформленная резная мебель, стены, украшенные замысловатым орнаментом и лепниной, зеркала, обрамленные золотом, тяжелый восточный ковер, тускло мерцающий золотыми нитями в мягком свете огромного медного торшера, — все это было до боли знакомым и постоянно всплывало в памяти, вызывая приятное ощущение красоты и покоя. После сегодняшнего дня она тоже сможет позволить себе небольшую роскошь и насладиться тем, к чему у нее всегда были вкус и желание. Незадолго до этого женщина мечтала об изысканном и экзотическом японском модерне, но эта обстановка тоже было вполне в ее вкусе и ласкала взор.

Она медленно двинулась к спальне, с удовольствием ощущая под босыми ногами мягкий ворс ковра. На пороге женщина остановилась, поднесла к губам бокал с шампанским и, закрыв от наслаждения глаза, ощутила, как мириады крошечных колючих пузырьков взрываются во рту и щекочут небо. Проглотив ледяной напиток, она глубоко вздохнула. От нее все еще пахло экзотическим шампунем, хотя ванну она приняла почти час назад, то есть прежде, чем наполнила бокал шампанским, и лишь несколько минут спустя после того, как привязала его к медной передней спинке кровати.

Женщина абсолютно точно знала, как именно нужно получать наслаждение в этом бренном мире. Только те, кто действительно способен испытывать бесконечное удовольствие от красивой жизни, заслуживают ее.

А он не знал подобной жизни и поэтому не заслуживал ее.

Ах да, она чуть не забыла, что решила раз и навсегда покончить с муками совести и не терзать себя подобными вопросами. Все равно это закончится через несколько минут.

Шампанское медленно проникало в кровь, наполняя тело приятным теплом и живительной силой и повышая настроение. Еще час назад женщина мучилась от бессильной злобы и вот сейчас была почти так же весела и беззаботна, как прежде.

Ей понадобилось слишком много времени, чтобы выработать у себя столь желанное и драгоценное чувство легкости и беззаботности. Порой женщину донимали тягостные мысли о себе и своем будущем, а по-настоящему приятные мгновения редко и словно неохотно выпадали ей на долю.

— Ну как ты себя чувствуешь, дорогой? — игриво осведомилась она, прекрасно зная, что он не может ответить ей, даже если бы очень хотел. Еще бы! Ее скомканные шелковые трусики были плотно втиснуты в его рот.

В ответ послышалось глухое мычание.

— Так-так, похоже, мой любимый чем-то очень недоволен, — язвительно заметила женщина с сильным акцентом, свидетельствующим о том, что она происходит из южных штатов. — Как забавно, а раньше ты ничуть не возражал, когда я связывала тебя по рукам и ногам своими шелковыми чулками. Ты просто балдел от подобных штучек, и мне это нравилось больше всего на свете.

Женщина не спеша пересекла затемненную комнату, подошла к кровати и тщательно проверила, надежно ли связаны его руки. Практика — великое дело. Непрерывное дерганье лишь крепче затягивало узлы, а на правом запястье сильной мускулистой руки мужчины даже появились кроваво-красные полосы.

Она посмотрела на его перекошенное от злости лицо. Даже в полумраке было видно, что широко раскрытые глаза мужчины с дикой яростью и страхом неотрывно следят за каждым ее движением. Женщина направилась в противоположную часть комнаты, где на небольшом антикварном столике стояла бутылка с шампанским. «Итальянская работа, — подумала она, внимательно присмотревшись к инкрустированной поверхности мореного дуба и к резным деревянным розам, украшавшим рамку зеркала, — вероятно, конца двадцатых или начала тридцатых годов». Этот человек на кровати научил ее неплохо разбираться в антикварных вещах и надежно вкладывать деньги в произведения искусства. Собственно говоря, он был ее наставником на протяжении последних шести месяцев и считал себя почти равным знаменитому Свенгали.

Да, этот человек действительно многому научил ее, и она всегда воздавала ему должное.

К величайшему сожалению для него, он научил ее не только этому, но также суровости и беспощадности в борьбе с врагом. И хотя она не нуждалась в уроках жестокости, он давал их с завидной настойчивостью.

— Почему Элиза? — Уязвленное самолюбие, прозвучавшее в голосе женщины, слегка смягчило черты ее лица. — То есть… мне интересно, почему именно она? Ты же знаешь, я не выношу эту стерву, грубую, надменную и провинциальную.

Заметив в его глазах осуждение, упрек и даже обиду, она разозлилась еще больше.

— Я не провинциалка, — холодно бросила женщина, — во мне никогда этого не было. Не отрицаю, ты кое-чему научил меня, но я не была провинциалкой и до встречи с тобой.

Она увидела, что мужчина напрягся всем телом, и на ее губах появилась едва заметная улыбка. Но это была не та милая, добродушная, полусонная и необычайно сексуальная улыбка, которая когда-то сразу очаровала его. Сейчас что-то похожее на злобную ухмылку исказило ее пухлые напомаженные губы и не затронуло до боли знакомые и некогда прекрасные глаза. Только сейчас мужчина обратил внимание на то, что в этих огромных чарующих глазах, которые он так часто называл «окнами в ее душу», появился странный и жестокий блеск, казалось, открывавший глубину ее порочной натуры, прежде неизвестную ему.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.